Сценарий мероприятия на тему экология будущего гости из будущего: Сценарий » Гостья из будущего»

Содержание

Сценарий экологического праздника «Наш край — нам его и беречь». | Методическая разработка на тему:

Муниципальное бюджетное учреждение дополнительного образования

«Станция юных натуралистов»

Красногвардейского района Белгородской области

 

Сценарий

экологического праздника

Наш край — нам его и беречь

                                                                             Автор разработки:

                                                                  педагог дополнительного образования

                                                                  Дьячкова Татьяна Викторовна

                                                                           

Бирюч

Название разработки: мероприятие.

Название и форма проведения: «Наш край — нам его и беречь», экологический праздник.

Пояснительная записка

Цель: привлечение внимания общественности и населения к проблемам экологии, особенно к охраняемым природным территориям.

Задачи:

— формирование представления, о проблемах экологии на региональном; ориентирование подростков на разумную, экологически обоснованную деятельность, способствующую рациональному использованию и охране природных ресурсов и окружающей природной среды;

-развивать экологическое мышление и творческое воображение, опираясь на знания, полученные в разных видах деятельности, и на совместный опыт детей и взрослых; по участию в природных акциях и природоохранительных мероприятиях.

-воспитание у обучающихся любви к родной природе, чувства ответственности за будущее своей Родины.

Формы проведения: экологический праздник.

Метод проведения: словесный, объяснительно-иллюстративный, монологический.

Возраст детей: 9-15 лет.

Условия для проведения: просторное помещение, актовый зал празднично оформленные.

Оформление: На стенах плакаты: «Охранять природу – значит охранять Родину».

(М. Пришвин.),

«Человеку никак нельзя жить без Родины, как нельзя жить без сердца». (К. Паустовский),

«Берегите природу!

Если будет вода и ни одной рыбки – я не поверю воде.

И пусть в воздухе кислород, но не летает в нем ласточка – я не поверю и воздуху.

И лес без зверей с одними людьми – не лес…» (М. М. Пришвин)

Рисунки животных и растений из Красной книги.

Оборудование: мультимедийный проектор, компьютер, экран, электронные носители, подготовленная компьютерная презентация для выступления, музыкальный инструмент — баян.

Методические советы на   подготовительный период:

В течение недели до проведения мероприятия учащиеся работают над созданием экологических газет, рисунков, презентаций.

Организация выставки рисунков и плакатов, создание фото-стенда. Ведущий-педагог, действующие лица — дети.

План мероприятия

  1. Организационный момент.
  2. Этапы мероприятия.

                  1. Компьютерная презентация: «Берегите природу!

                  2. «Лесная викторина»

                  3. Правила поведения в природе.

                  4. Игра «Экологические правила поведения в городе и на

                  природе».

                  5. Игра «Экологическая катастрофа»

                  6. Игра «Черный ящик».

    III.         Итог мероприятия.

Ход мероприятия

Организационный момент.

(звучит музыка Чайковского «Времена года»)

Ведущий: Здравствуйте! Сегодня мы с вами будем говорить о природе, о нашем отношении к ней, об уважении ко всему живому и о способности предвидеть последствия своего поведения в природной среде.  Родной край. Здесь мы родились и живем, здесь мы впервые ощутили ласковый свет солнца, здесь мы начали узнавать окружающий мир. Сколько удивительных, ярких красок дарит нам природа! 

Компьютерная презентация: «Берегите природу!»

 Ребенок 1.       На нашем шаре на земном,

                             Где мы родились и живем,

                             Где в травах летняя роса

                             И голубые небеса,

                             Где море, горы, степи, лес

                             Полны таинственных чудес.   

                     Не разрушайте этот мир,

                             Девчонки и мальчишки,

                             Иначе эти чудеса

                             Останутся лишь в книжках.

Ребенок  2.        Чтоб был в источниках нарзан,

                              С полянки – земляника,

                              Будь осторожен, как Тарзан,

                              Дружи с природой дикой.

                             Ты – тоже часть ее чудес,

                     И для тебя темнеет лес,

                     И речка светлая течет,

                             И по весне сирень цветет.

                             И надо постараться,

                             Нам с этим не расстаться

Ребенок 3. Мы, будущее России, знаем, что заповедные земли — это наша культура, история, это наше будущее.

Ребенок 1. И сохранить это культурное и природное наследие, возможно, только нашими общими усилиями.

Ребенок 2. Природа — вот единственная жизненно важная драгоценность для любого человека.

Ребенок 3.        Наша планета Земля,
                          Очень щедра и богата,
                          Горы, леса и поля
                          Дом наш роднимый, ребята!

 Ребенок 4.      Давайте будем беречь планету,
                          Другой такой на свете нету.
                          Развеем над нею и тучи и дым,
                          В обиду ее никому не дадим!

Ребенок 1.       Беречь будем птиц, насекомых, зверей,
                          От этого станем мы только добрей!
                          Украсим всю Землю садами, цветами,
                         Такая планета нужна нам с вами!

Ребенок 2.         Если я сорву цветок,
                          Если ты сорвешь цветок

                           Если все – и я, и ты,
                          Если мы сорвем цветы,
                         Опустеют все поляны,
                          И не станет красоты.

 Ребенок 3.     Много трав растет полезных
                          На земле страны родной.
                          Могут справиться с болезнью
                          Мята, ландыш, зверобой.
Ребенок  4.       Охраняется Красной книгой
                          Столько редких животных и птиц,
                          Чтобы выжил простор многоликий
                          Ради света грядущих зарниц.

Ребенок 5.        Чтоб пустыни нагрянуть не смели, –
                          Чтобы души не стали пусты,
                          Охраняются птицы, охраняются звери,
                          Охраняются, даже цветы.

Ведущий: Сейчас мы проведем наш первый конкурс, который  называется «Лесная викторина» в ней мы будем говорить о самых разных деревьях.  

Вопросы викторины:

1.Какое хвойное дерево сбрасывает на зиму хвою? (Лиственница)

2. Можно ли вырубить в лесу все дуплистые деревья?

                  (Нет, в них гнездятся птицы и летучие мыши)

3. Почему в сосновом лесу много отмерших сучьев, а у самих сосен зеленеют верхушки

    (Сосна — светолюбивое растение).

4. Почему лесные дороги после дождя дольше не просыхают, чем в поле

     (Нет ветра, поэтому испарение меньше)

5. Какие растения можно использовать в лесу для заварки чая? (Земляника, малина, душица и др.)

6. Какие растения в лесу можно использовать для лечения простуды?

     (Мать-и-мачеха, чабрец, земляника и др.)

7. Древесина какого дерева очень прочна и устойчива против гниения. Постройки из неё сохраняются 300-500 лет? (лиственница)

8. Из древесины какого дерева делают спички? (Осина)

9. Древесина, каких деревьев идет на изготовление бумаги и искусственного шелка? (Ель, сосна)

Ведущий: Вы прекрасно справились с вопросами викторины.  

      После долгой и холодной зимы все очень соскучились по ясным и погожим дням, по зелени лесов, разнотравью лугов. И, конечно же, многие из нас будут выезжать на природу, наслаждаться ее ласковой тишиной, и отдыхать в прохладной тени ее деревьев.  

       Природа с радостью встречает своих гостей. Но, к сожалению, не все не знают, как правильно себя вести на отдыхе, чтобы своим присутствием не навредить природе.

Ведущий: Правила эти очень просты,  и знать, их,  конечно, все мы должны.

Ребенок 1.                                                                                   

                     — Будь хозяином в лесу, Человек от Бога.

                     — Не стреляй в козу, лису — их и так немного.

                     — Ты костёр не разжигай — это ведь опасно.

Ребенок 2.     И с огнём ты не играй, жизнь ведь так прекрасна!

                    — Ты не рви с природой нить, не пугай животных.

                       Все хотят спокойно жить, даже уж болотный.

                     — Приходи с любовью в лес, и расправь грудь ширь.

                       Потому что русский лес – самый лучший в мире!

Ребенок 3.     К птицам в гнёзда ты не лезь, а повесь скворечник,

                       И тогда зеленый  лес будет расти вечно!

                     — Муравейники не тревожь – нет на то причины,

                       Муравьи ведь уничтожат миллион личинок.

Ребенок 4. — Если вырубаешь лес, посади замену,

                       И тогда не повредят эти перемены.

                    — Лучше места не найдёшь, спор здесь неуместен.

                       Посмотри и ты поймёшь – русский лес чудесен!

Ребенок 5. Чистый воздух, шум листвы, ягоды, грибочки.

                       Где ещё найдёте вы столько удовольствий?

                    — Ширь полей, простор небес хороши, но, братцы,

                       Берегите русский лес. Лес — наше богатство!

Ведущий: Давайте, ребята, всегда помнить эти слова! Постараемся сохранить красоту и богатства нашей планеты.  А теперь мы предлагаем, мимикой и жестами показать экологические правила поведения в городе и на природе. Для участия в конкурсе приглашаются два человека. Предлагаем участникам вытянуть листочки- задания:

1. Выгул собак в парке запрещен! 1. Ловля рыбы в реке запрещена!

2. Береги воду! 2. Береги электроэнергию!

3.Не разоряйте гнезда! Берегите птиц! Развешивайте кормушки и скворечники!

Участники изображают экологические правила.  

Ребенок 1. Мы любим лес в любое время года, мы слышим речек медленную речь. Всё это называется — природа, давайте же всегда её беречь!

Ребенок 2. Люби природу — сказочную фею, за все её дары и чудеса!
нам лишь любить и восхищаться её, в ответе мы за реки и леса!
Ребенок 3. В лугах ромашки солнечного цвета, такие, что светлей на свете жить.                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                      Природой называется всё это, давайте же с природою дружить!

Ребенок 4. Летят, звеня, дождинки с небосвода, клубится на заре тумана дым. Всё это называется — природа, давайте же сердца ей отдадим!

Ведущий: Часто можно слышать, что где-то в море потерпел аварию танкер и нефть тоненькой пленочкой покрывает всю поверхность моря в месте аварии. А ведь там животные — маленькие и большие обитатели моря. Как им нужна по мощь, причем она должна быть оказана в считанные часы. Иногда счет идет на минуты. Трудно приходится тогда экологам-спасателям. Этим людям необходимы такие качества, как смелость, быстрота, ловкость, умение обращаться с пострадавшими, аккуратность и точность. И сейчас мы с вами попытаемся показать момент спасения живых существ с места аварии. Перед вами 2 таза, заполненных водой – это море.  В «море» яблоко и апельсин, имитирующие водных животных (альбатросы и тюлени). Игрокам нужно, держа руки за спиной, достать зубами, фрукты и перенести их на тарелку.

Песня «Просьба»

Муз. А. Пахмутова     Сл. Р. Рождественского

Раненая птица в руки не давалась,

Раненая птица птицей оставалась…

Этот сон давнишний до сих пор мне снится:

На траве кровавой вздрагивает птица.

         Припев:

Птицы, рыбы, звери

В души людям смотрят.

Вы их жалейте, люди,

Не убивайте зря!

Ведь небо без птиц — не небо!

А море без рыб — не море!

И земля без зверей – не земля.

Ведущий: Предлагаем принять участие в игре «Черный ящик».

Участникам предлагают выбрать один из трех черных ящиков и ответить на вопрос, угадав, что там находится.

Первый ящик. Вопрос: В «лесном словаре» прошлого века сказано: «Есть растения, приносящие нам в хозяйственном отношении гораздо больше пользы, чем это дерево, но ни одно из них разнообразием предметов употребления не может сравнится с ним». В ящике кора этого дерева. О чем идет речь? (Береза).

Второй ящик. Вопрос: В этом ящике лист дерева, которое называют «патриархом» лесов. У него все мощное: корневая система, ствол, крона. В ящике ветка этого дерева. (Дуб).

Ведущий: Совершенно верно.  Вот как об этом растении пишет

А.С. Пушкин:

Гляжу ль на дуб уединенный

Переживет мой век забвенный,

Как пережил он век отцов.

Третий ящик. Вопрос: В прошлом веке в Германию из России поставляли сливочное масло, которое должно было быть упаковано в деревянные ящики именно из этой породы дерева. Находится кедровая шишка, научное название дерева на котором она произрастает —  сосна сибирская. Упаковывают сливочное масло в ящики, сделанные из сосны сибирской совсем не случайно. Древесина этого дерева обладает антимикробным действием. А потом, оказывается, немцы разбирали эти ящики и из досок делали музыкальные инструменты).                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                          

Ведущий: Когда-то давно природа решала: быть или не быть человеку. Теперь именно человек решает: быть или не быть природе. В 1948 году был создан Международный союз охраны природы и природных ресурсов (МСОП). Впервые список редких и исчезающих видов диких животных и растений мира появился в 1963 году и получил название «Красная книга фактов» (Red Data Book). В Советском Союзе Красная книга была учреждена в 1974 году. А первая Красная книга России появилась в 1982 году.

Ребенок 5.         Красная книга – красная!

Значит, природа в опасности!

Значит, нельзя терять даже мига.

Все живое хранить зовет.

Пусть зовет не напрасно

                          Красная книга – Красная!

Ребенок 1. В основном законе нашей страны, в Конституции, записаны мудрые слова: «Граждане страны обязаны беречь природу, охранять её богатства». В нашей стране очень строго регулируется охота: когда, какую дичь и в каких местах можно отлавливать или отстреливать. То же и с рыбной ловлей – не всякой снастью, не везде и не всё можно ловить.

Ребенок 2. Мы устраиваем заповедники и заказники. Берем под охрану исчезающих животных, рощи редких деревьев. Ученые составляют “Красные книги”, и в этих книгах описывают растения и животных, которые нужно особенно беречь: потому что их мало, так мало, что уничтожь, убей ещё двух – трех и род их может прекратиться навсегда.

Ребенок 2. Вдумайтесь в это слово – НАВСЕГДА! И так вопрос ясен: человек должен сохранить животных и растения, весь этот мир и для себя, и для будущих поколений!

Ребенок 3. ОХРАНУ ПРИРОДЫ МЫ СЧИТАЕМ ДЕЛОМ СВЯТЫМ. ЭТО СОХРАНЕНИЕ И УМНОЖЕНИЕ КРАСОТ НАШЕЙ РОДИНЫ!

Ребенок 4.        И в школе учат вас не зря,

                          Тут вся надежда на тебя.

Мы начали, ты продолжай,

Ни перед чем не отступай!

Ребенок 5.         Ни перед жадностью толпы,

Ни перед подлостью войны,

Ни перед глупостью людской.

Да сохранится шар земной!

Звучит Гимн Природе (исполняют все участники).

Мелодия песни «Солнечный круг»

Против стрельбы, против беды.

Встанем за нашу планету.

Звери навек, Счастье навек,

Так повелел человек!

Пусть всегда будут рощи,

Пусть всегда будут птицы,

Пусть в тайге будут звери,

А у дома – цветы!

Пусть всегда будут люди,

Пусть всегда будут дети,

Пусть всегда в чистом небе

Будет солнце светить!

Ведущий: Природа содержит в себе как духовные, так и материальные ценности, вызывая в человеке уважение к жизни. Всякая форма жизни уникальна и достойна уважения вне зависимости от ее ценности для человека. Признавая право других существ на жизнь, человек добивается уважения к самому себе как существу нравственному.

Ребенок 1.         Ты человек, любя природу,

                              Хоть иногда ее жалей;

                              В увеселительных походах

                              Не растопчи ее полей.

Ребенок 2.         В вокзальной сутолоке века

                              Ты оценить ее спеши.

                              Она – твой добрый давний лекарь,

                              Она – союзница души.

 Ребенок 3.         Не жги ее напропалую

    И не исчерпывай до дна.

                              И помни истину простую:

                              Нас много, а она одна.

Ведущий: Подошел концу и наш экологический праздник «Наш край — нам его и беречь»

 Мы желаем вам хороших знаний экологии, доброго отношения с природой, и чтобы в вашей жизни не было ни экологических угроз,  ни экологических катастроф. Природа — наше бесценное богатство, которое мы должны сохранить на планете Земля!  

Методические советы организаторам и постановщикам:

Проводя данный экологический праздник   можно использовать отрывки из фильма ВВС. «Живая планета».

Методические советы на период ближайшего последействия: награждение участников предлагается проводить настенными календарями ручной работы, выполненные участниками конкурса рисунков, посвященных охране природы: «Природа бесценный дар один на всех».

Список литературы:

1. Андриянова Н.  Экологическая тревога: (Сценарий для мл.шк.) // Педагог.тв. — 2001. -N 3. — с.7.

2.Бакулина Г.В.    Это земля — твоя и моя. Экологическая игра // Читаем, учимся, играем. -2003. — № 11. — с.88.

3. Бударина В.А.   Суд природы над человеком. Спектакль для 7-9 кл. // Читаем, учимся, играем. — 2003. —  № 2. — с.82.

4. Буканова М.С.   Живая планета: Сценарий мероприятия, посвященного проблемам охраны окружающей среды. — 2004. — № 8. — с.37.

5.Верещагина А. Мы стали ближе друг другу: организация воспитательного досуга детей и. подростков / Алла Верещагина // Библиологе. – 2008. – N 10. — C. 7-10.

6. В защиту живого!»: (Сценарий, посвященный охране и сохранению всего живого на Земле)// Классн. руководит. — 2004. -№ 2. — с.100.

7. Дунаева Е. А. Давайте дружить с природой: театрализованное представление. III–IV классы / Е. А. Дунаева, Н. П. Закидина // Начальная школа. — 2009. — N 6. — C. 34-36.

Сценарий театрализованного представления для учеников 3–4-х классов. (Из опыта работы учителей).

8.Клубный час на тему «Берегите природу»: (Сценарий)// Восп. шк. — 2001. -N 4. — с.67.

9.Сценарий детского спектакля на тему: «Экология и охрана окружающей среды»// Классный руководитель. — 2003. -N 2. — с.31

10.Щукина И. Береги и сохраняй: Сценарий биологического часа по охране растений в 6-7 классах // Воспитательная работа в школе. – 2004. — № 6. – с.153.

Автор сценария: ДЬЯЧКОВА ТАТЬЯНА ВИКТОРОВНА.

Должность: педагог дополнительного образования

Место работы: МБУ ДО «Станция юных натуралистов».

Экологические проблемы и пути их решения обсудили на круглом столе в иркутской гимназии

07.09.2021 21:13

В гимназии № 2 состоялся круглый стол «От чистоты окружающей среды к чистоте помыслов». В обсуждении проблем экологии в регионе приняли участие заместитель секретаря Генерального Совета партии «Единая Россия» Дмитрий Кобылкин, губернатор Приангарья Игорь Кобзев, председатель Законодательного Собрания региона Александр Ведерников, мэр Иркутска Руслан Болотов, председатель городской Думы Евгений Стекачев, учащиеся гимназии, члены Российского движения школьников.

Рад, что школьникам интересна тема экологии. Это важно для будущего. Чем мы дышим? Какую воду мы пьём? Какие продукты покупаем? – эти вопросы не могут не волновать жителей не только Иркутской области, но и всей России, – подчеркнул губернатор региона Игорь Кобзев. – На самом деле экологические проблемы многообразны. Начиная от сохранения лесов и заканчивая раздельным сбором твёрдых коммунальных отходов. Правительство Иркутской области много делает для решения этих проблем.

Школьники провели для гостей интерактивную презентацию «Гимназия №2 – ассоциированная школа ЮНЕСКО. Экологическое направление работы». А также познакомили с творческими работами на выставке, посвящённой Году Байкала и экологии.

Как отметил Дмитрий Кобылкин, проблемой загрязнения Байкала в России занимаются давно. Так, вопрос ликвидации накопленного вреда Байкальского целлюлозно-бумажного комбината стоит на личном контроле у Президента РФ.

Работа ведётся в рамках нацпроекта «Экология». Проект сложный, но уже сейчас мы видим его первые результаты. Благодаря таким инициативам государственного уровня и проактивности жителей в вопросах экологии масштабные проекты воплощаются в жизнь, – отметил Дмитрий Кобылкин.

Затем у старшеклассников была возможность обсудить проблемы экологии и пути их решения. Вопросы касались сохранения и защиты озера Байкал, разделения отходов, незаконной вырубки лесов.

Любые отходы при правильной переработке могут стать ресурсами. Буквально на днях прошла экологическая акция. Волонтеры собрали почти 700 мешков мусора, который пойдет в переработку: металл, пластик, стекло. Сегодня в Иркутске уже успешно работают предприятия, которые занимаются переработкой автомобильных шин. Это направление надо развивать. И, конечно, необходимо формировать у населения экологическую культуру, – отметил глава города Руслан Болотов.

ЭКОЛОГИЯ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ | Наука и жизнь

Продолжаем цикл статей академика Никиты Николаевича Моисеева, начатый журналом в конце прошлого года. Это раздумья ученого, его философические заметки «О необходимых чертах цивилизации будущего», опубликованные в № 12, 1997 года. В первом номере нынешнего года академик Моисеев выступил со статьей, которую он сам определил, как размышления пессимистического оптимиста «Можно ли говорить о России в будущем времени?». Этим материалом журнал открыл новую рубрику «Взгляд в XXI век». Здесь мы публикуем следующую статью, ее тема — одна из острейших проблем современного мира — защита природы и экология цивилизации.

Участок Большого барьерного рифа Австралии.

Полная противоположность рифу — пустыня. З

Пена синтетических моющих средств в одном из сточных каналов Чикаго. В отличие от мыла детергенты не подвержены разлагающему действию бактерий и сохраняются в воде в течение многих лет.

Сернистый газ, содержащийся в дыме, выбрасываемом производством, полностью уничтожил растительность на этой горе. Сейчас научились эти газы улавливать и использовать для промышленных нужд.

Добытая из земных недр вода оросила безжизненные барханы. И в пустыне Мойав вырос новый город.

Бой быков бизонов в брачный период — свидетельство того, что эти еще недавно почти полностью вымершие животные сейчас усилиями человека возродились и чувствуют себя вполне хорошо.

Рождение дисциплины

Cегодня термин «экология» стал применяться очень широко, по самым различным поводам (по делу и не по делу). И процесс этот, по-видимому, необратим. Однако чрезмерное расширение понятия «экология» и включение его в жаргон все же недопустимо. Так, например, говорят, что в городе «плохая экология». Выражение бессмысленное, ибо экология — научная дисциплина и она одна для всего человечества. Можно говорить о плохой экологической обстановке, о неблагоприятных экологических условиях, о том, что в городе отсутствуют квалифицированные экологи, но не о плохой экологии. Это так же нелепо, как сказать, что в городе плохая арифметика или алгебра.

Я попытаюсь свести известные толкования этого слова в некую схему методологически связанных между собой понятий. И показать, что это может стать отправной позицией для вполне конкретной деятельности.

Термин «экология» возник в рамках биологии. Его автором был профессор Йенского университета Э. Геккель (1866 год). Экология первоначально рассматривалась как часть биологии, изучающая взаимодействие живых организмов, в зависимости от состояния окружающей среды. Позднее на Западе появилось понятие «экосистема», а в СССР — «биоценоз» и «биогеоценоз» (ввел академик В. Н. Сукачев). Эти термины почти идентичные.

Так вот — первоначально термин «экология» означал дисциплину, которая изучает эволюцию фиксированных экосистем. Даже теперь в курсах общей экологии основное место занимают проблемы главным образом биологического плана. И это тоже неверно, потому что крайне суживает содержание предмета. Тогда как сама жизнь существенно расширяет круг проблем, решаемых экологией.

Новые проблемы

Промышленная революция, начавшаяся в Европе в XVIII веке, внесла существенные изменения во взаимоотношения Природы и человека. До поры до времени человек, как и другие живые существа, был естественной составляющей своей экосистемы, вписывался в ее кругообороты веществ и жил по ее законам.

Начиная со времен неолитической революции, то есть с той поры, когда было изобретено земледелие, а затем и скотоводство, взаимоотношения человека и Природы стали качественно меняться. Сельскохозяйственная деятельность человека постепенно создает искусственные экосистемы, так называемые агроценозы, живущие по собственным законам: для своего поддержания они требуют постоянного целенаправленного труда человека. Без вмешательства человека они существовать не могут. Человек все больше и больше извлекает из земных недр полезных ископаемых. В результате его активности начинает меняться характер кругооборота веществ в природе, меняется характер окружающей среды. По мере того как растет население и растут потребности человека, свойства среды его обитания изменяются все больше и больше.

Людям при этом кажется, что их деятельность необходима для того, чтобы адаптироваться к условиям обитания. Но они не замечают, или не хотят замечать, что эта адаптация носит локальный характер, что далеко не всегда, улучшая на какое-то время условия жизни для себя, они при этом улучшают их для рода, племени, деревни, города, да и для самих себя в будущем. Так, например, выбросив отходы со своего двора, вы загрязняете чужой, что в конечном итоге оказывается вредным и для вас самих. Такое происходит не только в малом, но и в большом.

Однако до самого последнего времени все эти изменения происходили столь медленно, что о них никто серьезно не задумывался. Человеческая память, конечно, фиксировала крупные перемены: Европа еще в средние века была покрыта непроходимыми лесами, бескрайние ковыльные степи постепенно превращались в пашни, реки мелели, зверья и рыбы становилось меньше. И люди знали, что всему этому причина одна — Человек! Но все эти изменения происходили медленно. Явно заметными они оказывались лишь по прошествии поколений.

Ситуация стала стремительно меняться с началом промышленной революции. Главными причинами этих изменений сделались добыча и использование углеводородного топлива — угля, нефти, сланцев, газа. А затем — добыча в огромных количествах металлов и других полезных ископаемых. В кругооборот веществ в природе начали включаться вещества, запасенные былыми биосферами — находившиеся в осадочных породах и уже вышедшие из кругооборота. О появлении в биосфере этих веществ люди стали говорить как о загрязнении воды, воздуха, почвы. Интенсивность процесса такого загрязнения нарастала стремительно. Условия обитания начали зримо меняться.

Первыми этот процесс почувствовали растения и животные. Численность и, главное, разнообразие живого мира стали быстро сокращаться. Во второй половине нынешнего века процесс угнетения Природы особенно ускорился.

Меня поразило письмо к Герцену, написанное одним из жителей Москвы в шестидесятых годах прошлого столетия. Привожу его почти дословно: «Оскудела наша Москва-река. Конечно, пудового осетра и сейчас еще можно выловить, но вот стерлядочки, которой мой дед любил потчевать приезжих, уже не выловишь». Вот так! А прошло-то всего лишь столетие. На берегах реки пока еще можно увидеть рыболовов с удочками. И кое-кому удается выловить случайно выжившую плотвичку. Но она уже так пропитана «продуктами производственной деятельности человека», что ее отказывается есть даже кошка.

Перед человеком во весь рост поднялась проблема изучения влияния на его здоровье, на условия его жизни, на его будущее тех изменений природной среды, которые вызваны им самим, то есть неконтролируемой деятельностью и эгоизмом самого человека.

Промышленная экология и мониторинг

Итак, человеческая активность меняет характер окружающей среды, причем в большинстве (не всегда, но в большинстве) случаев, эти изменения оказывают негативное влияние на человека. И нетрудно понять, почему: за миллионы лет его организм приспособился к вполне определенным условиям обитания. Но в то же время любая деятельность — промышленная, сельскохозяйственная, рекреационная — источник жизни человека, основа его существования. Значит, человек неизбежно и дальше будет менять характеристики окружающей среды. А потом — искать способы приспосабливаться к ним.

Отсюда — одно из главных современных практических направлений деятельности экологии: создание таких технологий, которые в наименьшей степени влияют на окружающую среду. Технологии, обладающие этим свойством, называются экологичными. Научные (инженерные) дисциплины, которые занимаются принципами создания таких технологий, получили общее название — инженерная или промышленная экология.

По мере развития промышленности, по мере того, как люди начинают понимать, что существовать в среде, созданной из собственных отбросов, они не могут, роль этих дисциплин все время растет, и почти в каждом техническом вузе сейчас существуют кафедры промышленной экологии, ориентированные на те или иные производства.

Заметим, что отбросов, загрязняющих окружающую среду, будет тем меньше, чем лучше мы научимся использовать отходы одного производства в качестве сырья для другого. Так рождается идея «безотходных» производств. Такие производства, вернее, такие цепочки производств, решают и еще одну чрезвычайно важную задачу: они экономят те природные ресурсы, которые использует человек в своей производственной деятельности. Ведь мы живем на планете с очень ограниченным количеством полезных ископаемых. Об этом нельзя забывать!

Сегодня промышленная экология охватывает очень широкий круг проблем, причем проблем весьма различных и уже совсем не биологического плана. Тут уместнее говорить о целом ряде инженерных экологических дисциплин: экология горнодобывающей промышленности, экология энергетики, экология химических производств и т. д. Может показаться, что использование слова «экология» в сочетании с этими дисциплинами не вполне правомочно. Однако это не так. Подобные дисциплины — очень разные по своему конкретному содержанию, но они объединяются общей методологией и общей целью: предельно сократить влияние промышленной деятельности на процессы кругооборота веществ в Природе и загрязнения окружающей среды.

Одновременно с такой инженерной деятельностью возникает и проблема ее оценки, что составляет второе направление практической деятельности экологии. Для этого необходимо научиться выделять значимые параметры окружающей среды, разработать способы их измерений и создать систему норм допустимых загрязнений. Напомню, что незагрязняющих производств не может быть в принципе! Потому и родилась концепция ПДК — предельно допустимых норм концентрации вредных веществ в воздухе, в воде, в почве…

Это важнейшее направление деятельности принято называть экологическим мониторингом. Название не совсем удачное, поскольку слово «мониторинг» означает измерение, наблюдение. Конечно, очень важно научиться мерить те или иные характеристики окружающей среды, еще важнее свести их в систему. Но самое важное — понять, что надо мерить в первую очередь, ну и, конечно, разработать и обосновать сами нормы ПДК. Надо знать, как те или иные значения параметров биосферы влияют на здоровье человека и его практическую деятельность. И тут еще очень много нерешенных вопросов. Но нить Ариадны уже намечена — здоровье человека. Именно оно и есть конечный, Верховный судья всей деятельности экологов.

Защита Природы и экология цивилизации

Во всех цивилизациях и у всех народов издавна существует представление о необходимости бережного отношения к Природе. У одних — в большей степени, у других — в меньшей. Но то, что земля, реки, лес и обитающее в нем зверье — это непреходящая ценность, может быть, главная ценность, которой обладает Природа, человек понял давно. И заповедники возникли, вероятно, задолго до того, как появилось само слово «заповедник». Так, еще Петр Великий, который вырубил для строительства флота весь лес в Заонежье, запретил прикасаться топором к лесам, которые находятся в окрестностях водопада Кивач.

Долгое время основные практические задачи экологии сводились именно к охране окружающей среды. Но в ХХ веке этой традиционной бережливости, которая начала к тому же постепенно угасать под давлением развивающейся промышленности, уже оказалось недостаточно. Деградация Природы стала превращаться в угрозу самой жизни общества. Это привело к появлению специальных природоохранных законов, к созданию системы заповедников вроде знаменитой Аскании-Нова. Родилась, наконец, и специальная наука, изучающая возможность сохранения реликтовых участков Природы и исчезающих популяций отдельных живых видов. Постепенно люди стали понимать, что только богатство Природы, разнообразие живых видов обеспечивают жизнь и будущее самого человека. Сегодня этот принцип сделался основополагающим. Природа без человека жила миллиарды лет и теперь сможет жить без него, но человек вне полноценной биосферы существовать не может.

Перед человечеством во весь рост поднимается проблема его выживания на Земле. Под вопросом будущность нашего биологического вида. Человечеству может грозить судьба динозавров. С той лишь разницей, что исчезновение бывших властителей Земли было вызвано внешними причинами, а мы можем погибнуть от неумения разумно использовать свое могущество.

Именно эта проблема и есть центральная проблема современной науки (хотя, может быть, это и не всеми пока еще осознано).

Изучение собственного дома

Точный перевод греческого слова «экология» и означает изучение собственного дома, то есть биосферы, в которой мы живем и частью которой являемся. Для того чтобы решить проблемы выживания человечества, надо, прежде всего, знать собственный дом и научиться в нем жить! Жить долго, счастливо! А то понятие «экология», которое родилось и вошло в язык науки еще в прошлом веке, оно относилось лишь к одной из сторон жизни обитателей нашего общего дома. Классическая (точнее — биологическая) экология — лишь естественная составляющая часть той дисциплины, которую мы теперь называем экологией человека или современной экологией.

Изначальный смысл любого знания, любой научной дисциплины — постигнуть законы собственного дома, то есть того мира, той окружающей среды, от которой зависит наша общая судьба. С этой точки зрения вся совокупность наук, рожденных человеческим Разумом, есть составная часть некой общей науки о том, как человеку следует жить на Земле, чем он должен руководствоваться в своем поведении для того, чтобы не только сохранить самого себя, но и обеспечить будущее своим детям, внукам, своему народу и человечеству в целом. Экология — наука, устремленная в будущее. И она строится на принципе, что ценности будущего не менее важны, чем ценности настоящего. Это наука о том, как передать Природу, наш общий дом нашим детям и внукам, чтобы им в нем было жить лучше и удобнее, чем нам! Чтобы в нем сохранилось все необходимое для жизни людей.

Наш дом един — все в нем взаимосвязано, и надо уметь объединить знания, накопленные в разных дисциплинах, в единую целостную конструкцию, которая и есть наука о том, как человек должен жить на Земле, и которую естественно называть экологией человека или просто экологией.

Итак, экология — наука системная, она опирается на множество других дисциплин. Но это не единственное ее отличие от традиционных наук.

Физики, химики, биологи, экономисты изучают множество самых разных феноменов. Изучают ради того, чтобы понять природу самого феномена. Если угодно, из интереса, ибо человек, решая ту или иную задачу, сначала просто стремится понять, как она решается. А уж затем начинает думать о том, к чему бы приспособить изобретенное им колесо. Очень редко заранее думают о применении полученных знаний. Разве при рождении ядерной физики кто-нибудь помышлял об атомной бомбе? Или Фарадей предполагал, что его открытие приведет к тому, что планета покроется сетью электростанций? И эта отстраненность исследователя от целей исследования имеет глубочайший смысл. Он заложен самой эволюцией, если угодно, механизмом рынка. Главное познать, а дальше жизнь сама отберет то, что необходимо человеку. Ведь и развитие живого мира происходит именно так: каждая мутация существует сама по себе, она — лишь возможность развития, лишь «прощупывание путей» возможного развития. А дальше отбор делает свое дело: из бесчисленного множества мутаций отбирает только те единицы, которые оказываются для чего-то полезными. Так же и в науке: сколько невостребованных томов книг и журналов, содержащих мысли и открытия исследователей, пылятся в библиотеках. И однажды некоторые из них могут оказаться нужными.

Экология в этом совсем не похожа на традиционные дисциплины. В отличие от них она имеет вполне определенную и заранее заданную цель: такое изучение собственного дома и такое изучение возможного поведения в нем человека, которое позволило бы человеку жить в этом доме, то есть выжить на планете Земля.

В отличие от многих других наук, экология имеет многоярусную конструкцию, и каждый из этажей этого «здания» опирается на целое множество традиционных дисциплин.

Верхний этаж

В период перестройки, провозглашенной в нашей стране, мы начали говорить о необходимости избавиться от идеологии, от ее тотального диктата. Конечно, человеку для того, чтобы раскрылся его потенциал, заложенный Природой, необходима свобода поиска. Его мысль не должна быть стесненной никакими рамками: должно быть доступно видению все многообразие путей развития, чтобы иметь широкие возможности выбора. А рамки в процессе мышления, какими бы они ни были, — всегда помеха. Однако ничем не стесненной и сколь угодно революционной может быть только мысль. А действовать следует осмотрительно, опираясь на проверенные принципы. Вот почему жить без идеологии тоже нельзя, вот почему свободный выбор всегда должен опираться на мировоззрение, а оно формируется опытом многих поколений. Человек должен видеть, осознавать свое место в мире, во Вселенной. Он должен знать, что ему недоступно и запрещено — погоня за фантомами, иллюзиями, за призраками во все времена была одной из главных опасностей, подстерегающих человека.

Мы живем в доме, имя которому — биосфера. Но она, в свою очередь, лишь малая частица Великого Мироздания. Наш дом — крошечный уголок необъятного космоса. И человек обязан чувствовать себя частицей этой безграничной Вселенной. Он должен знать, что возник не в силу чьей-то потусторонней воли, а в результате развития этого бесконечно огромного мира, и как апофеоз этого развития он обрел Разум, способность предвидеть результаты своих действий и влиять на события, которые происходят вокруг него, а значит, и на то, что происходит во Вселенной! Вот эти принципы мне и хочется называть основой, фундаментом экологического мировоззрения. А значит, и основой экологии.

Любое мировоззрение имеет много источников. Это и религия, и традиции, и опыт семьи… Но все же одна из важнейших его составляющих — это конденсированный опыт всего человечества. И его мы называем НАУКОЙ.

Владимир Иванович Вернадский использовал словосочетание «эмпирическое обобщение». Этим термином он называл любое утверждение, которое не противоречит нашему прямому опыту, наблюдениям или то, которое можно вывести строгими логическими методами из других эмпирических обобщений. Так вот, в основе экологического мировоззрения лежит следующее утверждение, впервые четко сформулированное датским физиком Нильсом Бором: мы можем считать существующим лишь то, что является эмпирическим обобщением!

Только такая основа может защитить человека от неоправданных иллюзий и ложных шагов, от непродуманных и опасных действий, только она способна закрыть доступ в юные головы различным фантомам, которые на развалинах марксизма начинают путешествовать по нашей стране.

Человеку предстоит решать проблему огромной практической значимости: как выжить на оскудевающей Земле? И только трезвое рационалистическое миропредставление может служить путеводной нитью в том страшном лабиринте, куда нас загнала эволюция. И помочь справиться с теми трудностями, которые ожидают человечество.

Значит, экология начинается с мировоззрения. Я бы даже сказал больше: мировоззрение человека в современный век начинается с экологии — с экологического мышления, а воспитание и образование человека — с экологического воспитания.

Биосфера и человек в биосфере

Биосфера — это часть верхней оболочки Земли, в которой существует или способно существовать живое вещество. К биосфере принято относить атмосферу, гидросферу (моря, океаны, реки и другие водоемы) и верхнюю часть земной тверди. Биосфера не находится и никогда не находилась в состоянии равновесия. Она получает энергию Солнца и, в свою очередь, излучает определенное количество энергии в космос. Эти энергии разного свойства (качества). Получает Земля коротковолновое излучение — свет, который, трансформируясь, нагревает Землю. А в космос от Земли уходит длинноволновое тепловое излучение. И баланс этих энергий не соблюдается: Земля излучает в космос несколько меньше энергии, чем получает от Солнца. Эту разность — небольшие доли процента — и усваивает Земля, точнее, ее биосфера, которая все время накапливает энергию. Этого небольшого количества накапливаемой энергии оказывается достаточно для того, чтобы поддерживать все грандиозные процессы развития планеты. Этой энергии оказалось достаточно для того, чтобы однажды на поверхности нашей планеты вспыхнула жизнь и возникла биосфера, чтобы в процессе развития биосферы появился человек и возник Разум.

Итак, биосфера — живая развивающаяся система, система, открытая космосу — потокам его энергии и вещества.

И первая основная, практически очень важная задача экологии человека — познать механизмы развития биосферы и тех процессов, которые в ней происходят.

Это сложнейшие процессы взаимодействия атмосферы, океана, биоты — процессы принципиально неравновесные. Последнее означает, что все кругообороты веществ здесь не замкнутые: какая-то материальная субстанция непрерывно добавляется, а что-то выпадает в осадок, образуя со временем огромные толщи осадочных пород. И планета сама по себе не инертное тело. Ее недра все время выбрасывают в атмосферу и океан различные газы, прежде всего — углекисло ту и водород. Они включаются в кругооборот веществ в природе. Наконец, и сам человек, как сказал Вернадский, оказывает решающее влияние на структуру геохимических циклов — на кругооборот веществ.

Изучение биосферы, как целостной системы, получило название глобальной экологии — совершенно новое направление в науке. Существующие методы экспериментального изучения Природы для него непригодны: биосферу нельзя, как бабочку, изучать под микроскопом. Биосфера — объект уникальный, существует в единственном экземпляре. И к тому же сегодня она не такая, какой была вчера, а завтра не будет такой, как сегодня. И поэтому какие-либо эксперименты с биосферой недопустимы, просто в принципе недопустимы. Мы можем лишь наблюдать происходящее, думать, рассуждать, изучать компьютерные модели. И уж если проводить эксперименты, то только локального характера, позволяющие изучать лишь отдельные региональные особенности биосферных процессов.

Вот почему единственный путь изучения проблем глобальной экологии — это методы математического моделирования и анализ предшествующих этапов развития Природы. На этом пути уже сделаны первые значительные шаги. И за последние четверть века многое понято. А самое главное — необходимость такого изучения стала общепризнанной.

Взаимодействие биосферы и общества

Вернадский первым, еще в самом начале ХХ века, понял, что человек становится «основной геологообразующей силой планеты» и проблема взаимодействия человека и Природы должна войти в число основных фундаментальных проблем современной науки. Вернадский не случайное явление в череде замечательных отечественных естествоиспытателей. У него были учители, были предшественники и, главное, были традиции. Из учителей надо вспомнить прежде всего В. В. Докучаева, который раскрыл тайну наших южных черноземов и заложил основу почвоведения. Благодаря Докучаеву мы сегодня понимаем, что основа всей биосферы, ее связующее звено — это почвы с их микрофлорой. Та жизнь, те процессы, которые происходят в почвах, определяют все особенности круговорота веществ в природе.

Учениками и последователями Вернадского были В. Н. Сукачев, Н. В. Тимофеев-Ресовский, В. А. Ковда и многие другие. Виктору Абрамовичу Ковде принадлежит очень важная оценка роли антропогенного фактора на современном этапе эволюции биосферы. Так, он показал, что человечество производит по крайней мере в 2000 раз больше отбросов органического происхождения, чем вся остальная биосфера. Отходами или отбросами условимся называть вещества, которые надолго исключаются из биогеохимических циклов биосферы, то есть из кругооборота веществ в Природе. Другими словами, человечество кардинальным образом меняет характер функционирования основных механизмов биосферы.

Известный американский специалист в области вычислительной техники, профессор Массачусетского технологического института Джей Форрестер в конце 60-х годов разработал упрощенные методы описания динамических процессов с помощью компьютеров. Ученик Форрестера Медоуз применил эти подходы для изучения процессов изменения характеристик биосферы и человеческой активности. Свои расчеты он опубликовал в книге, которую назвал «Пределы роста».

Используя очень простые математические модели, которые никак нельзя было отнести к числу научно обоснованных, он провел расчеты, позволяющие сопоставить перспективы промышленного развития, роста населения и загрязнения окружающей среды. Несмотря на примитивность анализа (а может быть, именно благодаря этому), расчеты Медоуза и его коллег сыграли весьма важную положительную роль в становлении современного экологического мышления. Впервые на конкретных числах было показано, что человечеству уже в самом ближайшем будущем, вероятнее всего, в середине наступающего столетия, грозит глобальный экологический кризис. Это будет кризис продовольствия, кризис ресурсов, кризисная ситуация с загрязнением планеты.

Сейчас уже точно можно сказать, что расчеты Медоуза во многом ошибочны, но основные тенденции он уловил правильно. А еще важнее то, что благодаря своей простоте и наглядности результаты, полученные Медоузом, привлекли внимание мировой общественности.

По-иному развивались исследования в области глобальной экологии в Советском Союзе. В Вычислительном центре Академии наук была построена компьютерная модель, способная имитировать протекание основных биосферных процессов. Она описывала динамику крупномасштабных процессов, идущих в атмосфере, в океане, а также взаимодействие этих процессов. Специальный блок описывал динамику биоты. Важное место занимало описание энергетики атмосферы, образования облачности, выпадения осадков и т. д. Что касалось человеческой деятельности, то она была задана в форме различных сценариев. Так появлялась возможность оценить перспективы эволюции параметров биосферы в зависимости от характера деятельности человека.

Уже в конце 70-х годов с помощью подобной вычислительной системы, иными словами, на кончике пера, впервые удалось оценить так называемый «тепличный эффект». Его физический смысл достаточно прост. Некоторые газы — водяной пар, углекислота — пропускают идущий к Земле солнечный свет, и он нагревает поверхность планеты, но эти же газы экранируют длинноволновое тепловое излучение Земли.

Активная промышленная деятельность ведет к непрерывному возрастанию концентрации углекислоты в атмосфере: в ХХ веке она возросла на 20 процентов. Это служит причиной повышения средней температуры планеты, что в свою очередь меняет характер циркуляции атмосферы и распределение осадков. А эти изменения отражаются на жизнедеятельности растительного мира, меняется характер полярного и материкового оледенения — ледники начинают таять, уровень океана поднимается и т. д.

Если сохранятся современные темпы роста промышленного производства, то к тридцатым годам наступающего столетия концентрация углекислоты в атмосфере удвоится. Как все это может сказаться на продуктивности биоты — исторически сложившихся комплексов живых организмов? В 1979 году А. М. Тарко с помощью компьютерных моделей, которые к этому времени были уже разработаны в Вычислительном центре АН, впервые провел расчеты и анализ этого явления.

Оказалось, что общая продуктивность биоты практически не изменится, но произойдет перераспределение ее продуктивности по различным географическим зонам. Так, например, резко возрастет засушливость районов Средиземноморья, полупустынь и опустыненных саванн в Африке, кукурузного пояса США. Пострадает и наша степная зона. Урожаи здесь могут снизиться на 15-20, даже на 30 процентов. Зато резко возрастет продуктивность таежных зон и тех районов, которые мы называем нечерноземьем. Земледелие может продвинуться на север.

Таким образом, уже первые расчеты показывают, что производственная деятельность человека в ближайшие десятилетия, то есть при жизни нынешних поколений, может привести к значительным климатическим сдвигам. Для планеты в целом эти изменения будут отрицательными. Но для Севера Евразии, а значит, и для России, последствия парникового эффекта могут оказаться и положительными.

Однако в нынешних оценках глобальной экологической ситуации еще много дискуссионного. Окончательные выводы делать очень опасно. Так, например, по расчетам нашего вычислительного центра, к началу следующего столетия средняя температура планеты должна повыситься на 0,5-0,6 градуса. Но ведь и естественная климатическая изменчивость может колебаться в пределах плюс-минус один градус. Климатологи спорят: является ли наблюдаемое потепление результатом естественной изменчивости, или это проявление усиливающегося тепличного эффекта.

Моя позиция в данном вопросе весьма осторожная: тепличный эффект существует — это бесспорно. Учитывать его, я полагаю, безусловно надо, но говорить о неизбежности трагедии не следует. Человечество может еще очень многое предпринять и смягчить последствия происходящего.

К тому же хочется обратить внимание на то, что существует немало других крайне опасных последствий человеческой деятельности. Среди них такие непростые, как утончение озонового слоя, сокращение генетического разнообразия человеческих рас, загрязнение окружающей среды… Но и эти проблемы не должны вызывать панику. Только их ни в коем случае нельзя оставлять без внимания. Они должны быть предметом тщательного научного анализа, поскольку неизбежно станут основой для выработки стратегии промышленного развития человечества.

Опасность одного из таких процессов предвидел еще в конце XVIII века английский монах Мальтус. Он высказал гипотезу о том, что человечество растет быстрее, чем способность планеты создавать продовольственные ресурсы. Долгое время казалось, что это не совсем так — люди научились повышать эффективность сельского хозяйства.

Но в принципе Мальтус прав: любые ресурсы планеты ограничены, пищевые — прежде всего. Даже при самой совершенной технологии производства продуктов питания Земля может прокормить лишь ограниченное количество населения. Теперь этот рубеж, по-видимому, уже пройден. В последние десятилетия количество пищи, производимой в мире на душу населения, стало медленно, но неотвратимо уменьшаться. Это грозный признак, требующий незамедлительной реакции всего человечества. Подчеркиваю: не отдельных стран, а всего человечества. И думаю, что одним лишь совершенствованием технологии сельскохозяйственного производства здесь не обойтись.

Экологическое мышление и Стратегия Человечества

Человечество подошло к новому рубежу своей истории, на котором стихийное развитие производительных сил, неконтролируемый рост населения, отсутствие дисциплины индивидуального поведения могут поставить человечество, то есть биологический вид homo sapiens, на край гибели. Мы стоим перед проблемами новой организации жизни, новой организации общества, нового миропредставления. Сейчас возникло словосочетание «экологическое мышление». Оно призвано прежде всего напомнить нам, что мы дети Земли, не ее покорители, а именно дети.

Все возвращается на круги своя, и нам следует, подобно нашим далеким кроманьонским предкам, охотникам доледникового периода, снова воспринимать себя как часть окружающей Природы. Мы должны относиться к Природе, как к матери, как к собственному дому. Но есть огромное принципиальное отличие человека, принадлежащего современному обществу, от нашего доледникового предка: у нас есть знания, и мы способны ставить себе цели развития, у нас есть потенциальная возможность следовать этим целям.

Около четверти века назад я начал использовать термин «коэволюция человека и биосферы». Он означает такое поведение человечества и каждого человека в отдельности, которое способно обеспечить совместное развитие и биосферы, и человечества. Сегодняшний уровень развития науки и наших технических возможностей делает принципиально реализуемым этот режим коэволюции.

Вот только одно важное замечание, предохраняющее от разнообразных иллюзий. Сейчас часто говорят о всесилии науки. Наши знания об окружающем мире действительно невероятно расширились за последние два века, однако наши возможности остались пока еще весьма ограниченными. Мы лишены способности предвидеть развитие природных и общественных явлений на более или менее отдаленные времена. Поэтому я всегда опасаюсь широких, далеко идущих планов. В каждый конкретный период надо уметь вычленить то, что заведомо достоверно, и на это опираться в своих планах, действиях, «перестройках».

А наиболее достоверными чаще всего бывают знания о том, что именно приносит заведомый вред. Поэтому главная задача научного анализа, главная, но, конечно, далеко не единственная, — сформулировать систему запретов. Это, вероятно, было понято еще во времена нижнего палеолита нашими человекоподобными предками. Уже тогда начали возникать различные табу. Вот и нам без этого не обойтись: должна быть разработана новая система запретов и рекомендаций — как эти запреты реализовать.

Экологическая стратегия

Для того, чтобы жить в нашем общем доме, мы должны выработать не только некие общие правила поведения, если угодно — правила общежития, но и стратегию своего развития. Правила общежития носят в большинстве случаев локальный характер. Они сводятся чаще всего к разработке и внедрению малоотходных производств, к очищению окружающей среды от загрязнений, то есть — к охране Природы.

Чтобы удовлетворить этим локальным требованиям, нет необходимости в каких-либо сверхкрупных мероприятиях: все решается культурой населения, технологической и, главным образом, экологической грамотностью и дисциплиной местных чиновников.

Но тут же мы сталкиваемся и с более сложными ситуациями, когда приходится думать о благополучии не только своем, но и далеких соседей. Пример тому река, пересекающая несколько областей. В ее чистоте заинтересовано уже множество людей, и заинтересовано очень по-разному. Жители верховий не очень-то склонны заботиться о состоянии реки в ее низовьях. Поэтому, чтобы обеспечить нормальную совместную жизнь населения всего речного бассейна, уже требуются регламентации на государственном, а иногда и на межгосударственном уровне.

Пример с рекой — это тоже лишь частный случай. Ведь существуют и проблемы планетарного характера. Они требуют общечеловеческой стратегии. Для ее выработки мало одной культуры и экологической образованности. Мало и действий грамотного (что бывает чрезвычайно редко) правительства. Появляется необходимость создания общечеловеческой стратегии. Она должна охватить буквально все стороны жизнедеятельности людей. Это и новые системы промышленных технологий, которые должны быть безотходными и ресурсосберегающими. Это — и сельскохозяйственные технологии. Причем не только более совершенные обработка почв и использование удобрений. Но, как показывают труды Н. И. Вавилова и других замечательных представителей агрономической науки и растениеводства, здесь главный путь развития — это использование растений, имеющих наибольший коэффициент полезного использования солнечной энергии. То есть энергии чистой, не загрязняющей окружающую среду.

Такое кардинальное решение сельскохозяйственных задач имеет особую важность, поскольку они напрямую связаны с проблемой, которую, я убежден, неизбежно придется решать. Речь идет о численности населения планеты. Человечество уже сейчас поставлено перед необходимостью жесткой регламентации рождаемости — в разных районах Земли по-разному, но везде — ограничение.

Для того, чтобы человек и дальше вписывался в естественные циклы (кругооборот) биосферы, население планеты, при сохранении современных потребностей, должно быть уменьшено раз в десять. А это невозможно! Регламентация роста народонаселения, конечно, не даст десятикратного сокращения численности обитателей планеты. Значит, наряду с умной демографической политикой, необходимо создавать новые биогеохимические циклы, то есть новый кругооборот веществ, в который войдут прежде всего те виды растений, которые более эффективно используют чистую солнечную энергию, не приносящую планете экологический вред.

Решение проблем такого масштаба доступно только человечеству в целом. А это потребует изменения всей организации планетарного сообщества, иными словами, новой цивилизации, перестройки самого главного — тех систем ценностей, которые утверждались веками.

Принцип необходимости формирования новой цивилизации продекларирован Международным зеленым крестом — организацией, создание которой было провозглашено в 1993 году в японском городе Киото. Основной тезис — человек должен жить в согласии с Природой.

Экологический проект «Мы с природой дружим, мусор нам не нужен»

Введение

Одной из актуальных проблем современности становится поиск ответов на вопросы, которые ставит сама жизнь. Вопрос о том, как уберечь мир от экологической катастрофы назрел давно.

Актуальность данной работы связана с необходимостью формировать чувства ответственности за облик родного города и желание изменить его к лучшему [10].

Любой населенный пункт – это искусственно созданная и поддерживаемая человеком среда, в которой только от человека зависят чистота и порядок. Скопление во дворах строительного мусора, отсутствие экологической культуры у части населения, недопонимание значимости и важности чистоты и благоустройства речной зоны – признаки проблемы, выявленные в ходе работы. Кто-то относится к этому равнодушно, кто-то с сочувствием, кто-то при случае выходит на субботники по уборке территории. Однако проблема с каждым годом становится всё острее. Настало время подключиться к её решению.

Гипотеза проекта. Мы предполагаем, если каждый человек с детства научиться беречь и заботиться об окружающей среде, о природе родного края и о своей малой родине, приносить ей только пользу, а не вред, то экологическая обстановка улучшится.

Цель проекта: актуализировать внимание детей и взрослых к проблеме загрязнения улиц, озёр, способствовать формированию экологической культуры и твёрдого убеждения в том, что мусору место на свалке, а не на улицах и задворках.

В соответствии с поставленной целью выдвигаются следующие задачи:

  • Проанализировать ситуацию загрязненности в районе;
  • Научиться выделять проблему и искать способы ее решения для экологической и социальной обстановки в районе;
  • Составить экологический календарь;
  • С помощью инициативной группы ребят разработать перспективный план реализации проекта «Мы с природой дружим, мусор нам не нужен»;
  • Выстроить работу в соответствии с ключевыми датами экологического календаря;
  • Пропагандировать и углублять экологические знания учащихся и взрослых; Агитировать жителей на уборку и благоустройство;
  • Воспитывать потребность содержать улицы в чистоте.

Цель и задачи настоящей работы определили выбор методов проекта:

  • Поисковый;
  • Исследовательский;
  • Аналитический;
  • Количественный приём статистического метода;
  • Анкетирование.

Территория реализации проекта: Рудничный район города Кемерово.

Практическая ценность данной работы заключается не только в акцентуализации внимания на проблеме экологии родного края, но и в возможности применения выводов и материалов исследования в быту. Жизнь обязывает нас уметь понимать природу и грамотно выходить из разных ситуаций.

Описание проекта

Реализация проекта осуществляется в рамках пяти направлений: 

  • Организационные мероприятия; 
  • Эколого-просветительские мероприятия; 
  • Практические природоохранные мероприятия; 
  • Исследовательская работа; 
  • Участие в районных, городских конкурсах.

Распределение обязанностей среди участников проекта:

  • Журналисты — беседы с населением, учащимися;
  • Фотокорреспонденты — сбор материалов для стенда и для отчёта по результатам выполнения проекта;
  • Сценаристы — подбор, составление плана работы;
  • Художники выпуск плакатов, листовок;
  • Рабочие (все) — уборка территории от мусора.

Формы работы: беседа, совместная трудовая деятельность родителей и детей, встреча, конкурс, конференция, экскурсия, сбор ТБО, трудовой десант, выставка, изготовление кормушек, скворечников, озеленение школьной территории.

План работы над проектом:

I. Подготовительный этап

1. Обсуждение актуальности темы проекта, обсуждение проблемы загрязнения улиц, озера. Определение цели и задач проекта, постановка гипотезы;

II. Информационный этап

  • Сбор информации по теме, анализ литературы.
  • Составление экологического календаря.
  • Экскурсия по рудничному району с целью выявления самых загрязненных участков, фотографирование.
  • Проведение опроса по данной проблеме.
  • Опрос среди сверстников с целью выявления их отношения к проблеме загрязнения района и готовности принять посильное участие по практическому выполнению проекта.
  • Проведение конкурса на лучшую агитационную листовку, «Благоустроим школьную территорию», «Благоустроим территорию озера», конкурс рисунков по экологии.
  • Разработка и проведение мероприятия для учащихся и родителей. Родительское собрание «Мусор и наше здоровье».
  • Оформление фотовыставки.

III. Практический этап

Уборка школьной территории, посадка деревьев по улице Серебряный бор, очищение береговой линии пруда Отрадный, изготовление скворечников, кормушек, благоустройство школьной территории (посадка саженцев, цветов, оформление клумб)

IV. Заключительный этап

Подведение итогов работы над проектом на общешкольной линейке «Лестница успеха», награждение лучших.

Ожидаемые результаты:

  • непосредственное участие родителей и детей в организации различных экологических мероприятий;
  • повышение уровня знаний у родителей и детей об экологии родного города, края, охране природы;
  • благоустройство школьной и близлежащей территории;
  • создание в ходе проекта стенгазет, листовок;
  • привлечение родителей к посильному участию в деле экологического воспитания детей;
  • осознание детьми и взрослыми значимости охраны природы, экологически целесообразного поведения в окружающей среде, не засорять ее.

Освещение работы школы по экологическому направлению:

  • Сайт школы МАОУ «СОШ №36»;
  • Публикация в школьной газете «Цифра»;
  • Выступление на городском конкурсе «Летопись добрых дел»;
  • Участие в школьной научно-практической конференции «Успех-2016», «Успех-2017».

Пруд Отрадный. Экологическое состояние водоёма

В рамках проведения Всемирного Дня воды на одном из заседаний школьного ученического самоуправления была поднята тема состоянию водных объектов Рудничного района. Оксана Александровна познакомила нас с водоёмом, расположенном на границе Кировского и Рудничного района. Интересна история создания данного пруда: оказывается, дедушка Оксаны Александровны, участвовал в раскопках котлована для этого озера и запускал первую рыбу в чистый водоём.

С целью выявления состояния озера была организована экскурсия.

Оказалось, летом пруд Отрадный привлекает не только окрестных жителей, на озеро приезжают отдохнуть семьями со всего города. Всем дарит оно живительную прохладу, возможность искупаться, порыбачить под сенью изящных берез и просто хорошо провести время вдали от шумной суеты людской обители. На его тихих берегах находится множество пляжей и деревья, в тени которых можно укрыться от солнца и жары: тонкие осины, пушистые ели, могучие сосны. В осенние холода красочная природа этого места согревает сердце и душу, дает волю фантазии и служит пристанищем вдохновения юных поэтов, фотографов и художников. Но как же благодарят щедрый водоем люди? [1, 316].
Из года в год глазам предстает неприятная картина, стоит только ступить на территорию озера: огромное количество бытовых отходов прибивается к берегам, горы мусора оставляют после себя отдыхающие на суше… Местные жители безответственно превратили окрестности в место повышенной опасности. Вредные вещества, содержащиеся в мусоре, попадают в воду, что очень опасно для здоровья человека и жизни братьев наших меньших, что задолго до нас облюбовали это озеро.

Не следует также забывать, что беспорядок приводит к расстройству нервной системы, влияет на психологическое состояние, а, значит, вредит здоровью не меньше, чем ядовитые вещества [9, 271].

Исследование: опрос, анкетирование, интервью.

Мы решили выяснить, как относятся к этой проблеме жители прилегающей зоны. Было опрошено 30 жителей ближайшей улицы: 5 чел. – 18-25 лет, 15 чел. – 36-50 лет, 10 чел. – старше 50 лет.

Социальная категория: 50% — рабочие, 10% — служащие, 40% — пенсионеры

На вопрос «Как вы считаете, кто больше мусорит?»

  • 10 человек ответили, что это молодежь
  • 5 человек – что это подростки
  • 15 человек – указали на взрослых

Не задумываясь выбросили бы в общественном месте:

  • 5 — пустую банку
  • 5 – обертку от жевательной резинки
  • 20 не выбрали никакие варианты. Мы считаем это показателем экологической культуры у части взрослого населения.

Главной причиной захламления окрестностей водоёма большинство опрошенных выбрали:

  • недостаточное количество контейнеров для мусора – 65%
  • низкий уровень культуры – 35%

Решение проблемы:

Мы поняли, что проблема загрязнения озера существует. Большинство жителей хотели бы видеть озеро чистым и приятным для отдыха. И мы сможем сделать его таким, если постараемся [см. приложение 1].

В прошлом году мы посетили озеро в Рудничном районе, чтобы очистить его берега и лес вокруг от мусора [см. приложение 2].
Пластиковые бутылки мы складывали в отдельные мешки. Всего у нас набралось 45 мешков, затем мы договорились с родителями, чтобы они вывезли и сдали этот пластик на переработку. За это, довольно простое, но очень полезное дело нас наградили грамотой за вклад в развитие экологической культуры населения г. Кемерово от ООО «Кузбасского Скарабея» и «Областной детской эколого-биологической станции» [см. приложение 3].

В 2016 году 7 сентября наш школьный отряд в количестве 35 человек снова отправился по натоптанным тропам, чтобы еще раз провести уборку, ведь это место стало частью нашего коллектива и хранило в себе воспоминания о прошлогоднем осеннем дне, где не было мусора, и мы решили, что так должно быть всегда. По пути мы расклеивали агитационные листовки под названием «Хорошие дела заразительны!», призывающие людей сохранять природу, которые изготовили самостоятельно.

Мы вручали их жителям со словами: «Давайте сохранять чистоту и порядок на водоёмах и берегах!». Всего было расклеено 35 листовок и роздано 54 брошюры [см. приложение 4].

Когда мы приехали к месту назначения, многие из нас заметили, что в этом году мусора гораздо меньше, чем в прошлом: уже не так много вокруг валялось бутылок, фантиков, бумажек, и следов пикников почти не было видно. Может, люди стали бережней относиться к окружающей среде? А может наши ровесники или обитатели ближних улиц решили последовать нашему примеру и тоже устроили уборку территории? Но как бы там ни было, мы искренне обрадовались увиденному.

Дамба встретила нас распростертыми объятиями хрупкой осенней листвы и задорным колючим ветром. Вместе с нами работали и наши учителя, потому что только личный пример – залог успеха. В ходе акции собрано 4 м3 пластиковых и стеклянных бутылок, алюминиевых банок, упаковок от продуктов, бумаги и прочих бытовых отходов, которые оставляют люди.

Собрав целый контейнер полиэтиленовых мешков с мусором, мы все с удовольствием взирали на плоды своих трудов. Ведь в чистоте и красоте жить приятно каждому.

Мы были безумно рады, что имели возможность участвовать в этой акции, так как она не только сплотила нас еще сильней, но и сблизила с природой [см. приложение 5].

А ещё ребята увидели, как любят озеро его жители, и совместно со взрослыми решили на следующий год обустроить берега озера, построив скамейки и стол в зоне отдыха.

Главным итогом акции мы считаем не только чистый берег, но и возрастание гражданской активности людей, формирование любви к родному краю.

У нас появилось несколько предложений для департамента по охране природы г. Кемерово:

  • Поставить мусорные контейнеры по берегам водоема.
  • 2 раза в год проводить уборку территории водоёмов ученикам прибрежных школ: №39, №36.
  • Проводить традиционные акции по охране природы на темы: «Мы за чистоту в городе».

Зачем сажать деревья?

Озеленение – один из путей улучшения городской среды.

Зеленые насаждения издавна считаются надежной и проверенной защитой, их справедливо называют «легкими городов». Зеленые насаждения поглощают пыль и токсичные газы. Они участвуют в образовании гумуса почвы, обеспечивающего её плодородие. Формирование газового состава атмосферного воздуха находится в прямой зависимости от растительного мира: растения обогащают воздух кислородом, Зеленые растения смягчают климат. Растения усваивают солнечную энергию и создают из минеральных веществ почвы и воды в процессе фотосинтеза углеводы и другие органические вещества. Без растительного мира жизнь человека и животного мира невозможна. Животные, исключая хищников, питаются только растениями. Растения не только выполняют свою биологическую и экологическую функцию, но их разнообразие и красочность всегда радуют глаз человека [10].

Важно помнить, что зелень садов, лесов и парков может сохраняться и развиваться только при общем благоприятном состоянии окружающей среды. Поэтому все меры, направленные на улучшение экологического состояния воздуха, воды и почв, благоприятно влияют на зеленые насаждения. Мы заботимся о них, они помогают нам, вот такой круговорот «заботы» в природе получается.

Каждый год мы организуем акции по озеленению территории нашего района. За 2015-2016 год на территории школы было высажено 55 елей, заложены аллеи первоклассников. В рамках акции «Сирень победы» высажено 52 куста сирени.

В 2016г. по улице Серебряный бор вдоль дороги посажено 56 саженцев берёз. В рамках акции «Шахтёрский огонёк» высажено 46 рябин [см. приложение 16].

Соберём. Сдадим. Переработаем. Раздельный сбор отходов

Больше трети всех отходов, которые образуются в наших домах, можно использовать вторично. Благодаря возвращению ценных ресурсов в цикл производства, уменьшаются объемы свалок и полигонов, экономятся сырье и энергоресурсы.

К отходам раздельного сбора относятся отслужившие свой срок изделия из бумаги, картона, пластика, стекла и металла. Их сортируют и выбрасывают в маркированные контейнеры, содержимое которых забирает специальный мусоровоз. В отличие от других машин, которые перевозят мусор на полигон, мусоровоз для раздельного сбора доставляет ценные отходы на мусороперерабатывающий завод, где они сортируются по сырьевым фракциям, прессуются и пакуются в тюки. Вторичное сырье заготавливается большими партиями и отправляется на заводы по переработке [7].

Всем известно, что использованные батарейки нельзя выбрасывать вместе с обычным бытовым мусором.

Одна пальчиковая батарейка, выброшенная в мусорное ведро, загрязняет тяжёлыми металлами около 20 м2 земли, а в лесной зоне это территория обитания двух деревьев, двух кротов, одного ёжика и нескольких тысяч дождевых червей!

Батарейки содержат различные тяжелые металлы, которые даже в небольших количествах могут причинить вред здоровью человека. Это цинк, марганец, кадмий, никель, ртуть и др. После выбрасывания батарейки коррозируют (их металлическое покрытие разрушается), и тяжелые металлы попадают в почву и грунтовые воды. Из грунтовых вод эти металлы могут попасть в реки и озера или в артезианские воды, используемые для питьевого водоснабжения.

Одна пальчиковая батарейка, выброшенная в мусорное ведро, загрязняет тяжёлыми металлами около 20 м2 земли. Батарейки содержат различные тяжелые металлы, которые даже в небольших количествах могут причинить вред здоровью человека. Это цинк, марганец, кадмий, никель, ртуть и др.

Один из самых опасных металлов, ртуть, может попасть в организм человека как непосредственно из воды, так и при употреблении в пищу продуктов, приготовленных из отравленных растений или животных, поскольку этот металл имеет свойство накапливаться в тканях живых организмов.

Чтобы обратить внимание жителей района на важность грамотно утилизировать отработанные батарейки, мы проводим информационные минутки и активно участвуем в городской природоохранной акции «Охотники за батарейками».

Серьезный вред экологии наносит и полиэтиленовый пакет. Установлено, одним пакетом пользуются в среднем не более 20 минут, а на его разложение уходит более 500 лет. В природе нет бактерий, способных разлагать полимерные соединения, поэтому избавиться от пакетов можно только путем сжигания. При сгорании полимерных материалов выделяется один из самых ядовитых газов – СО (угарный). Брошенные пакеты нарушают городские коммуникации – забивают ливневые стоки. Пластиковые пакеты становятся причиной гибели животных. Срок окончательного распада полиэтилена составляет более 500 лет. При сжигании полиэтиленовые отходы выделяют вредные вещества, опасные для природы и здоровья человека. Почти каждый кусочек когда-либо произведенного пластика до сих пор существует. По данным Комитета ООН по охране природы, ежегодно пластиковые отходы становятся причиной смерти 1 миллиона птиц, 100 тысяч морских млекопитающих и неисчислимого количества рыб. Примерно 6 миллионов 300 тысяч тонн мусора, большую часть которого составляет пластик, ежегодно сбрасывается в мировой океан.

Жители нашего района ещё не готовы отказаться от пластикового пакета. Решение данной проблемы мы видим в соблюдении ежедневного правила: идти за покупками со своей сумкой.

Перспективный план реализации проекта «Мы с природой дружим, мусор нам не нужен!» на 2015-2016 г.

№ п/п

Мероприятия

Дата

Исполнители

 1

Очищение береговой линии озера

сентябрь

Ученическое самоуправление (ИДФ)

 2

Посадка саженцев на территории школы

сентябрь — октябрь

родители, учащиеся, учителя

 3

Выставка поделок из природного материала.

сентябрь

учащиеся, родители, учителя

 4

Посадка саженцев на близ лежащей территории по ул. Серебряный бор.

сентябрь

ученическое самоуправление (ИДФ)

 5

Экологическая акция “Мой чистый двор”

в течение года

учащиеся, родители, педагоги школы.

 6

Изготовление кормушек для птиц

ноябрь

 7

Сбор макулатуры

ноябрь

учащиеся, родители, классные руководители

 8

Конкурс эко-листовок «Экология и мы»

апрель

Учащиеся, классные руководители

 9

Изготовление скворечников

март

учащиеся, родители

 10

Участие в акции «Сирень победы»

май

учащиеся, родители, классные руководители

 11

Участие в акции «Шахтёрский огонёк» (посадка рябин)

май

учащиеся, родители, классные руководители

 12

Благоустройство школьной территории

май

учащиеся, педагоги школы

Перспективный план реализации проекта «Мы с природой дружим, мусор нам не нужен!» на 2016-2017 г.

№ п/п

Мероприятия

Дата

Исполнители

 1

Очищение береговой линии озера с привлечение желающих учащихся принять участие в акции

сентябрь

Ученическое самоуправление ИДФ, объединение «Росток»

 2

 Посадка саженцев на территории школы

сентябрь — октябрь

Ученическое самоуправление ИДФ, объединение «Росток, учащиеся, родители, педагоги школы

 3

Экологическая акция “Мой чистый двор”

в течение года

учащиеся, родители, педагоги школы.

 4

Экологическая акция “Мой чистый двор”

в течение года

 5

Изготовление кормушек

октябрь

учащиеся, родители

 6

Мероприятия, посвященные Дню Земли: экологическая игра «Спаси и сохрани», конкурс фотографий «Природа нашего города»

октябрь

учащиеся, родители, педагоги школы

 7

Конференция «Успех-2017.»

февраль

учащиеся

 8

Конкурс презентаций «Природа и мы»

учащиеся, родители, классные руководители

 9

Акция «Подари ёлке жизнь»

декабрь

учащиеся, родители, классные руководители

 10

Изготовление скворечников

март

учащиеся, родители

 11

Выпуск листовок «Береги первоцветы»

март

учащиеся

 12

Конкурс плакатов «Вода источник жизни»

апрель

учащиеся, родители, классные руководители

 13

Конкурс презентаций «Береги природу»

апрель

учащиеся,

 14

Сбор батареек

март-апрель

учащиеся, родители, классные руководители

 15

Сбор макулатуры

апрель-май

учащиеся, родители, классные руководители

 16

Акция «Чистая вода», конкурс плакатов

апрель

учащиеся, родители, классные руководители

Экологический календарь

Всемирный День воды – 22 марта

Проводится с 1993 года по инициативе Международной ассоциации водоснабжения и ЮНЕСКО во многих странах мира. На территории Российской Федерации – с 1995 года под девизом «Вода – это жизнь».

Главные задачи – привлечь внимание общественности к состоянию больших и малых водных объектов, водоохранных зон, водозаборов, качеству стоков.

Всемирный День метеоролога – 23 марта

В 1950 году именно в этот день вступила в силу Конвенция Всемирной метеорологической организации (ВМО) – специализированного учреждения ООН.

Девиз праздника – «Погода, климат и вода в информационную эру». Отмечается с 1961 года.

Основным содержанием мероприятий этого дня является изучение возможного неблагоприятного развития метеорологических событий, стихийных бедствий, характерных для региона.

Всемирная акция «Час Земли»

Час Земли – одна из крупнейших ежегодных экологических акций, инициированных Всемирным фондом дикой природы (WWF). Проводится в последнюю субботу марта.

Это символическая акция – общественный призыв к решительным мерам по сохранению климата. Миллионы людей во всем мире выключают свет на час в строго определенное время, в знак заботы о будущем планеты и ее ресурсах.

Международный День птиц – 1 апреля

В этот день в 1906 году была подписана одна из первых природоохранных конвенций – Международная конвенция об охране птиц, к которой Россия присоединилась в 1927 году.

Защита птиц, наблюдение за их жизнью, организация помощи в наиболее трудные для них времена, изготовление и вывешивание кормушек, спасение птиц, пострадавших от экологических катастроф, – таковы первоочередные задачи дня птиц.

С 6-15 марта в рамка городской акции «Весенняя неделя Добра — 2017» в нашей школе была проведена акция «Скворечник», которая явилась продолжением начатой в феврале экологической акции «Покормите птиц зимой», где силами учащихся начальных классов и их родителей были сделаны и установлены 5 кормушек. Если целью акции «Покормите птиц зимой» была установка: «Чтоб без песен не пришлось нам встречать весну», то сегодня пришла пора позаботиться о пернатых друзьях, возвращающихся к нам, на свою родину.

На протяжении 3-х лет родителями совместно с детьми было изготовлено 120 скворечников.

Редакция газеты «Цифра» участвует в экологической акции Марафона школьных СМИ «Птицы и люди». Наши художники делают открытки с изображением птиц и рассылают их в школьные СМИ по всей России. Кто только не получил уже наших птичек: и Москва, и Новосибирск, и Ростов-на-Дону… Мы тоже получаем открытки от друзей. Теперь мы как одна большая «птичья семья», которая поддерживает птиц в непростое для них зимнее время [см. приложение 14].

День экологических знаний – 15 апреля

Экологическое образование и просвещение населения, особенно молодого поколения, – одна из основ формирования экологической культуры человека, руководствующегося при общении с окружающим миром принципом «Не навреди!». В России отмечается в соответствии с Федеральным законом «Об охране окружающей среды».

Суть мероприятий этого дня – знакомство с состоянием дел в области экологической безопасности, формирование у человека личной и общечеловеческой ответственности за их сохранение, а также привлечение школьников и студентов к исследовательской деятельности по изучению флоры и фауны родного края.

Международный марш парков – последняя неделя апреля

Современная международная кампания в защиту заповедников и национальных парков – «Марш парков» – ведет свою историю с 40-х годов XIX века. Координатором акции является Центр охраны дикой природы.

Ежегодно сотни тысяч жителей городов и поселков принимают участие в Марше, чтобы узнать как можно больше о заповедниках, национальных парках, заказниках и других ООПТ и внести свой вклад – спонсорской или волонтерской помощью – в сохранение уголков нетронутой природы.

Всемирный день Земли – 22 апреля

В России отмечается с 1990 года. С 1994 года этот день объявлен Всемирным. Традиционно эту акцию ассоциируют с днями всеобщего благоустройства и генеральной уборки мест массового отдыха, берегов и фарватеров малых рек, санитарных зон, производственных и общественных территорий.

Основная цель проводимых работ – обратить внимание землепользователей на неблагоприятные тенденции, связанные с деградацией земель и загрязнением их промышленными выбросами и ТБО.

Международный день растений – 18 мая

Главная цель этого дня – раскрыть красоту растений, познакомить как можно больше людей с важностью их биологии для развития сельского хозяйства, садоводства, лесничества, для производства продуктов питания, бумаги, древесины, химикатов и лекарственных средств. Особенное внимание в этот день отводится роли растений в охране окружающей среды.

Первый День растений состоялся в 2012 году. В этот день в 39 странах мира провели около 600 различных мероприятий.

Россия присоединилась к проекту в 2013 году.

Всемирный день окружающей среды – 5 июня

Учрежден 27-й сессией Генеральной Ассамблеи ООН 15 декабря 1972 года в ознаменование начала работы Стокгольмской конференции по проблемам окружающей среды.

В этот день проводятся мероприятия, затрагивающие вопросы неконтролируемого использования природных ресурсов, критически рассматривается баланс качества жизни и ущерба, наносимого природе в виде добычи новых ресурсов, захоронением и утилизацией отходов производства и потребления.

Заключение

Проделанная работа позволила нам стать внимательнее по отношению к природе и людям, которые нас окружают. Надеемся, что и люди последуют нашему примеру и тоже примут участие в акции «Летопись добрых дел».

В ходе реализации проекта были задействованы разные формы работы:

— поисково-исследовательские: экологический мониторинг: «Экологическое состояние водоёма в рудничном районе» [см. приложение 5].

— конкурсные:

  • конкурсы рисунков и плакатов, посвященных природе; фото и видеоконкурсы [см. приложение 6].
  • «По родным местам», поделки из природного материала
  • городской конкурс «Весна, семья, экология и закон» [см. приложение 7].
  • районная экологическая игра «Зеленый парус» [см. приложение 9].
  • муниципальный этап областного конкурса социальной рекламы «Вода – источник жизни» [см. приложение 10].
  • городской творческий конкурс «Экология глазами детей»

 — игровые: экологические викторины, игры, спектакли;

 — познавательные: классные часы на экологическую тематику, уроки-семинары, уроки-диспуты, «круглые столы», «Урок чистой воды» и др.
В проведении уроков экологической грамотности в нашей школе принимают участие общественники, депутаты и педагоги.

26 декабря 2016 года в стенах школы № 36 состоялся открытый экологический урок для учащихся 10-ого класса. Его провёл Депутат Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации, член комитета Государственной Думы по экологии и охране окружающей среды Фокин Александр Иванович. Урок проходил в атмосфере диалога и общения с учащимися по теме экологических проблем загрязнения окружающей среды. Александр Иванович поведал ученикам о существующих в мире проблемах по утилизации мусора, продемонстрировал слайды о мусорных островах в Тихом океане, о проблемах переработке и сортировке отходов [см. приложение 11].
Такие экоуроки позволяют воспитать в понятийном аппарате такие представления, как «экология», «отходы», «раздельный сбор мусора», «заповедные территории», «охрана природы», «Красная книга», и способствующей экологизации сознания с самого юного возраста с дальнейшей трансформацией его в экологическую культуру.

— пропагандистская работа. Создание листовок, брошюр способствует актуализации внимания к проблеме экологии [см. приложение 12].

Ежегодно организуем фотовыставки, видеоролики, цель которых не только показать бытовые свалки, сломанные руками человека деревья, нашу деятельность по охране природы и просто красивые места нашего края, но и заставить задуматься о последствиях своей деятельности.
Учим младших школьников правильно вести себя в лесу, на реке, на лугу, чтобы не причинять вреда природе. Знакомим их с растениями, занесенными в Красную книгу. С просветительской целью экологический отряд «Росток» в рекреации школьного холла организовал экологический уголок [см. приложение 13].

Круглогодично в школе совместными усилиями мы наводим порядок, очищаем территории, высаживаем деревья, кустарники и цветы, проводим экологические мероприятия: трудовые десанты, смотры, конкурсы и осуществляем массу других полезных и важных дел.
 «Все мы дети одного корабля по имени Земля, значит, пересесть из него просто некуда… Есть твердое правило: встал поутру, умылся, привел себя в порядок – и сразу же приведи в порядок свою планету», — писал французский писатель, поэт Антуан де Сент-Экзюпери. Вот главное правило жизни, которое должно стать главным условием существования каждого человека на земле.
Чтобы спасти нашу Землю от гибели, каждый должен начать с себя.

Список литературы
  1. Артюзов Д. В., Бобров В.В. История Кузбасса. – г. Кемерово: «СКИФ», «Кузбасс», 2006 – 467 с.
  2. Зайцева И., Галчинова О., 1996. Клад пpиpодоохpанной культуpы, где копать // Пpо Эко. Спецвыпуск бюллетеня «Охpана дикой пpиpоды», № 11. — С. 42—44.
  3. Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях. Глава 8. Административные правонарушения в области охраны окружающей среды и природопользования Статья 8.2.
  4. Кривенко В. Г. Концепция внутривековой и многовековой изменчивости климата как предпосылка прогноза // Климаты прошлого и климатический прогноз. М., 1992. С. 39-40.
  5. Михеева Н. А., Жуков П. В. К вопросу об управлении процессом экосоциализации населения России // Современные исследования социальных проблем: журнал. — Красноярск: Научно-инновационный центр, 2010. — № 1. — С. 112—114. — ISSN 2218-7405.
  6. Многонациональный Кузбасс. – г. Кемерово: Кузбассвузиздат, 2003 – 113 с.
  7. Ожегова В.А. Экологический словарь.
  8. Разенкова Д. Ф. Экологическая культура: социально-философские аспекты формирования: Дис. … канд. филос. наук : 24.00.01. — М., 2001. — 162 с. — РГБ ОД, 61:01-9/453-6.
  9. Тулеев А.Г. Кузбасс. Сибирь. Россия. – г. Кемерово: Кузбассвузиздат, 2002 – 420 с.
  10. Экологические проблемы: что происходит, кто виноват и что делать?: Учеб. пособие / В. И. Данилов-Данильян. – М.: Изд-во МНЭПУ, 1997. – 332 с.

Экология Казахстана: топ-5 главных проблем страны — 27.01.2020 | Strategy2050.kz

— Салтанат Темиркуловна, расскажите какова на сегодняшний день экологическая ситуация в Казахстане? 

— Исторический груз накопленных проблем таков, что не было года, чтобы экологическая ситуация в стране хоть раз комплексно улучшилась, даже несмотря на рост бюджетного финансирования природоохранных мероприятий. Сокращаются запасы чистой воды, накапливаются проблемы, вызванные растущими отходами. Не удаётся восстанавливать ценные популяции рыб, в первую очередь, осетровых. Не хватает экосистемного подхода к состоянию водоёмов, у которых по сути нет хозяина. По данным независимых экспертов, среди жителей отдельных регионов страны из-за загрязнения воздуха, воды и почвы наблюдается на 40% рост заболеваний, таких как аллергия, онкология, болезни лёгких. В нашем организме накапливаются за года и десятилетия тяжёлые металлы, в том числе свинец от автомобильных выбросов, и пора об этом серьезно подумать. 

Нет комплексного анализа состояния экосистем. В том числе экомониторинга Каспия. Не хватает четких прогнозов и сценариев последствий экологических угроз для экономики, здоровья, туризма и отдыха, на основании которых можно превентивно упреждать кризисные ситуации.   Это в идеале. Так, проблемы обмеления горных, особенно трансграничных рек усугубляются. Если горные ледники, питающие реки Или, Иртыш, Сырдарьи, Амударьи и другие растают, то это приведет к опустыниванию, засолению, дефициту воды, упадке ирригации, сельского хозяйства, рыбной отрасли и так далее. 

Балхаш превращается в зону экологического бедствия, аналогичную Аралу. Последние 14 лет исследования бассейна не проводятся. Уровень озера питается за счет ускоренного таяния горных ледников. Китай планирует увеличить забор воды из реки Или для нужд нефтяной промышленности.  Продолжается загрязнение озера тяжелыми металлами и сульфитами предприятием «Балхашцветмет» — а это ежегодно 1800 тонн пыли. Еще более рискованная ситуация по реке Иртыш. Власти Синьцзян-Уйгурского округа Китая не скрывают свои намерения в дальнейшем увеличить забор воды до четырех-пяти кубокилометров. Это связано как с демографическими процессами на этой территории – КНР планирует довести население округа до 100 млн человек, используя программы переселения, так и с увеличением площади орошаемых земель. Китай строит дамбы и плотины на Чёрном Иртыше, нужно изучать космические снимки. 

Наиболее проблемными регионами являются Карагандинская область, Усть-Каменогорск, загрязнение Балхаша предприятиями г.Балхаш, крупные месторождения нефтедобычи, затопление старых нефтяных скважин растущим уровнем Каспийского моря. В декабре 2018 года произошла гибель более ста тонн рыбы из-за загрязнения реки Урал сбросами хлора, пострадала кормовая база рыб. На Карагандинскую область приходится 305 тыс. тонн промышленных выбросов, что составляет примерно четверть от общего объема. 

— Что необходимо сделать для улучшения экологии в нашей стране? 

— Для улучшения экологии в стране необходимо развитие энергоэффективности и ВИЭ, в том числе, озеленение высохшего дна Аральского моря, посадка хвойных и саксаульных лесов, расширение зеленого пояса вокруг столицы и многое другое. Экологические инициативы активизируются, как и деятельность зелёных компаний и НПО. Создано экологическое министерство с расширенными функциями, Международный центр зеленых технологий и инвестиционных проектов, Ассоциация экологических организаций Казахстана (АЭОК). Происходит коренное реформирование экологического законодательства. Это основание для оптимизма. Так, в прошлом году депутаты Мажилиса Парламента РК ратифицировали протокол о регистрах выбросов и переноса загрязнителей (РПВЗ) к конвенции о доступе к информации, участию общественности в процессе принятия решений и доступе к правосудию по вопросам, касающимся окружающей среды. Наличие такого инструмента позволит представлять населению данные по выбросам в разрезе предприятий. Протокол о РВПЗ охватывает 64 вида деятельности. 

— Назовите пять главных экологических проблем Казахстана? 

— Если учитывать численность страдающего населения, то это загрязнение воздуха мегаполисов – Алматы, Нур-Султана, а также промышленных городов (например, Темиртау, Усть-Каменогорск). На второе место я бы поставила угрозы обмеления озера Балхаш, Иртышского бассейна. На третье — таяние горных ледников Заилийского Алатау. На 4-е – проблемы опустынивания и засоления земель. На 5-е – загрязнение водоёмов, малопригодных для рыбы, отдыха и туризма. Необходимо вернуться к методике принятого в 1998 году Национального плана действий по охране окружающей среды и устойчивому развитию, где был создана хороший инструментарий выявления приоритетных экологических проблем. 

— Расскажите о новом Экологическом кодексе РК, какие нововведения ожидаются после его принятия в этом году?

— Это главное правовое экологическое событие прошедшего десятилетия. 24 декабря 2019 года на заседании Правительства министр экологии, геологии и природных ресурсов (МЭГПР РК) Магзум Мирзагалиев представил проект новой редакции Экологического кодекса, разработанного с учетом опыта ОЭСР, к экологическим стандартам которой мы переходим. Новый Экокодекс должен будет стимулировать недропользователей и промышленные предприятия к внедрению зелёных технологий. В существующем экологическом кодексе отсутствует определение «зеленые» технологии. Главным достижением я считаю заложенный в Кодекс переход на принцип Наилучших Доступных технологий (НДТ). Предприятия, внедрившие НДТ, будут освобождены от платы за эмиссии. В случае, если они не переходят на НДТ, их ставки платы за эмиссии будут расти. В проект заложена обязательная стратегическая экологическая оценка проекта строительства новых предприятий. Предлагается ОВОС применять только в отношении 2,6 тысяч предприятий «первой категории», на которых приходится 80% выбросов. При этом, общественность участвует во всех стадиях ОВОСа. 

По словам одного из разработчиков проекта – председателя правления АЭОК Айгуль Соловьёвой — формально в нашей стране соблюдаются права граждан на участие и проведение общественной экоэкспертизы, другой вопрос – довольны ли они их результатами и качественной составляющей проведения таких процедур. В новом проекте строго уточняется порядок проведения экоэкспертиз, общественных слушаний и понятие «общественный мониторинг». А доступ к экоинформации постарались сделать в рамках Орхусской конвенции. В проекте уделено большое внимание расширению прав общественных объединений в области охраны окружающей среды. Разработчики настаивали, чтобы платежи имели целевое предназначение и шли исключительно на природоохранные мероприятия и озеленение, а не на социальные проекты и латание «бюджетных дыр». В большинстве регионов страны местные власти направляют на природоохранные мероприятия лишь мизерную часть от поступивших средств, в среднем от 0,3 до 2%. Текущая ситуация с экологическими платежами и их расходованием неоднократно подвергалась критике со стороны международных экспертов. В этой связи, в проекте сопутствующего закона предусмотрено обязательное финансирование природоохранных мероприятий за счет поступающих экологических платежей в объеме 100%. Для объектов I категории с целью получения своевременной и достоверной информации о качественном и количественном составе выбросов и сбросов предусмотрена обязательная автоматизация производственного экологического мониторинга. 

Для усиление экологического контроля проектом сопутствующего закона предлагается внести изменения в Предпринимательский кодекс, в части проведения проверок по фактам, непосредственно затрагивающим условия жизнедеятельности населения. Данные изменения направлены на оперативное реагирование на факты негативного влияния на окружающую среду. Усиливается ответственность за экологические правонарушения путем увеличения административных штрафов в 10 раз. Предусмотрено внедрение принципов циркулярной экономики, используемых в странах ОЭСР. В целях снижения количества несанкционированных свалок, будет внедрено лицензирование деятельности предприятий, занимающихся переработкой и утилизацией отходов. 

Также предлагается внедрение механизма «Waste to Energy», предусматривающего продажу электроэнергии, получаемой при сжигании отходов. При этом ставятся строгие требования к качеству выбросов, аналогичные европейским директивам. Данный механизм позволит сократить объемы отходов до 30% до 2025 года и привлечь частные инвестиции». Несмотря на рекордно обширные публичные обсуждения, даже в регионах, проект Экологического кодекса поступил в Парламент в урезанном виде. В Интернете пока нет открытой публикации проекта. При рассмотрении в Парламенте ждём жарких дискуссий. 

— Есть ли у Казахстана экологические инновации мирового уровня, как научно-технические разработки, так и институциональные? 

— Конечно, и после ЭКСПО-2017 мало говорят об их судьбе. Давно назрела необходимость проведения регулярных конкурсов зелёных инноваций, первый из которых Коалиция организовала в 2016году. Среди промышленно освоенных стоит назвать высокотемпературные пиролизные печи (А.Петрова, А.Салгарина), первый в стране завод по переработке нефтесодержащих отходов «Шырын» в Мангистауской области  с получением топлива для морских судов (ТОО «Эко-су тазарту»), производство натурального каучука из эндемичных одуванчиков кок-сагыз (ТОО «Кок-сагыз ТМ»),  технология автоматизированного выращивания дешёвых кормов в теплице на экологичной гидропонике (Тосканбаев А.А., Караганда), биотехнология получения кремнеорганических мелиоративных удобрений для засоленных земель (Проф. Жекен Мамутов Умбеткулович, КазНУ) и много других. 

Среди находящихся на пороге внедрения: Нусупов Каир Хамзаевич (Казахстанско-Британского технического университет) сконструировал двусторонние кремниевые солнечные батареи с уникальной долговечностью (25 лет с сохранением технических характеристик) и КПД 32%, а также технологию их производства. Нестеренков Александр Геннадьевич (ВИЭ КазНИИ энергетики им. Чокина) создал солнечную концентраторную установку с утилизацией тепла, которая в семь раз снижает себестоимость получаемой электроэнергии. Аскар Арынгазин (Институт фундаментальных исследований ЕНУ им. Л.Н. Гумилева) – производство магнегаза из углеводородсодержащих отходов с безопасной электроимпульсной утилизацией опасных отходов, пестицидов, стойких органических загрязнителей. 

— Что запланировано сделать по развитию «зеленой экономики» в нашей стране в этом году? 

— Совершенно очевидно, что Казахстан твёрдо становится на курс системных экологических реформ. Создано новое Министерство экологии, геологии и природных ресурсов с расширенными функциями. Глава государства поручил предприятиям разрабатывать планы внедрения передовых экологичных технологий. Главным рычагом экологической политики МЭГПР РК будет перевод, в соответствии с мировой практикой, экологического контроля на принцип Наилучших доступных технологий (НДТ). Это означает облегченные режимы мониторинга выбросов, отсутствие экологических платежей в случае внедрения определенных передовых экологичных технологий из отечественных и зарубежных отраслевых каталогов НДТ. Причем эти каталоги ежегодно обновляются. Это также существенно облегчает предприятиям поиск «зелёных» технологий.  НДТ внедряются на основе индивидуальных договоров предприятий с МЭГПР РК. Переход на НДТ – это главный инструмент нового Экологического кодекса и приоритет деятельности Международного центра зеленых технологий и инвестиционных проектов (IGTIC). Оплачивать выбросы загрязнителям скоро будет невыгодно. В стратегическом плане развития РК до 2025 года очень много мер посвящено стимулированию внедрения «зелёных» технологий. Хотя планы мероприятий по их реализации пока не разработаны. Ждём с нетерпением практических результатов от деятельности Международного центра зеленых технологий и инвестиционных проектов – своеобразного преемника исторической выставки ЭКСПО-2017. 

В 2020 году предстоит принять стратегию низкоуглеродного развития для реализации Парижского соглашения (разрабатывается МЭГПР при поддержке GIZ). Еще важное мероприятие – проведение осенью 2020 года очередного форума Программы Партнерства «Зеленый Мост». В этом году значительные темпы развития приобрел IGTIC – ключевой институт страны по техническому оснащению «зелёной» экономики. Глобальный Экологический фонд (ГЭФ) совместно с ЮНИДО одобрил 3-х летнюю Глобальную инновационную Программу в области чистых технологий – GCIP Kazakhstan. IGTIC определен её Национальным оператором. GCIP – это The Global Cleantech Innovation Programme, глобальная инновационная программа «Cleantech» для поддержки стран по распространению и трансферту технологий через предпринимательство, а также улучшению экосистемы и стимулирования новых «чистых» и «зеленых» стартапов. Проект стартует в феврале 2020 года. Он окажет также содействие в привлечении инвестиций для регионов, создании новых компаний и зеленых рабочих мест, а также выведению казахстанских компаний на глобальный рынок чистых технологий. В Программе задействован Казахстанский Центр модернизации и развития ЖКХ. С целью выявления и акселерации стартапов будут проводиться ежегодные инновационные конкурсы Cleantech по отбору проектов в области зеленых технологий среди казахстанских разработчиков. Наиболее перспективные разработки и стартапы получат инструменты поддержки: обучение, нетворкинг, помощь в маркетинге и исследовании рынка, доступа к инвесторам. По инициативе IGTIC впервые создается Научно-технический Совет (НТС) по оценке и проведению экспертизы зеленых технологий и инвестиционных проектов.  Это единое окно для инвесторов и заявителей (инициаторов) проектов. В настоящее время в IGTIC поступило более 300 проектов и технологий. Необходимость появления «зеленого» НТС объясняется тем, что экология до сих пор не была представлена  как  приоритетное научное направление. К примеру, по итогам анализа конкурсов Министерства образования и науки РК, за последние 5 лет было профинансировано всего лишь 16 проектов по снижению загрязнения воздуха. В независимую экспертную комиссию вошли ведущие ученые в области инженерии, молодые специалисты, проходившие стажировку по программе «Болашак», крупные специалисты производства, представители бизнеса из НПП «Атамекен», государственные деятели, депутаты Мажилиса и Сената Парламента РК. 

Также активизируется Общественный Совет при МЭГПР, который мне выпала честь возглавить. Недавно создан проектный офис «Адалдық алаңы» при Минэкологии. Его возглавила Председатель правления ОЮЛ «Ассоциация экологических организации Казахстана» Айгуль Соловьева. В помещении бюро пропусков здания Дома министерств открыт кабинет для приема граждан, установлена телефонная линия для оперативной связи напрямую с первыми руководителями ведомств и структурных подразделений по соответствующим обращениям. Также взаимодействие с общественностью будет осуществляться на официальном сайте министерства и в наиболее распространенных социальных сетях. 

В этом году расширит свою деятельность и Коалиция за зеленую экономику и развитие G-Global как общественный провайдер перехода страны к «зеленой» экономике.  Мы проводим второй раз республиканские конкурсы «Зеленый офис», «СМИ ЦУР-2030». Совместно с Казахстанской ассоциацией природопользователей для устойчивого развития (КАПУР) готовим республиканский конкурс для бизнеса «Green awards Kazakhstan», по итогам которого ко Дню окружающей среды выпустим книгу на DVD «Лидеры экологии и устойчивого развития Казахстана». Мы готовим также проведение конкурсов лидеров ЦУР —  среди женщин и молодёжи. 

В феврале 2020 года стартует конкурс проект «Одно село – один продукт» в нескольких районах Туркестанской области и Карагандинской области. Вновь проведем областные и республиканский форумы сельских женщин, по итогам которых выпустим вторую редакцию книги на DVD «100 историй успеха сельских женщин Казахстана». Также в этом году ожидается развитие экологического природного и гостевого сельского туризма – важной для страны отрасли зелёной экономики.

Казахстан принял Государственную программу по туризму на 2019-2025 годы, которая предусматривает повышение доли туризма в ВВП до 8% и превращение его в один из пяти ведущих секторов экономики.  Как ожидается, рост числа занятых в туристической сфере казахстанцев увеличится на 50% до 650 тыс человек, приток иностранных туристов вырастет в три раза и превысит 9 млн человек, что выведет Казахстан в ряд 50 наиболее конкурентоспособных туристических направлений в мире. 

– Спасибо за содержательное интервью!


Баёва Валентина Яковлевна. Netfolio — портфолио воспитателя. Другие мероприятия

Фотоконкурс » Люблю тебя- Осенний Тымовск»Институционный уровень15.10.201831.10.2018Приз зрительских симпатий педагогического коллектива Файл
Фотоконкурс «Люблю тебя — Осенний Тымовск»Институционный уровень15.10.201831.10.20182 место в номинации «Архитектура» Файл
фотоконкурс » Люблю тебя — Осенний Тымовск»Институционный уровень15.10.201831.10.2018Сертификат Файл
Фотоконкурс » Люблю тебя- Осенний Тымовск»Институционный уровень10.01.201931.10.2018Сертификат Файл
Фотоконкурс » Люблю тебя — Осенний Тымовск»Институционный уровень15.10.201831.10.2018Сертификат Файл
Фотоконкурс » Люблю тебя- Осенний Тымовск»Институционный уровень15.10.201831.10.2018Сертификт Файл
Фотоконкурс » Люблю тебя -Осенний Тымовск»Институционный уровень15.10.201831.10.2018Сертификат Файл
Фотоконкурс » Люблю тебя -Осенний Тымовск»Институционный уровень15.10.201831.10.2018Сертификат Файл
фотоконкурс » Люблю тебя- Осеннй Тымовск»Институционный уровень15.10.201831.10.2018Сертификат Файл
Фотоконкурс «Люблю тебя-Осенний Тымовск»Институционный уровень15.10.201831.10.2018Сертификат Файл
Фотоконкурс «Люблю тебя-Осенний Тымовск»Институционный уровень15.10.201831.10.2018Сертификат Файл
Зимний спортивный праздник «быстрее, выше, сильнее»Институционный уровень12.03.201912.03.2019Сертификат  

Зоя Рюрикова: Это уже не партизанская и не виртуальная

2019 год начался в Нижнем Новгороде с небывалого для многих российских городов события — Установочной сессии Института развития городской среды или, как многие его окрестили, Института урбанистики.

Как и во многих других города, в Нижнем остро стоит вопрос выстраивания коммуникаций горожан с администрациями разного уровня и возможности влияния на принятие тех или иных решений по развитию города и городской среды экспертными сообществами. Решить эту проблему, возможно, поможет создаваемая по инициативе главы города АНО. Возглавить новую структуру пригласили нижегородского архитектора Зою Рюрикову, которая является активным участником команды Центра Прикладной Урбанистики (ЦПУ) Нижнего Новгорода.

Побывав на Установочной сессии, мы поговорили с Зоей об истории формирования команды ЦПУ в Нижнем, их опыте работы с городом, как складывается работа над проектами и вокруг чего объединяются горожане.

— Насколько я помню, история Нижегородского Центра прикладной урбанистики выросла из градозащитного движения вокруг Стрелки?
© Надежда Щема

— В общем, да. Стрелка стала своеобразным толчком, импульсом не просто сборки команды. Она собрала вокруг себя людей, которых волнует не только сама Стрелка, но и город в целом. Конечно, в начале это была около архитектурная история, так как началась с “Дней архитектуры”, организованный Мариной Игнатушко, которая пригласила нашего известного краеведа Татьяну Павловну Виноградову. Мы пошли на экскурсию в нижегородский порт. Он тогда, в 2015 году, ещё существовал и даже функционировал. Да, там уже никто не работал, но охрана была и что-то происходило: осуществлялись какие-то последние перегрузки сыпучих материалов. Татьяна Павловна тогда хотела нам показать бетонные пакгаузы, как пример раннего использования железобетона. Но нас туда не пустили и мы пошли в ближние сараи (как нам казалось) и увидели там металлические ажурные конструкции. От такой красоты сразу хочется мечтать и фантазировать на тему, что это могло быть. И мы мечтали. Пока не увидели, что всё это приговорено к сносу и на новом проекте планировки и межевания это всё исчезло. Поднялось очень сильное протестное движение не только в нашей группе.

— Получается, что это настолько сильно всколыхнуло людей, что несколько сообществ объединились на защиту?

— Да, это были и люди старшего поколения, и телевизионщики, культурные деятели. Очень много нижегородцев возмутилось тем, что планируется такое, по сути дела, варварство.

— Итогом стало сохранение конструкций?

— Да. Но сохранили их не только мы, участники движения “Открытая Стрелка”. Это и Нижегородский архитектурно-строительный университет (ННГАСУ), специалисты которого провели обследование этих конструкций, в том числе и его ректор, который не пошёл на поводу у губернатора и не дал согласие на снос.

— Это как раз подтверждает тезис, что если это культурный код, то он  объединяет вокруг себя людей.

— Именно! Культурный код, которой вокруг себя объединил. Да, мы немного увлеклись ажурными конструкциями и забыли о том, что порт тоже очень важен для нашего города, что мы всегда были портовым городом, что портовые краны сидят в нас очень глубоко с детства и без них нижегородский пейзаж уже не тот. Сейчас, когда порта уже нет, мне больно туда ехать. Я не хочу на Стрелку, потому что я буду вспоминать ту картину, которая там была, как там всё стояло, что там происходило… На этой волне и образовалась группа, которая пошла дальше только защиты Стрелки. Когда там всю территорию зачистили, ЦПУ уже существовал на тот момент.

— Вы делали выводы, почему получился именно такой результат? Можно ли было сделать больше? Может быть не хватило знаний?

— Мы не видели как сделать больше. С моей стороны был максимум усилий. Как человек, который своим временем и компетенциями вкладывался в сохранение, я сделала всё. Возможно, надо было давить на другие какие-то точки.

© Julianna Guseva
— Может быть вы не знали, на какие ещё нужно точки давить?

— Возможно. Но на том этапе мне казалось, что дальше был бы уже экстримизм. Мы слегка, конечно, в него поиграли. Были просто на грани…

— Я помню, вы там ложились под экскаватор?

— Нет, у нас там был перфоманс со словом “Путин”. Мы думали о том, что мы можем сделать прямо сейчас и у нас за одну ночь родилась эта идея.

— Как вы смогли собрать людей за одну ночь?

— Было очень мало народа: на букву по человеку. Но я знаю, что эту идею потом повторяли в других городах примерно в таком же виде. И действительно, перфоманс удался в том плане, что его увидели и услышали. Реакция на него пошла как круги по воде. Последствия были, то есть это действо не ушло  песок. Не то, чтобы эти последствия были нужны. Они для нас скорее были не очень приятны. То есть на нас обратили не то внимание, на которое мы рассчитывали и с другой стороны. Была ещё парочка таких выходок, но я не буду о них рассказывать, потому что в них не участвовала. Со временем это станет достоянием истории.

  • © Антон Дедиков

  • © Julianna Guseva
— Получается, что вам, как горожанам, сделали больно и вы начали действовать. Как вы стали именно ЦПУ?

— Это случилось в какой-то момент, когда шло социальное проектирование территории Стрелки, был привлечён Святослав Мурунов. Первый воркшоп был по проблематике этого места, почему всё так, с выходом на то, что можно делать в такой ситуации. Второй воркшоп был про фестивальную деятельность и про события, которые могут быть на Стрелке. Мы проектировали какое-то летнее событие. Оно не случилось в силу ряда причин. На третьем воркшопе мы уже анализировали возможности и считали экономику: какие идеи могут быть, сколько они могут стоить, сколько они могут приносить дохода. Интересный был воркшоп.

— Кто у вас считает?

— У нас Миша Орлов был в роли экономиста. Мы шли “на полном ходу” и в какой-то момент случился “тормоз”. Мы хотели создать концепцию развития, потому что смысловая концепция уже существовала, нужно было найти баланс интересов и уже переходить к конкурсу на архитектурный проект. Но, видимо, тогда ещё городское сообщество не созрело до открытого проектирования.

— Это какой был год?

— 2015-16-17. Два  с лишним года мы “качали” Стрелку, делали её популярной: устраивали разные мероприятия, перфомансы, выставки, акции. В чём выразилась неготовность? У нас был лидер — герой — который считал это место своим. И лидеру не понравилось, что кто-то ещё думает о Стрелке и думает не так, как ему бы хотелось. Сначала он тормознул этот процесс. То, что мы нагенерировали на воркшопе — это был сырой продукт, а он как эксперт не мог позволить выпустить какую-то “лажу”. Но этот продукт был как раз балансом интересов на тот момент. Он мог развиваться, оттачиваться и приходить в какие-то новые фазы, стать уникальным. Но этого не произошло. Когда стало понятно, что мы работали впустую, потенциал движения потребовал какой-то новой формы деятельности. Тогда мы решили создать ЦПУ в Нижнем, так как нам были близки ценности, цели и есть технологии, которые мы уже апробировали и поняли, что они работают. В отличие от других, которые решили только поиграть в события, чтобы привлечь людей, написать в фейсбуке и на этом закончить: остальное пусть делают профессионалы.

— А вам хотелось серьёзно работать с городом?

— А мы серьёзно это всё воспринимали. Я вот лично воспринимала это как поворот мировоззрения в какой-то степени, расширение его; понимание почему всё так с архитектурой, почему она в кризисе, почему архитекторы потеряли авторитет у горожан.

— Как ты считаешь почему?

— Потому что руками этих людей (меня в том числе) активно уничтожалось наследие. Нас сделали обслуживающим элементом, на которого легко ещё и свалить всю вину. Инвестор потерял уважение к этой профессии, стал проталкивать свои интересы. А поскольку уровень культуры делает эти интересы только в табличной форме с прибылью и непониманием, что эстетика тоже имеет стоимость, появилась куча уродских проектов без архитектуры, но в которых участвует архитектор, “положивший болт” на своё образование и согласившийся со всем этим: а что я могу сделать? Под это “что я могу сделать?” и понеслось уничтожение наследия.

— Вы хотели иного?

— Да, мы хотели иного. Я хотела иного, наверно.

— Думаю, не только ты, раз у вас собралась команда.

— Чтобы собралось ЦПУ, мы решили начать со Школы ЦПУ.

— Думаю, это верное решение.

— Да. Нас тогда было не много в качестве ядра ЦПУ — Вера Просвирнина, Миша Орлов, Виталий Офйицеров, Нина Ершова, Андрей Амиров,  Ира Маслова, Алена Мокрецова и другие. К нашей идее мы привлекли владельца фабрики “Восход”. За трёхдневную школу, наверно, основной костяк сообщества и собрался.

© Виктория Катамашвили
— Сколько человек приблизительно объединяет сообщество ЦПУ?

— Думаю человек 30+. Это и те, кто был в Стрелке, и новые люди. Основными “движками” нас было пятеро, сейчас четыре, потому что один был сильно перегружен, но сейчас он возвращается.

— Школа прошла. Какой был следующий шаг?

— Мы ещё до Школы ЦПУ начали смотреть за тем, что происходит в городе, какие в нём болевые точки. Они сами открывались, звали, манили. Это и история с Почаинским оврагом, когда сделали проект его застройки, начали засыпать овраг, люди это увидели и начали волноваться. Активисты, градозащитники написали петицию, в которой указали, что они хотят в овраге ландшафтный парк. Мы решили проверить: хотят ли люди ландшафтный парк. Не только те, кто живёт вокруг Почаевского оврага. Так как это центр города, поэтому его территория имеет общегородское значение. Мы провели первый проектный семинар и выяснилось, что это место  про ландшафтный парк, про творчество, про образование (как это ни странно).

© Вера Просвирнина
— Вы проводили проектный семинар сами, ещё не владея навыками модерации?

— Да, ещё не владели, но мы основывались на опыте работы со Стрелкой, как тогда работали модераторы. Особых ошибок мы тогда не сделали: не манипулировали, построение логическое было.

— Что стало результатом этого проектного семинара?

— Ключевые идеи были мною визуализированы на генплане. И мы стали его везде показывать: вот, что жители хотят на этом месте. Проводили круглые столы.

— Сами организовывали?

— Да.

— Вы делились этими результатами в СМИ?

— Да, в СМИ тоже, но больше в группах ЦПУ Нижнего Новгорода и “За Почаинский овраг” на фейсбуке.

— Как восприняли власти вашу деятельность? Было ли на тот момент налажено с ними взаимодействие? Начали ли они принимать вас как действующих субъектов?

— На тот момент еще не начали. Я подсовывала им этот генплан с тем, как это может быть. Интереса с их стороны было ноль. Потом были выборы нового губернатора, назначение мэра. И уже тогда новый глава города собирал градозащитников. Я была на этой встрече с этим генпланом и даже немного просчитанной экономикой, кто может этим заниматься и нужно было уже заниматься балансом интересов. Но без поддержки администрации — это работа впустую, потому что ни один бизнесмен на скандальную территорию не пойдёт без поддержки власти. На этой встрече у мэра был и представитель застройщика. Глава города дал нам срок неделю, чтобы мы договорились с застройщиком как дальше с этой территорией быть. Мы пару раз встретились, не договорились. Тогда мэр произнёс, что он за историчность, что строительство прекращается и территория возвращается городу. Сейчас идет процесс возвращения территории городу и статуса зелёной территории.

— Получается, за счёт того, что вы подняли определённую информационную волну вокруг этой территории и пошли какие-то подвижки в судьбе оврага. Но реализации вашего проекта так и не случилось?

— Нет пока он стоит в резерве. Надо возвращаться к проектированию. Возможно в новом Институте Урбанистики и получится сдвинуть проект. Я пока не знаю, какие планы у главы города на эту территорию, но запрос горожан на парк очевиден и его нужно делать.

— Какие ещё у вас были проекты?

— Следующим был проект по “Деревянным городам”. Там тоже была вопиющая ситуация: город теряет историческое наследие, своё лицо. В определённый момент прошла встреча на тему: “Нижний Новгород: точки невозврата”, который как раз был посвящён деревянному Нижнему и всей исторической застройке. Примерно в это же время активистка Марина Чуфарина вышла с одиночным пикетом к Дому Советов, к мэрии и у неё случился диалог с предыдущим мэром Елизаветой Солонченко, в ходе которого она обещала, что Нижний будет сохраняться, то есть период сноса исторической застройки закончился. Тогда мы не поверили, думали опять какой-то отмаз, умиротворение градозащитников. И решили “пощупать” территорию, за которую горой стояли градозащитники, посмотреть, что можно с ней сделать, какими она обладает ресурсами, как может работать и немного предвидеть её будущее: есть оно, нет его.

© Авдеев Юра
— Получается, что вы подхватили импульс градозащитников и решили помочь им технологиями ЦПУ?

— Не то, чтобы помочь с технологиями. Город сам обращает наше внимание на свои проблемы, просто кричит в определённых моментах: “мне больно, вылечите меня, сделайте что-нибудь”. И мы…

— …как санитары бросаетесь на помощь?

— Нас так, конечно, никто не воспринимает.

— А как у вас складывается взаимоотношения с другими сообществами?

— Думаю, хорошо. Я, например, не отделяю себя от градозащитников.

— То есть ты себя воспринимаешь частью градозащитного движения как команды.

— Конечно.

— А у вас не получается такой момент, что когда вы предлагаете определённую программу действий, то на вас перекладывается и её реализация?

— Скорее нас встречает скепсис: нам нужно защищать, а вы опять со своими воркшопами.

— То есть они воспринимают свою деятельность как борьбу?

— В том числе. Не всегда технологии ЦПУ заходят в проекты. Бывает тяжело их внедрить. Та же модерация. Не сразу удалось общаться через модерацию, потому что считали, что записи на флипчарте — это потеря времени. Но на самом деле потеря времени просто в никуда именно тогда, когда модерация отсутствует.

— Были ли у вас случаи, когда модерация помогала в дальнейшей конструктивной развитии ситуации?

— Через модерацию мы проектировали деятельность по развитию квартала на улицах Короленко-Славянской-Новой и деревянного дома по Короленко,18 как нового общественного центра. Разрабатывали структуру новой организации. Все высказались кто может и хочет чем заниматься. Каждый голос был услышан.

— Они остались довольны?

— Да. Протоколы перестали быть просто протоколами, а стали выводить на новый уровень понимания. Не думаю, что без модерации это получилось бы вообще. Я не могу представить себе этот сценарий уже.

— Да, после модерации сложно даже присутствовать на подобных встречах, так как понимаешь, что это просто потеря времени и результата не будет. Но в целом как у вас сейчас складываются взаимоотношения и с другими сообществами, и с властью? Насколько вас сейчас воспринимают реальной действующей силой в городе?

— Это нужно спрашивать у них.

— Мне кажется, это чувствуется. Если тебя считают равным партнёром, если тебя начинают звать экспертом в какие-то проекты, то это уже определённый показатель восприятия тебя. У вас получается, что вы входите в состав локальной группировки, которые занимаются проблемами той или иной территории и, действуя совместно с другими членами этих сообществ, предлагаете свою повестку, опираясь на технологии ЦПУ.

— Да. Процесс выхода из защиты в проектирование достаточно болезненный, не все к нему готовы.

— Это точно, но у вас получается совершить этот поворот.

— Видимо есть критическая масса и люди уже дозрели до того, что нужно двигаться вперёд.

— Мне интересно понять: вам удаётся развернуть людей в проектирование или же люди от вас ждут этого действия?

— Нет, конечно. Мы можем действовать только тогда, когда считаем нужным.

— То есть всё равно вы им предлагаете технологию ЦПУ и помогаете в их деятельности?

— Да.

— Я просто сравниваю с нашей практикой. У нас очень часто звучит: если вы знаете как делать, то делайте.

— У нас тоже такие попытки есть, но мы всегда даём понять, что лучше, если они будут делать это сами, а мы просто участвуем вместе с ними.

— Что не хватает вашей команде?

— У нас сейчас очень много проектов и слишком плотный график. Нужны люди.

— Как вы думаете их собирать?

— Через вовлечение в проекты.

— У вас получилось сформировать сообщества вокруг проектов?

— Да, но я думаю, что это не только наша заслуга. Люди уже созрели. Те же “Деревянные города”, они уже хотели собраться и без нас. У них уже был посыл, что нужно как-то институализироваться. Мы просто к ним присоединились и добавили каких-то компетенций. То же самое было и с Почаинским оврагом.

— Как началась история с созданием АНО “Институт городской среды Нижнего Новгорода”? Оно нашло тебя как члена ЦПУ или как архитектора Зою Рюрикову?

— Оно меня нашло как архитектора Зою Рюрикову, но, наверно, ни для кого не секрет, кто такой архитектор Зоя Рюрикова. Можно проследить за действиями этого персонажа, чем он всё это время занимается и с какими результатами.

— И какими результатами?

— С такими, что овраг не засыпают и деревянные дома не сносят. Не сказала бы, что это одна Зоя Рюрикова сделала, но она участвовала в этом.

— Получается, что вас знают в городе.

— Я не знаю других сообществ, которые бы занимались городом так же комплексно, как ЦПУ. То есть мы исследуем больные места находясь в контакте с ними, потому что мы горожане-нижегородцы.

— Каким образом происходят эти исследования? С чего вы начинаете? С контакта с инициативной группой?

— Изучаем что происходит в этих группах/сообществах, какие там лидеры, кто чем готов заниматься. Это уже процесс проектирования, поиск соратников, которые действуют в тех же ценностях, которым не нужно объяснять зачем это всё нужно, почему ты здесь, в этом месте, а не где-то ещё, почему ты тратишь на это время. Люди, кстати, очень адекватные. Действительно сообщества держаться на определённых ценностях, которые совпадают с нашими. Поэтому, наверно, легко складывается взаимодействие. А вот внедрять технологии получается уже сложнее, потому что не все их понимают. И объяснить их не всегда просто. Разве что попробовать на примере.

— После того, как технологии опробованы, появляется ли у сообществ желание присоединяться к вам или следовать самостоятельно этой технологии? Или же они просто зовут вас?

— Они не совсем видят в нас какие-то технологии. Мы такие же люди. Есть те, кто очень поддерживает и готов сотрудничать по определённым проектам. Но я считаю, что приглашать на проект без бюджета, аморально. Нужно сначала подсчитать, сколько ты можешь заплатить и на каких условиях.

— Каким образом формируется бюджет ваших проектов?

— Есть частный заказ, есть проекты для малых городов как государственно-частные заказы.

— То есть у вас есть бизнес, который понимает важность и необходимость анализа?

— Да. Этот бизнес тоже держится на тех же ценностях. Другой бизнес пока на нас не выходил.

— То есть это бизнес, который по своим убеждениям стал градозащитным?

— Не совсем. Это бизнес, который планируется на идентичности и на сборке сообщества.

— Они участвовали в Школе ЦПУ?

— Как раз да. И после неё пришло понимание, что это нужно и как с этим работать.

— Таким образом у вас есть какие-то коммерческие проекты и при этом вы помогаете другим сообществам просто потому что у вас схожие идейные ценности?

— Да. Мне ещё как архитектору интересны такие проекты, хотя я ни разу ещё не входила в них как архитектор. Разве что только схемы рисовала, делала визуализации. Была попытка начать визуализировать квартал с деревянными домами, но потом я подумала, что возможно этим проектом будет заниматься какой-то другой архитектор и это преждевременно. Может быть когда-то это и перерастёт в цепочку, когда и архитекторы понадобятся. Просто время ещё не пришло.

— Чего вам не хватает для рывка вперёд? Требуется ли новые члены команды? Если да, то каких специальностей? Продумываете ли вы дальнейшее своё развитие ЦПУ как команды?

— Сейчас для нас главным является вопрос взаимодействия команды ЦПУ Нижнего Новгорода с вновь создаваемым Институтом Урбанистики, в котором я тоже есть. Какие будут точки их взаимодействия? Ведь учредителем Института является администрация и их ещё нужно убеждать и защищать решения, подходы и наши ценности. Объяснять почему тот подход правильный, а этот нет — это тоже работа. Но при этом взаимодействие с Институтом открывает нам новые горизонты.

— Пока они прислушиваются к вам?

— Пока да. У ЦПУ же больше исследовательской функции и сборка сообществ. А АНО выведет ещё и на архитектурный результат. То есть на реализацию.

— У ЦПУ Нижнего есть какие уже завершённые проекты?

— Нет, пока ещё только запущены процессы. Их, наверно, уже с десяток. Есть и серьёзные коммерческие, которые у нас будут реализовываться в ближайшее время. Другие пока просто развиваются: то отдыхают, то снова активизируются.

— Понятно, что у каждого процесса свой срок.

— Да. И ничего страшного нет, если эти процессы ещё не завершены. В них можно жить, развиваться. Может быть и не будут достигнуты какие-то изменения в теле города. Возможно, это и не нужно. И вывод из этого проекта будет такой: давайте всё оставим, как есть. И это не будет какой-то неудачей. Это просто результат, который должен быть: что меняем, что-то оставляем, что-то берём с собой, что-то забываем. Это как жизнь.

— То есть ЦПУ Нижнего Новгорода просто живёт.

— А я думаю, это и правильно — просто жить. У меня и к детям такой же подход: просто жить, а не загружать их моими хотелками; просто давать возможные направления развития.

— У вас есть костяк сообщества, насколько вы удовлетворены той деятельностью, которая у вас сейчас развивается? Если ожидание чего-то иного? Потребность в каких-то изменениях?

— Расширение состава, конечно, хочется людьми с нашими ценностями, с которыми ты говоришь на одном языке.

— Кроме группы в фейсбуке, вы как-то ещё транслируете свои ценности? Есть ли какое-то просвещение среди населения?

— Пока мы общаемся только на мероприятиях и в постах. Какой-то образовательной программы нет, но есть желание. Когда-то писалась годовая программа и даже обсуждалась со Высшей Школой экономики, но пока она не запущена.

— Что вы закладывали в эту программу?

— Программа была построена по принципам проектирования общественных пространств. Кто нужен для того, чтобы в городе состоялось общественное пространство: исследователи, модераторы, проектировщики, идеологи.

— А почему не запущена?

— Это не совсем коммерческая деятельность. На неё нужен либо гранд, либо инвестор, а мы пока не успеваем добывать и находить их.

-Есть ли динамика расширения сообщества? У вас же прошло уже года полтора, как собралось ЦПУ?

— Да, полтора года.

— Приходят новые люди?

— Да, вчера новые люди пришли. Совершенно мало, кого знала. Они пришли и как будто всегда с нами были.

— Это случается при совпадении ценностей.

— Да. Были и старые друзья со Стрелки. Тот коллектив, который тогда сплотился, тоже никуда не девается, не теряется. Просто у них тоже есть, чем заняться, и они не всегда обладают свободным временем.

— То есть интересы города, его развитие — это главный стержень, вокруг которого вы собираетесь?

— Да, это главный стержень, но этого посыла мало. Нужно давать понимание людям, что в этих громких словах они не станут пешкой и без них не обойтись: ты нужен и тебя услышат; здесь слышат всех; ты включён и твоё мнение важно.

— Каковы твои впечатления от установочной сессии Института урбанистики? Как всё прошло на твой взгляд? Какие мысли о будущем?

— Конечно, есть вау-эффект. Он всегда такой после удачных сессий, когда очень плодотворно, очень качественно, очень плотно проходит работа и виден результат. Я увидела людей, я посмотрела им в глаза. Есть даже те, которые говорят, что хотят даже в штат Института. До этого я наблюдала мало желающих в штат, скорее все наоборот: готовы помогать только за другие деньги на проектном финансировании. А тут готовы работать в штате и зарплата их не интересует. Это было удивительно. Как раз появились люди из тех сфер и направлений, которые раньше у нас проседали.

Установочная сессия Института урбанистики © Хельга Чеберева
— То есть у тебя сейчас есть понимание, что ты не одна в этом Институте Урбанистики?

— У меня есть понимание, что Институт Урбанистики — это не я. Я буду только сборщиком и просто нужно создать условия, чтобы механизм работал без меня. Хотя мне тут одна девушка сказала, что если в АНО не будет меня, то и она туда не пойдёт.

— То есть на тебя идут.

— Но мне не нравится, что меня поднимают на своеобразный пьедестал и нужно что-то с этим делать. Может быть нужно точнее описать роль директора АНО как временного координатора.

— Ты сама себя как позиционируешь в ЦПУ?

— Я — архитектор.

— То есть ты в ЦПУ только архитектор.

— Скорее всего профессиональная деформация и даёт те профессиональные импульсы для каких-то действий; для понимания, что нужно сделать. И нужно делать именно так, а по-другому не получится.

— Но то, что ты делаешь сейчас в АНО — это не архитектурная деятельность.

— Абсолютно не архитектурная. Но я не собираюсь сжигать мосты, бюро будет существовать параллельно.

— То есть ты не готова отказаться от архитектурной деятельности?

— Может и посмотреть какое-то время на неё со стороны, но в целом нет. И в АНО будет бюро, которое будет какие-то горящие вещи делать. Иначе мне будет неинтересно и я буду как архитектор там уничтожаться. Хотя изначально при создании АНО был запрос именно на архитектурную деятельность, но понимание, как туда встроить прикладную урбанистику, есть. Это никому не мешает, а наоборот усиливает. Может у коллег, друзей и вчерашних участников и нет понимания, но у меня оно есть. Как можно работать над одним проектом с разных сторон, где есть соприкосновения, как происходит цепочка и это становится уже проектом с началом и концом, а развивающейся историей, процессом. Возможно на запуск понадобятся одни инструменты, одна группировка, на развитие она будет меняться, потребуются другие компетенции и другая, возможно, архитектура, появится какое-то усложнение. И это может проходить до бесконечности. И не факт, что, если мы выстроим правильную систему исследование-проектирование-реализация, что это приведёт к успешному результату.

— Почему есть сомнения?

— Эта цепочка может переворачиваться с ног на голову, могут быть объективные изменения. Мы можем исследовать во время проектирования или реализации, мы можем реализовывать во время исследований. Мы можем ходить, спрашивать и понять, что нужно сделать нечто для того, чтобы это продолжалось, но это не конец всего проекта, это промежуток.

— Получается, что реализацией проекта история не заканчивается?

— Да. И это надо транслировать, потому что в основном Нижний оголодал по уходу. Он брошенный: в нём 20 лет ничего не делалось со средой и благоустройством. И он видит в каждом микропроекте надежду на изменение своей судьбы и относится к нему трепетно. Поэтому всё это проходит болезненно. Надо транслировать, что не совсем хороший результат — это тоже результат. Вы увидели, что сделано неправильно, это нужно зафиксировать и готовить продолжение, думать над тем, как это будет меняться, какими силами, ресурсами.

— Ты говорила, что горожане Нижнего сейчас осознали, что нужно включаться и самим что-то делать…

— Не все, но их всё больше и больше. В истории со Стрелкой тогда, два года назад, критической массы как раз и не хватило, чтобы переломить ситуацию. А случись эта ситуация сейчас она, мне кажется, имела бы иной исход.

— Какие у тебя ближайшие планы, цели?

— Запустить Институт Урбанистики. Прожить этот год.

— Как ты сама видишь содружество ЦПУ с этим Институтом?

— Очень органичным. У нас нет в городе более крупных специалистов по социальному проектированию, чем ЦПУ.

— То есть АНО будет привлекать ЦПУ как специалистов по социальному проектированию?

— Обязательно. И исследователей, и модераторов.

— У вас после Школы модераторов сформировался Клуб модераторов. Насколько они востребованы?

— Я встречаюсь со многими, кто прошёл эту Школу, и вижу, что даже если они не практикуют как модераторы, они всё равно транслируют эти ценности. Они уже видят, где манипулируют, где нет. Они по-другому реагируют на тех, кто был на этой Школе, нет отторжения.

Школа модераторов в Нижнем © Анна Медведева
— Но модерация пока ещё не стала культурой диалога в городе?

— Человека, ведущего мероприятие, очень часто называют модератором, но не все они используют технологию ЦПУ. Возможно, стоило придумать иное слово, чтобы выделить ценности и технологию, чтобы было сразу понятно, чем он отличается от других.

— Может быть предложишь своё название?

— Надо поискать. Мне кажется, должен быть термин. Надо составить предисловие “Принятая терминология”, как во всех диссертациях, где описать что имеется в виду.

— Мне нравится наблюдать за вашей жизнью, она такая насыщенная.

— Да, большую часть моей жизни сейчас занимает ЦПУ.

— Как часто вы собираетесь?

— На проектах по несколько раз в неделю.

— Получается, что для всех вас эта деятельность в приоритете?

— Получается, что так.

— Наверно, именно этого нам и не хватает.

— А по другому просто и не получится сделать проект. Нужна череда действий, она получается довольно плотная, никто не будет ждать пяти лет.

— Каков у вас баланс коммерческих и некоммерческих проектов?

— Где-то 50/50. Некоторые модерации просто задел на будущее. Мы делаем их просто потому, что чувствуем их необходимость.

— То есть фактически у вас уже работает проектный офис ЦПУ?

— Думаю, больше чем работает. Уже и накосячить успели.

— А как же без этого, это же тоже часть работы. Получается из трёх частей деятельности ЦПУ у вас немного провисает обучение.

— Да, это хотелось бы подтянуть. Вот вчера на сессии опять не один человек говорил о том, что годовой обучающий цикл был бы сейчас актуален.

— Может быть в этом году получится.

— Надо постараться. Подумать в эту сторону или привлечь людей, которые бы занялись этим. Одному человеку это точно не потянуть.

— Кстати, это хорошая идея — встречать новый урбанистический год в Нижнем. Вчера Свят её озвучил за чашечкой кофе. В Нижнем рождаются свои урбанистические традиции.

— Новый год в Сочи тоже забавная история.

— Новый год в Сочи очень дорог, лучше февраль. Насколько у вашей команды получается взаимодействовать с командами других городов?

— Пока это только Сочи и Казань ))

— То есть пока получаются только личные истории?

— Экспертные.

— Вас пока ещё никуда не зовут как экспертов?

— Пока никуда.

— Может быть, это потому, что мало рассказываете о себе?

— Мы такой задачи и не ставили. А зачем? Что мы можем дать?

— Но у вас же есть свои наработки, свой опыт. Собираете ли вы результаты своих проектов в какой-то итоговую статью, сайт, документ, методичку?

— Пока нет. Были такие мысли сделать “историю болезни”.

— “Историю болезни”, какой-то анализ и делиться этим опытом, потому что это интересно. И этот опыт для многих будет очень важен. И делясь этим опытом, у вас наладятся связи с другими городами.

— Может быть. Но я всё же считаю, что на чужих ошибках не учатся, каждый всё равно будет делать по-своему, в силу своей ментальности.

— Почему ошибках? Я не говорю об ошибках. Слушая вчера на сессии проблематику Нижнего, я в очередной раз убедилась, что проблемы у постсоветских городов действительно одинаковые, потому что мы действуем всё равно в рамках единого законодательства, закон о муниципалитетах один для всех. И если вы находите какие-то варианты взаимодействия с властью, с которой проблемы у всех городов, мне кажется, таким опытом нужно делиться, он интересен другим городам. Да, в большей степени причиной иного отношения властей — это качество новой команды.

— Да, они развернулись лицом. Видимо, момент назрел и им нужна твёрдая почва под ногами и они уже не могут в вакууме своём существовать.

— Думаю, это очень важный момент. Вчера мне понравилась чья-то фраза: наконец-то все осознали, что надо меняться. Мне кажется, это главный посыл, который нужно транслировать властям других городов — надо меняться.

— Мне нравится, что у власти есть запрос на уникальность, что Нижний — он особенный и это нужно проявлять в чём-то. Конечно, он пока идёт в немного странной форме: нам не нужны “Живые города” и ЦПУ, нам нужно своё.

— У нас это пока проявляется в формате: мы сами всё знаем, как нужно, ведь мы пережили олимпиаду. Насколько у вас налажено взаимодействие с областью? Вы как-то участвовали в проекте в Выксе?

— Мы просто приехали в гости, поучаствовали слегка.

© Глеб Рубашкин
— А не хотелось бы подхватить эту историю?

— Да, нашим молодым людям очень хочется городскую мастерскую провести. Я, как девушка, боюсь всех этих процессов, связанных с деревом. Я знаю, что не пригожусь здесь, я могу только нарисовать.

— Но нарисовать — это тоже немало, это же один из элементов городской мастерской.

— Знаешь, почему я боюсь городских мастерских? У меня такая ментальность: самостоятельно сделай всё сама. Когда я весь цикл не понимаю, не чувствую сил, мне он кажется нежизнеспособным. Вот если бы его инициировал Виталик или Миша, я бы с удовольствием поучаствовала. А самой инициировать мне страшно.

— Но ты же говоришь, что они хотят провести?

— Хотят — пусть проводят.

— А почему не проводят?

— Пинчища нужно волшебного.

— Кроме проекта в Богородске, вы планируете как-то ещё заходить в область?

— Если будет запрос — да.

— А в Выксе у нас не получилось вхождения в проект?

— Мы приехали как гости. Там ЦПУ уже выступало своей командой, которая собиралась ещё до нас. Я чем могла — помогла: что-то даже придумала. История хорошая. сервис — прекрасный. Мы его пытались продать в Нижнем застройщику, но пока как-то всё увязло. Видимо не было должного импульса у посредника. Когда сможет, он выстрелит.  Были у нас попытки с какими-то грантами работать, но мы пока в этом “чайники”.

— Ваше сообщество как-то формализовано?

— Пока нет. Наверно, для того, чтобы как-то взаимодействовать с властью и делать какие-то коммерческие проекты это и потребуется.

— Вы с властью каким образом общаетесь? Они зовут вас на какие-то мероприятия? Приходилось ли писать какие-то письма?

— Скорее мы зовём на мероприятия, пишем приглашения. Приходят. Вчера кроме представителя района я заметила и пресс-службу губернатора, и журналистов, и руководителя департамента социальной политики.

— Испытываете ли вы потребность какого-то информационного сопровождения своей деятельности?

— Было бы неплохо. Потому что мы распыляемся. Вместо того, чтобы думать о процессе я занимаюсь дизайном афиш или думаю о том, как написать пост, чтобы всем было понятно и никого не обидеть, но я не писатель и не дизайнер. Нужны другие люди, кому это интересно. Я очень рада, что вчера многие предложили свою помощь. Надо будет быстрее налаживать с ними взаимодействие, пока они не погасли.

— За год как-то изменилось отношение власти и горожан к вам? Ты уже упоминала, что слово “урбанистика” в Нижнем ассоциируется именно с вами. У нас года два вообще боялись этого слова и предлагали убрать из названия урбанистического форума.

— Я чувствую, что за год изменилось в городе отношение к этому слову. Много чего изменилось за год.

— Можешь отметить, что именно изменилось в отношении к урбанистике и к вам, как команде?

— Нас уже не воспринимают как команду маргиналов и слово “урбанистика” перестало быть ругательным, а, наоборот, уже набило оскомину многим. К нему привыкли. Это показала и вчерашняя установочная сессия Института урбанистики: народ пришёл. Год назад, мне кажется, не пришёл бы никто. Конечно, есть скептики. Я их понимаю. Это, в основном, держащие ценности даже из прошлого века, трепетно относящиеся к языку: их раздражает множественное число слова “смыслы”, изменение формулировок, убирание глаголов. То есть лингвистические скептики есть.

— Многие отрицательно реагируют на англицизмы.

— Да. “Что у нас своего нет?” Но побывав на воркшопе по пляжам, я узнала столько англицизмов из области спорта! Я думаю, что это рядом с урбанистическими терминами не стояло. Это меня как-то расслабило: не нужно всё переводить, пусть так всё и идёт.

— Это терминология: с ней не борются, её воспринимают.

— Гораздо более противен формализованный язык, которым пользуются полицейские при написании своих протоколов, чиновники, да и архитекторы тоже при написании пояснительных записок.

— Какие ещё ты видишь изменения за год в городской жизни?

— Для меня среда стала более дружелюбной. Я вижу людей, которые думают, как я, имеют такие же ценности. И их становится всё больше. Уже никто не спорит, что исторический центр нужно сохранять. Этот спор вообще закончился. Да, появляются люди без корней, которые пытаются транслировать своё.

— Но в целом разворот случился?

— Да, случился разворот власти и горожан лицом к историческому центру. Это, наверно, самый главный итог 2018 года. Случился и разворот к новым технологиям. Они уже не кажутся такими страшными, как казались ранее. Новые слова и термины оказались не такими уж и сложными. А власть оказалась не такими уж и продвинутыми, по сравнению с другими областями. Мне кажется, что люди, может и не все, но поняли, что меняться не страшно и принимать что-то отличное от того, что было — это даже интересно и здорово, так как открываются новые горизонты. Вылезать из какой-то парадигмы только поначалу — это ужас-ужас, а потом появляются какие-то крылья.

— Есть у тебя ощущения, что формируется какое-то единое сообщество в городе?

— Да, мы идём к более осмысленному взаимодействию. Институт гражданского общества всё крепнет и крепнет. Раньше был очень хиленький, дохленький, а сейчас он обрастает и обрастает очень качественными людьми, которые как раз и создают критическую массу. Главное чтобы не пришёл лесник и всех не разогнал.

— Почему лесник?

— Ну дворник.

— Мне кажется, что если тенденции развития города будут сохраняться и будут обрастать поддержкой горожан, то такой угрозы нет.

— Не хотелось бы делать шаги назад.

— Ты думаешь они возможны, если люди начинают качественно меняться?

— Всё может быть. Сейчас людей очень сильно подстегнул к изменениям чемпионат мира по футболу. Они хотят открытости, позитива, взаимодействия. Пробуют разные технологии. Идёт поиск как изменить жизнь к лучшему.

— Значит есть потребность изменить жизнь к лучшему.

— Появляется.

— Получается, что общество пробуждается.

— Это радует. На этой волне жить хочется и профессионально развиваться и новые направления осваивать. Это уже не партизанская и не виртуальная — настоящая жизнь.

© Вера Васильева

«Архитектура Сочи»

Совместное производство сценариев устойчивого будущего

https://doi.org/10.1016/j.landurbplan.2020.103744Получить права и контент развивать позитивное будущее.

SFS исследует правдоподобные и желательные сценарии крайне неопределенного долгосрочного будущего.

Участники изучают компромиссы между различными путями устойчивости и устойчивости.

SFS улучшает предвосхищающее, нормативное и системное мышление на практике и в исследованиях.

Abstract

Сценарии — это инструмент для разработки правдоподобных, последовательных представлений о будущем и развития упреждающих знаний. Мы представляем структуру сценариев устойчивого будущего (SFS) и демонстрируем ее применение на городской площадке долгосрочных экологических исследований Центральной Аризоны и Феникса (CAP LTER). Подход SFS подчеркивает совместную разработку позитивных и долгосрочных альтернативных видений будущего.Благодаря сотрудничеству практиков и академических заинтересованных сторон это исследование объединяет совместную разработку сценариев, моделирование и качественную оценку сценариев. Процесс вовлечения SFS создает пространство для того, чтобы поставить под сомнение пределы того, что обычно считается возможным, желательным или неизбежным перед лицом будущих проблем. Сравнительный анализ будущих сценариев демонстрирует компромиссы между региональной и микромасштабной температурой, водопользованием, изменениями в землепользовании и совместно разработанными индексами устойчивости и устойчивости.SFS включает в себя различные точки зрения при совместном создании позитивного видения будущего, тем самым расширяя традиционные прогнозы на будущее. Итеративный интерактивный процесс также создает возможности для объединения науки и политики за счет упреждающего и системного принятия решений и исследовательского потенциала для долгосрочного планирования устойчивого развития.

Ключевые слова

Совместное производство

Позитивное будущее

Разработка сценария

Устойчивость

Преобразования устойчивого развития

Рекомендуемые статьиСсылки на статьи (0)

900Опубликовано Elsevier B.V.

Рекомендуемые статьи

Ссылки на статьи

Изучение будущего

Краткая идея
Вызов

Хорошая стратегия со временем создает конкурентное преимущество, но неопределенность будущего затрудняет определение эффективных направлений действий, особенно в разгар кризиса. Как лидер, как вы можете подготовиться к непредсказуемому будущему, совладав с неотложными требованиями настоящего?

Обещание

Практика стратегического предвидения дает возможность чувствовать, формировать и адаптироваться к изменениям по мере их возникновения.Одним из важных элементов практики является сценарное планирование, которое помогает лидерам справляться с неопределенностью, обучая их тому, как предвидеть возможное будущее, продолжая действовать в настоящем.

Путь вперед

Чтобы разработать эффективную стратегию в условиях неопределенности, руководителям необходимо институционализировать стратегическое предвидение, используя силу воображения для создания динамической связи между планированием и операциями.

Как мы можем сформулировать стратегию в условиях неопределенности?

Это основной вопрос, который лидеры должны задать себе, готовясь к будущему.И в разгар глобальной пандемии ответ на него никогда не казался более неотложным.

Еще до кризиса Covid-19 быстрые технологические изменения, растущая экономическая взаимозависимость и растущая политическая нестабильность сделали будущее все более туманным. Неопределенность была настолько всеохватывающей, что для полного охвата масштабов проблемы исследователи придумали сложные аббревиатуры, такие как VUCA (волатильность, неопределенность, сложность и двусмысленность) и TUNA (бурный, неопределенный, новый и неоднозначный).

В ответ многие лидеры искали убежища в более предсказуемой краткосрочной перспективе — механизм преодоления неопределенности, как показали исследования, оставляет миллиарды долларов прибыли на столе и миллионы людей без нужды остаются без работы. К началу 2020 года чувство неопределенности стало настолько распространенным, что многие руководители удвоили эффективность в ущерб инновациям, предпочитая настоящее в ущерб будущему.

А потом грянула пандемия.

Теперь тирания настоящего торжествует. У многих организаций не было иного выбора, кроме как сосредоточиться на преодолении непосредственных угроз. (Футуристов в окопах нет.) Но многие деловые и политические дискуссии по-прежнему требуют дальновидности. Ставки высоки, и решения, которые лидеры принимают сейчас, могут иметь последствия в течение многих лет или даже десятилетий. Пытаясь справиться с кризисом, им нужен способ связать текущие действия с будущими результатами.

Итак, как лучше поступить?

Стратегическое предвидение — история, теория и практика, на изучение которых я потратил годы, — предлагает путь вперед.Его цель не в том, чтобы предсказывать будущее, а в том, чтобы сделать возможным творчески представить несколько вариантов будущего, которые повышают нашу способность ощущать, формировать и адаптироваться к тому, что произойдет в ближайшие годы. Стратегическое предвидение не помогает нам понять, что думать о будущем. Это помогает нам понять , как думать об этом.

Безусловно, растущее число исследований продемонстрировало, что можно делать более точные прогнозы даже в таких хаотических областях, как геополитика.Мы должны использовать эти методы настолько, насколько это возможно. Но когда инструменты прогнозирования достигают своего предела, нам нужно обратиться к стратегическому предвидению, которое берет за отправную точку непреодолимую неопределенность будущего. В этом особом контексте он помогает лидерам принимать более обоснованные решения.

Наиболее узнаваемым инструментом стратегического предвидения является сценарное планирование. Он включает в себя несколько этапов: определение сил, которые будут формировать будущие рыночные и операционные условия; изучение того, как эти драйверы могут взаимодействовать; воображая различные правдоподобные варианты будущего; пересмотр ментальных моделей настоящего на основе этих будущих; а затем использовать эти новые модели для разработки стратегий, которые подготовят организации к тому, что на самом деле принесет будущее.

Сегодня широко распространено использование сценариев. Но слишком часто организации проводят только одно упражнение, а затем откладывают на полку то, что узнали из него. Если компании хотят выработать эффективную стратегию перед лицом неопределенности, им необходимо наладить процесс постоянного исследования, который позволит топ-менеджерам строить постоянные, но гибкие мосты между их действиями в настоящем и их мыслями о будущем. Короче говоря, необходимо не просто воображение, а институционализация воображения.В этом суть стратегического предвидения.

Пределы опыта

Неуверенность проистекает из нашей неспособности сравнить настоящее с чем-либо, что мы испытали ранее. Когда ситуациям не хватает аналогий с прошлым, нам трудно представить, как они будут развиваться в будущем.

Экономист Фрэнк Найт, как известно, утверждал, что неопределенность лучше всего понимается в сравнении с риском. В ситуациях риска, писал Найт, мы можем рассчитать вероятность определенных результатов, потому что мы видели много подобных ситуаций раньше.(Например, компания по страхованию жизни располагает данными о достаточном количестве 45-летних некурящих белых мужчин, чтобы оценить, как долго проживет один из них.) Но в ситуациях неопределенности — и Найт относит большинство бизнес-решений к этой категории. — мы можем только догадываться, что может произойти, потому что у нас нет опыта, чтобы оценить наиболее вероятный исход. На самом деле, мы, возможно, даже не в состоянии представить диапазон возможных результатов.

Ключом в таких ситуациях, по мнению Найт, было суждение. Менеджеры с здравым смыслом могут успешно проложить курс в условиях неопределенности, несмотря на отсутствие ориентиров.К сожалению, Найт понятия не имел, откуда взялось здравое суждение. Он назвал это «непостижимой тайной».

Конечно, в чем-то вроде уловки-22 общепринятое мнение гласит, что здравый смысл в значительной степени основан на опыте. И во многих неопределенных ситуациях менеджеры действительно обращаются к исторической аналогии, чтобы предвидеть будущее. Вот почему бизнес-школы используют метод обучения на конкретных примерах: это способ познакомить студентов с рядом аналогий — и, таким образом, якобы помочь им развить суждение — гораздо быстрее, чем это возможно в обычном ходе жизни.

Когда в ситуациях не хватает аналогий с прошлым, трудно представить себе будущее.

Но точка зрения Найта заключалась в том, что неопределенность отмечена новизной, которой по определению не хватает антецедентов. В тот самый момент, когда настоящее меньше всего похоже на прошлое, нет особого смысла оглядываться назад в поисках подсказок о будущем. Во времена неопределенности мы сталкиваемся с ограничениями опыта, поэтому мы должны искать суждение в другом месте.

Вот тут-то и пригодится стратегическое предвидение.

«Странные помощники для размышлений»

В Соединенных Штатах стратегическое предвидение восходит к RAND Corporation, аналитическому центру, созданному ВВС США после Второй мировой войны. Вместо того, чтобы углубляться в тайну суждения, ученые RAND надеялись заменить его «рациональными» инструментами количественного анализа. Но когда они столкнулись с военными потребностями послевоенного мира, они не могли избежать того факта, что ядерное оружие коренным образом изменило характер войны.Две страны, Соединенные Штаты и Советский Союз, приобрели способность уничтожать друг друга как функционирующие цивилизации. И поскольку никто никогда раньше не вел ядерную войну, никто не знал, как лучше всего вести (или избегать) ее.

Одним из аналитиков RAND, который подошел к проблеме потенциального апокалипсиса с ликованием, которое сделало его моделью для «Доктора Стрейнджлава» Стэнли Кубрика, был математик по имени Герман Кан. Кан понял, что в атомный век военные стратеги столкнулись с неопределенностью в абсолютно беспрецедентной степени.«Ядерная война все еще (и, надеюсь, останется) так далека от нашего опыта, — писал он, — что трудно рассуждать или иллюстрировать аргументы аналогиями из истории».

Как же тогда, спросил Кан, военные стратеги могут выработать суждение, решающее для принятия решений относительно неопределенного будущего? Это был тот самый вопрос, который задал Найт, но, в отличие от Найта, у Кана был ответ: «суррогатный опыт». Он предположил, что стратегам нужны «странные вспомогательные средства для размышлений» в виде множественных воображаемых вариантов будущего, которые можно разработать с помощью симуляций, таких как военные игры и сценарии.

Марк Пясецкий / Getty Images

В 1961 году Кан покинул RAND, чтобы помочь основать Институт Гудзона, где он в конце концов поделился своими идеями с Пьером Ваком, руководителем Royal Dutch Shell. В начале 1970-х Вак классно применил идеи Кана в деловом мире, разработав сценарии, чтобы помочь Shell подготовиться к тому, что может произойти, когда богатые нефтью страны Ближнего Востока начнут заявлять о себе на мировой арене. Когда же произошли перемены в виде ценовых потрясений, вызванных нефтяным эмбарго ОПЕК в 1973 году, Shell смогла пережить кризис намного лучше, чем ее конкуренты.(В 1985 году Вак описал усилия Shell в двух статьях для этого журнала: «Сценарии: впереди неизведанные воды» и «Сценарии: стрельба по порогам».)

Учения Shell ознаменовали рождение сценарного планирования как стратегического инструмента для бизнес-менеджеров. В последующие годы преемники Вака в компании усовершенствовали его метод, а сценаристы из Shell стали одними из самых выдающихся ученых и практиков в этой области. Тем не менее лишь немногие из организаций, проводивших планирование сценариев в последние десятилетия, институционализировали его как часть более широких усилий по достижению стратегического предвидения.

Одним из редких исключений является Береговая охрана США, которая описывает свою работу по сценарному планированию как часть «цикла стратегического обновления». Таким образом, он предлагает модель, на которой могут учиться многие организации.

Кто-то может задаться вопросом, насколько опыт Береговой охраны важен для бизнеса, но на самом деле он представляет собой то, что социологи называют «критическим тестом». Как военная служба, Береговая охрана обладает меньшей организационной гибкостью, чем большинство частных фирм, с миссией, предусмотренной законом, и бюджетом, определяемым Конгрессом.Более того, в течение долгого времени ее необходимость ежедневно реагировать на многочисленные возникающие ситуации — от терпящих бедствие кораблей до перехвата наркотиков — заставляла ее сосредотачиваться почти исключительно на краткосрочной перспективе, оставляя мало возможностей для формулирования стратегии на долгосрочную перспективу. Тем не менее, в последние годы ему удалось использовать планирование сценариев в своих интересах, постоянно переориентируя организацию на будущее. И это, в свою очередь, позволило ему реагировать и адаптироваться к разрушительным изменениям, таким как те, которые последовали за террористическими атаками 11 сентября.

Защита береговой охраны на будущее

В то трагическое утро сотни тысяч людей оказались в ловушке в Нижнем Манхэттене, отчаянно пытаясь спастись от пылающего хаоса, который был Ground Zero. В то время как некоторые могли дойти пешком до центра города или через мосты, которые власти закрыли для транспортных средств, для многих лучший путь с острова был по воде. Поэтому в течение следующих часов импровизированная флотилия из паромов, буксиров, частных судов, пожарных и полицейских катеров увела группы людей от обломков Всемирного торгового центра и переправила их по воде в безопасное место.

Хотя многие суда действовали по собственной инициативе, значительная часть эвакуации осуществлялась Береговой охраной, которая вызвала «все доступные лодки» и координировала хаотичную высадку с поразительной уравновешенностью, изобретательностью и эффективностью. Эти усилия напомнили многим о легендарной британской эвакуации через Ла-Манш нескольких сотен тысяч солдат, которые нацистские силы заперли в Дюнкерке на побережье Франции.

То, что береговая охрана приняла вызов, неудивительно.Несмотря на широкий круг обязанностей, от поисково-спасательных работ до защиты окружающей среды и безопасности портов, девиз организации — Semper paratus, или «Всегда готов», и она гордится реагированием на чрезвычайные ситуации. Как сказал мне один отставной капитан: «Вся наша идея состоит в том, чтобы, когда сработает сигнализация, мы могли лететь в бой».

Но 11 сентября оказалось чем-то большим, чем краткосрочным вызовом. После этого Береговая охрана обнаружила, что ее миссия быстро расширяется.В течение дня перед ним была поставлена ​​задача внедрить радикально усиленные меры безопасности портов по всей стране: раньше на безопасность портов приходилось от 1% до 2% его ежедневной оперативной нагрузки, но вскоре она потребляла от 50% до 60%. В марте 2003 года Береговая охрана была интегрирована в новое Министерство внутренней безопасности, и в том же месяце перед ней была поставлена ​​задача по обеспечению безопасности портов и водных путей по всему Ираку после вторжения под руководством США. В последующие годы бюджет службы удвоится, а ее ряды пополнятся.Наступило новое будущее.

Береговая охрана ловко адаптировалась к этому будущему — и сделала это отчасти потому, что в конце 1990-х годов она провела упражнение по планированию сценариев под названием Project Long View, которое было разработано, чтобы помочь организации справиться с «поразительно сложной будущей оперативной средой, характеризующейся новыми или незнакомыми угрозами безопасности». По сути, его целью было подготовить береговую охрану к будущему.

Служба запускала Long View в 1998 и 1999 годах, а затем, в 2003 году, в ответ на потрясения 11 сентября, переименовала ее в Project Evergreen и начала запускать каждые четыре года.С тех пор организация полагалась на Evergreen, чтобы помочь своим лидерам мыслить и действовать стратегически.

Надежная стратегия — независимо от того, что готовит будущее

Когда береговая охрана решила запустить Long View, она заручилась поддержкой Futures Strategy Group (FSG), консультанта, специализирующегося на планировании сценариев. FSG утверждает, что неопределенность препятствует предсказанию, но требует предвидения, и что творческое и тщательное изучение правдоподобного будущего может облегчить принятие решений.

Работая с FSG, Береговая охрана определила четыре силы для перемен, которые окажут значительное влияние на ее будущее: роль федерального правительства, сила экономики США, серьезность угроз для американского общества и спрос на морские перевозки. Сервисы. Исследуя их и заглядывая вперед примерно на 20 лет, команда придумала 16 возможных «миров далекого будущего», в которых, возможно, придется действовать Береговой охране. Из них руководители Береговой охраны выбрали пять, которые максимально отличались друг от друга (оставаясь при этом правдоподобными) и представляли диапазон сред, с которыми может столкнуться служба.Затем ФСГ написала подробные описания этих вариантов будущего и вымышленных событий, которые к ним привели.

Каждому будущему миру было дано имя, призванное отразить его суть. «Взятие воды» описывает будущее, в котором экономика США борется со значительным ухудшением состояния окружающей среды. В «Pax Americana» униженным Соединенным Штатам пришлось бороться с мировой рентой из-за политической нестабильности и экономической катастрофы. В «Планете Энтерпрайз» доминировали гигантские транснациональные корпорации. «Панамериканское шоссе» представляло собой региональные торговые блоки, ориентированные на доллар и евро.А «балканизированная Америка» предупредила о разделенном мире, в котором «терроризм наносит удары с пугающей частотой и все ближе к дому».

НурФото/Getty Images

Используя эти сценарии, Береговая охрана провела трехдневный семинар при содействии FSG. Команды гражданских лиц и офицеров были назначены в разные миры будущего и им было поручено разработать стратегии, которые позволили бы Береговой охране эффективно действовать в них. В конце семинара команды обменялись мнениями о том, что у них получилось.Стратегии, которые появлялись снова и снова в разных командах, считались «надежными». В своем заключительном отчете организаторы Long View перечислили 10 из этих стратегий, начиная от создания более унифицированной командной структуры и заканчивая развитием более гибкой системы человеческих ресурсов и созданием «полной осведомленности о морской сфере». Guard определяет как «способность обнаруживать, отслеживать и идентифицировать в режиме реального времени любое судно или самолет, входящие в морские владения Америки». Они утверждали, что все эти стратегии помогут Береговой охране выполнить свою миссию, независимо от того, что готовит будущее.

Многие стратегии не были новыми. Но Long View позволил участникам взглянуть на них по-новому, что оказалось крайне важным в мире после событий 11 сентября. По сути, долгосрочная перспектива позволила Береговой охране протестировать стратегии с учетом ряда вероятных вариантов будущего, расставить приоритеты среди наиболее многообещающих и довести их до сведения руководства — а это означало, что после терактов, когда организация обнаружила, что ее миссия резко изменилась , он смог быстро ответить.

Запуск Long View и последующее превращение Evergreen в непрерывный процесс было непростым делом.Для этого потребовалось исключительно сильное руководство, в частности, со стороны адмиралов Джеймса Лоя и Тэда Аллена. Программа также столкнулась с проблемами при реализации идей; есть разница между стратегическим предвидением и стратегическим исполнением. Но после создания программа получила значительный импульс, отчасти благодаря растущему числу выпускников, которые увидели ценность динамичных отношений между настоящим и будущим. Береговая охрана институционализировала воображение.

Исследование позволяет использовать

Long View и Evergreen не были предназначены для того, чтобы вызвать массовый организационный сдвиг от оперативного к стратегическому или для тренировки внимания Береговой охраны в первую очередь в долгосрочной перспективе.Вместо этого цель состояла в том, чтобы заставить персонал думать о будущем таким образом, чтобы информировать и улучшать их способность работать в настоящем.

Это была непростая задача. Исследователи менеджмента давно отметили, что для того, чтобы выжить и процветать с течением времени, организациям необходимо как использовать существующие компетенции, так и исследовать новые. Они должны быть «обоюдоострыми».

Проблема в том, что эти два императива конкурируют за ресурсы, требуют разных способов мышления и требуют разных организационных структур.Выполнение одного затрудняет выполнение другого. Амбидекстрия требует, чтобы менеджеры каким-то образом разрешили этот парадокс.

Long View и Evergreen помогли в этом руководителям службы. Программы не уменьшили способность организации следить за настоящим. Во всяком случае, произошло обратное. Исследование включило эксплуатацию .

Члены береговой охраны, у которых я брал интервью для своего исследования, сообщили, что Long View и Evergreen добились этого несколькими способами. На самом явном уровне они определили стратегии, которых затем придерживалась Береговая охрана.Возьмем осведомленность о морской сфере. Сценарии дали понять руководителям береговой охраны, что в любом вероятном будущем они хотели бы иметь возможность идентифицировать и отслеживать каждое судно в водах США. Хотя это может показаться очевидной необходимостью, в 1990-х у сервиса не было такой возможности. Как объяснил один отставной адмирал: «Корабли могут зайти в 10 милях или даже в трех милях от побережья Соединенных Штатов, и мы можем этого не знать». Отчасти это было связано с тем, что у агентств США не было интегрированной системы сбора и распространения информации.

Агентство Анадолу / Getty Images

Об искусстве: Во время карантина в марте и апреле этого года фотографы в городах по всему миру запечатлели заброшенные туристические объекты.

 

Несмотря на то, что у Береговой охраны не было организационной и технологической инфраструктуры для немедленного обеспечения полной осведомленности о морской сфере, Long View удалось добиться консенсуса в отношении своей ценности среди высшего руководства, что помогло службе быстрее внедрить ее после 11 сентября.На самом деле капитан береговой охраны, руководивший Evergreen, руководил межведомственными усилиями по разработке первой Национальной стратегии морской безопасности, что в конечном итоге привело к созданию Общенациональной автоматической идентификационной системы — своего рода транспондерной системы для кораблей.

Стратегии, появившиеся в результате учений по сценарному планированию, также позволили персоналу, участвовавшему в них, действовать с большей осведомленностью о будущих потребностях службы. Например, в первой итерации Evergreen подчеркивалась важность построения стратегических партнерских отношений внутри страны и за рубежом.Имея это в виду, один высокопоставленный руководитель береговой охраны подготовился к угрозам, которые могут возникнуть в Тихом океане, развивая там двусторонние отношения с островными государствами; обмен информацией, координация патрулирования и проведение совместных учений с коллегами из Китая, России, Канады, Южной Кореи и Японии; и поиск способов более тесного сотрудничества с другими агентствами США, от ФБР до Национального управления океанических и атмосферных исследований.

На самом базовом уровне Long View и Evergreen просто заставили сотрудников службы больше думать о будущем.Главный старшина резерва береговой охраны описал, как Эвергрин изменил свое мнение, ссылаясь на недавний разговор с коллегой: «Он и я были здесь, в моем офисе, сегодня утром, и говорили о том, что через двадцать пять лет как будет выглядеть компонент резерва береговой охраны?» Перед тем, как принять участие в Evergreen, он добавил: «Я просто не понимаю, как можно так думать».

Однако, пожалуй, наиболее интересным — и наиболее важным в разрешении предполагаемого парадокса между разведкой и эксплуатацией — является то, как Long View и Evergreen помогли участникам понять требования прошлого и будущего не как конкурирующие, а как взаимодополняющие.Упражнения изменили само отношение участников к времени.

Люди склонны представлять себе время как линейное и однонаправленное, как движение от прошлого к настоящему и будущему, с дискретными временными рамками. Мы помним вчера; мы переживаем сегодня; мы ожидаем завтра. Но наилучшее планирование сценария предполагает явно нелинейную концепцию времени. Вот что сделали Long View и Evergreen: они оценили тенденции в настоящем, прыгнули на много лет вперед, описали правдоподобные миры, созданные этими движущими силами, работали в обратном направлении, чтобы разработать истории о том, как эти миры возникли, а затем работали вперед. снова для разработки надежных стратегий.В этой модели время вращается само по себе в постоянно развивающемся цикле обратной связи между настоящим и будущим. Одним словом, это петля.

Как только участники начали рассматривать время как петлю, они поняли, что размышления о будущем являются важным компонентом действия в настоящем. Сценарии дали им структуру, которая укрепила их способность действовать стратегически , несмотря на огромную неопределенность. Стало ясно, что при принятии решений персонал береговой охраны должен учиться не только на прошлом опыте, но и на воображаемом будущем.

Начало работы

Перспектива организации сценарных учений может напугать непосвященных. Есть явные преимущества в привлечении одного из частных лиц, специализированных консалтинговых компаний или даже крупных фирм, которые специализируются на сценариях для предоставления полезных указаний. Однако независимо от того, кто руководит процессом, менеджеры должны следовать следующим ключевым рекомендациям:

Пригласите нужных людей к участию.

Одной из главных целей сценарного упражнения является проверка ментальных моделей того, как устроен мир.Чтобы создать условия для успеха, вам нужно собрать вместе участников, которые имеют существенно разные организационные роли, точки зрения и личный опыт. Вам также понадобятся люди, представляющие то, что Кес ван дер Хейден, один из преемников Вака в Shell, описал как три силы, необходимые для любого эффективного разговора о стратегии: способность воспринимать, способность думать и способность действовать. .

Лучшее планирование сценария основано на явно нелинейной концепции времени.

Определите предположения, движущие силы и неопределенности.

Важно четко сформулировать предположения вашей текущей стратегии и то, какое будущее вы ожидаете от ее реализации. Думайте об этом сценарии как о своем прогнозируемом сценарии, но признайте, что это всего лишь один из многих возможных вариантов будущего, и сосредоточьтесь на определении того, какие предположения было бы полезно пересмотреть. Рафаэль Рамирес, руководитель Оксфордской программы сценариев, советует, делая это, отделить участников трансакций, из которых вы можете влиять или контролировать, от сил окружающей среды, из которых вы не можете.Как эти силы могут объединиться, чтобы создать различные варианты будущего?

Представьте себе правдоподобное, но совершенно другое будущее.

Это может оказаться самой сложной частью упражнения, особенно для тех, кто привык к более аналитическому способу мышления. Заставьте себя представить, как будет выглядеть будущее через 5, 10 или даже 20 лет — без простой экстраполяции тенденций в настоящем. Это требует высокой степени творческого подхода, а также требует суждения, чтобы отличить сценарий, который, как выражается Береговая охрана, выдвигает границы правдоподобия от сценария, который его разрывает — по своей сути субъективная задача.Хорошие фасилитаторы могут как стимулировать воображение, так и поддерживать ограждения реальности.

Населите это будущее.

Сценарное планирование наиболее эффективно, когда оно представляет собой захватывающий опыт. Создание «артефактов из будущего», таких как вымышленные газетные статьи или даже видеоклипы, часто помогает бросить вызов существующим ментальным моделям. Также неплохо отключить участников от присутствующих, поэтому проводите семинары за пределами офиса и не поощряйте использование на них телефонов.

Изолируйте стратегии, которые будут полезны в нескольких возможных вариантах будущего.

Сформируйте команды, чтобы заселить каждый из ваших миров далекого будущего, и поставьте перед ними задачу: что мы должны делать сейчас , чтобы мы могли работать лучше в этом конкретном будущем? Создайте атмосферу, в которой даже младшие участники смогут без колебаний выдвигать идеи. Как только группы разработают стратегии для своих миров, соберите их вместе, чтобы обменяться мнениями. Ищите общие черты, выделяйте их и определяйте планы и инвестиции, которые будут иметь смысл в различных вариантах будущего.

Реализуйте эти стратегии.

Это может показаться очевидным, но именно здесь рушится большинство компаний. Использование сценарного планирования для разработки стратегий не требует больших ресурсов, но их реализация требует приверженности. Чтобы сочетать предвидение с действиями, лидеры должны создать формальную систему, в которой менеджеры должны четко объяснять, как их планы будут способствовать развитию новых стратегий фирмы. На самом деле дальновидность не будет стимулировать каждую инициативу, но сценарные упражнения могут быть полезны по нескольким причинам.Во-первых, они могут предоставить участникам общий язык для разговоров о будущем. Во-вторых, они могут заручиться поддержкой идеи внутри организации, чтобы, когда потребность в реализации стала очевидной, она могла продвигаться быстрее. Наконец, они могут позволить участникам действовать на уровне подразделений, даже если организация в целом не может так тесно связать настоящее и будущее, как следовало бы.

Внедрите процесс.

В долгосрочной перспективе вы получите наибольшую пользу от сценарных упражнений, установив итеративный цикл, то есть процесс, который постоянно ориентирует вашу организацию на будущее, не забывая при этом о настоящем, и наоборот.Эта амбидекстрия позволит вам процветать в самых лучших условиях и необходима для выживания в худших. Движение по циклу между настоящим и многочисленными воображаемыми будущими помогает вам постоянно корректировать и обновлять свои стратегии.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Последний пункт очень важен. Как показала нынешняя пандемия, потребности и предположения могут меняться быстро и непредсказуемо. Подготовка к будущему требует постоянной переоценки. Стратегическое предвидение — способность чувствовать, формировать и адаптироваться к тому, что происходит, — требует итеративного исследования, будь то с помощью сценарного планирования или другого метода.(См. «Будущее: глоссарий».) Только институционализировав процесс воображения, организации могут установить постоянную взаимосвязь между настоящим и будущим. При таком динамичном использовании сценарное планирование и другие инструменты стратегического предвидения позволяют нам отображать постоянно меняющуюся территорию.

Конечно, стратегическое предвидение также позволяет нам выявлять возможности и повышает нашу способность их использовать. Организации не просто готовятся к будущему. Они делают это.Моменты неопределенности таят в себе большой предпринимательский потенциал. Как однажды написал Вак на этих страницах: «Именно в этих условиях — а не в стабильные времена — открываются реальные возможности для получения конкурентного преимущества с помощью стратегии».

Требуется сила, чтобы противостоять тирании настоящего и вложиться в воображение. Стратегическое предвидение делает возможным и то, и другое — и дает лидерам шанс сохранить наследие. В конце концов, о них будут судить не только по тому, что они делают сегодня, но и по тому, насколько хорошо они наметят курс на будущее.

Версия этой статьи была опубликована в выпуске Harvard Business Review за июль–август 2020 года.

Обеспечение будущего в антропоцене: критический анализ сценариев оценки экосистем тысячелетия | Элемента: Наука антропоцена

В 2005 году Организация Объединенных Наций опубликовала Оценку экосистем на пороге тысячелетия (ОЭ). ОЭ лучше всего можно охарактеризовать как менее известного аналога оценочных отчетов Межправительственной группы экспертов по изменению климата (МГЭИК).В то время как МГЭИК оценивает и обобщает научную литературу и текущие данные об изменении климата, ОЭ оценивает и обобщает литературу и данные об экосистемах, анализируя экосистемные услуги и их связь с благополучием и развитием человека. ОЭ чрезвычайно важна, поскольку обеспечивает «научную основу для действий, необходимых для улучшения сохранения и устойчивого использования этих систем» (Millennium Ecosystem Assessment, 2005a). Хотя на момент написания этой статьи было проведено пять оценок МГЭИК, группа ОЭ провела только одну оценку экосистемы.Таким образом, отчет является наиболее полным документом о состоянии планетарных экосистем, подготовленным ООН. ОЭ состоит из шести «Обобщающих отчетов», предназначенных для разных аудиторий (ученых, руководителей предприятий, представителей отрасли, политиков и т. д.), и более крупных основных «Отчетов о глобальной оценке», которые разделены на три тома. В дополнение к обширной подборке научных данных о состоянии экосистем планеты, второй том — Экосистемы и благополучие человека: сценарии — содержит тщательно смоделированные и воображаемые нарративы — «сценарии будущего», — которые предусматривают альтернативные формы человеческого существования. экосистемные взаимосвязи, разворачивающиеся на протяжении ХХI века.Этот подробный набор спекулятивных вариантов будущего человека и экосистемы представляет собой первую серьезную попытку международного политического органа включить экологические проблемы в область построения творческих сценариев. Сценарии, представленные в ОЭ, продолжают влиять на работу высокого уровня по управлению экосистемами в ООН. С тех пор работа по оценке будущих сценариев ОЭ развивалась и в настоящее время находится в процессе разработки Межправительственной научно-политической платформой ООН по биоразнообразию и экосистемным услугам (МПБЭУ).В настоящее время IPBES работает над расширением сценариев ОЭ и собирается опубликовать свои выводы в 2019 году (Netherlands EAA, 2016). Таким образом, будущие сценарии МА представляют собой первое упражнение, объединяющее научные данные, собранные более чем 1360 экспертами по всему миру, с творческой работой по воображению и рассказыванию потенциального человеческого будущего.

Как и все нарративы, связанные с актом спекуляции о будущем, МА является произведением контрапункта.В своих набегах в будущее он обязательно совершает прыжок в неизвестность, задействуя свободную, динамичную природу воображения. В то же время он смягчает эти скачки эмпирическими данными, определяющими наш настоящий и недавний исторический момент, математически моделируя фактические элементы, которые определяют текущие тенденции, влияющие на наш потенциал для будущего развития. В этом противопоставлении известного и неизвестного он стремится по возможности преодолеть непредсказуемость будущего.Это достигается путем синтеза воображаемого с эмпирическим, что рабочая группа (ведущие авторы) второй главы МА — «Глобальные сценарии в исторической перспективе» — характеризует следующим образом:

Разработка методов эффективного сочетания количественного и качественного понимания сегодня находится на переднем крае сценарных исследований. Повествование сценария озвучивает важные качественные факторы, влияющие на развитие, такие как ценности, модели поведения и институты, обеспечивая более широкую перспективу, чем это возможно только с помощью математического моделирования.Повествование предлагает текстуру, богатство и понимание, в то время как количественный анализ предлагает структуру, дисциплину и строгость. (Оценка экосистем на пороге тысячелетия, 2005c)

Как мы видим здесь, две основные категории определяют сценарии: «количественный» и «качественный». В другом месте главы эти два определения определяются по-разному: «числа» и «слова», а также «количественное моделирование» и «качественное повествование». Расширения в будущее строго структурированы: и «повествование», и «моделирование» являются механизмами расширения будущего, но предположительно менее усердный акт составления повествования контролируется строгостью «математического моделирования».Таким образом, количественная симуляция моделирования при построении сценариев обуздает нарративно-образный механизм построения сценариев. «Будущее» изначально концептуализируется в этом расчетливом дискурсе как полное неопределенности, а аспект моделирования удерживает любые предположения о будущем в области «правдоподобности» (Millennium Ecosystem Assessment, 2005c). Таким образом, сочетание этих двух аспектов устраняет то, что группа разработчиков сценариев определяет как ключевое препятствие в развитии рационально, научно составленных форм предположений о будущем: «Главная задача современных глобальных сценариев состоит в том, чтобы объединить эти два аспекта путем смешивания воспроизводимость и ясность количественного определения с богатством повествования» (Millennium Ecosystem Assessment, 2005c).

Каков онтологический характер «предположений о будущем» в этом упражнении по созданию сценария? Здесь я использую термин «онтологический», разработанный такими философами, как Мартин Хайдеггер, Мишель Фуко, Ганс-Георг Гадамер и Джорджио Агамбен. Реальность — с точки зрения эмпирических данных о физическом состоянии существования, а также с точки зрения прошлых и настоящих человеческих идей, ценностей, поведения и создаваемых ими социальных систем — рассматривается Хайдеггером как «онтика».Онтологическое, напротив, называет акт исследования способов мышления и структурных сил, порождающих идеи и материальность этой реальности. Оно включает в себя переосмысление самого мышления. Говоря языком Гадамера, различие между мышлением в пространстве онтического и мышлением в царстве онтологического есть различие между «объяснением» и «пониманием» (Gadamer, 1960). Убедительное объяснение всегда логично в соответствии с существующим образом мышления.В этом смысле сбор данных о текущем состоянии экологического существования является важнейшей онтической деятельностью. «Причины» текущего состояния также можно найти, обратившись к этому онтическому регистру — в смысле измерения воздействия выбросов CO 2 , изменения погодных условий, повышения температуры и т. д. на виды и экологические взаимодействия в конкретных пределах. единицы экосистемы. Таким образом, можно объяснить состояние существования — в частности, через логику «причины и следствия». Однако этим упражнением не исчерпываются «причины» существующей экологической дилеммы.Понятие «причины» также можно расширить, включив в него различные виды факторов, которые выходят за рамки исчисляемой логики причин и следствий. «Понимание» привело бы нас к этому иному регистру мысли, где мы можем созерцать дискурсивные, идеологические и структурные образования, которые давят на онтику. Таким образом, мы могли бы узнать о возможностях — и ограничениях — устоявшейся формы рассуждения, ее предпосылках и присущей ей самоустанавливающейся логике. Например, в моей области постколониальной экокритики ученые исследуют онтологические вариации между различными культурно-экологическими отношениями.В качестве примера можно привести культуры коренных американцев, характеризовавшиеся ранними европейскими колонистами как имеющие совершенно неуместное и расточительное отношение к земле (Cronon, 1983). Коммунальные и натуральные сельскохозяйственные отношения коренных американцев мешали им «должным образом» преобразовывать и улучшать ландшафт (Pratt, 1992). Это отношение к земле удерживало их от увеличения урожайности сельскохозяйственных культур, а это означало, что они не могли получать прибыль. Это предполагаемое «неправильное использование» земли использовалось, в свою очередь, для оправдания европейского завоевания родной среды и ресурсов.Эти две очень разные онтологические системы значения создали две очень онтически разные политические и экологические реальности.

Эти онтологические и эпистемологические различия между культурно-средовыми системами значения возвращают меня к моему первоначальному вопросу: каков онтологический характер «предположений о будущем» в сценариях МА? Мы могли бы также спросить, считает ли рабочая группа авторов онтологические исследования полезными при разработке спекулятивного будущего.Можно предположить, что «богатство повествования» указывает на что-то вроде онтологического рассмотрения. Однако это еще предстоит выяснить. Один из способов обнаружить это — более внимательно рассмотреть четко выраженное взаимодействие между количественным (которое мы можем четко определить как онтическое) и качественным (которое также имеет онтические черты, поскольку оно затрагивает такие вопросы, как существующие человеческие «ценности» и «поведение»). »). Взаимодействие между этими двумя понятиями заключается в том, как рабочая группа определила конкретный развивающий, творческий механизм нарратива МА, то есть то, как нарратив пишется, как мы видим выше в специфических отношениях, установленных между «качественным нарративом» и « количественное моделирование.Этот механизм проникновения в неизвестное будущее посредством анализа текущих условий (известного) и есть то, что Хайдеггер и другие определили как «герменевтический круг» (Хайдеггер, 1962). Герменевтический круг — это методологическая проблема, неизбежно возникающая в процессах понимания и смыслообразования, являющихся частью всех спекулятивных областей человеческого исследования — гуманитарных, социальных и естественнонаучных. Даже базовая дедуктивная формулировка гипотезы в научной лаборатории включает в себя акт спекулятивных рассуждений в рамках циклического герменевтического мышления — в этом случае спекулятивная гипотеза либо оказывается ложной, либо работоспособной до тех пор, пока результаты не начнут показывать обратное.«Круговой» характер мышления, который я здесь описываю, относится к неизбежному фактору фоновых способов познания или предпосылкам, которые всегда влияют на порождающий процесс смыслообразования. Спекуляции, другими словами, не падают из воздуха. Один размышляет, основываясь на идеях, возникающих из существующего контекста. Если исследователь упускает из виду влияние этих идей и предпосылок, говорят, что круг является «порочным». Тип мышления, который игнорирует свои собственные предпосылки, возникает из того, что Хайдеггер и современные «постструктуралистские» философы после него определили как «метафизическую традицию» (Хайдеггер, 1962).Метафизическая традиция предполагает возможность и даже конечную цель мышления преобразовать темпоральность существования (случайность, движение, поток и изменение) в стабильную пространственную (неподвижную и, следовательно, легко категоризируемую) сетку или поле. которым можно управлять «мета-та-физически» — то есть сверху, извне, вне («мета») подвижного контекста (экологического, культурного, исторического). Другими словами, метафизика — это способ исследования, который пытается заменить темпоральность, а также трансформации и неопределенность, характеризующие темпоральность, фиксированной пространственной репрезентативной матрицей.Метафизика — это процесс «пространственности темпоральности» — превращения текучести и случайности в статичный объект, которым можно овладеть, глядя на исследуемый объект сверху вниз. Предполагается, что это положение наверху дает превосходное преимущество, потому что с этого более высокого положения исследователь может якобы видеть все сразу ( мета-та-физика ) и, следовательно, получить полное и беспредпосылочное, объективное, бесконечное и не конечное или ограниченное, знание ситуации (Спанос, 1993).

Таким образом, метафизическая традиция и позиция «над временным движением», от которой она зависит, представляет собой попытку отрицания предпосылок, присущих любому акту исследования. Иными словами, это означало бы действовать так, как будто в процессе исследования никогда не действовали никакие рамки, никакие «парадигмы», если воспользоваться термином Томаса Куна (Kuhn, 1962). Такая точка зрения (которая на самом деле является формой рациональности, предполагающей, что можно мыслить с позиции, которая является , а не точкой зрения) сделала бы невозможными какие-либо реальные или радикальные изменения.На самом деле Хайдеггер убедительно доказывает, что такая не-точка зрения сделала бы невозможным размышление об объекте или ситуации исследования: «Любая интерпретация, которая должна способствовать пониманию, должна уже понимать то, что подлежит интерпретации» (Хайдеггер, 1962). Более того, «исследование, как вид поиска, должно заранее руководствоваться искомым», а это означает, что значение того, что исследуется, должно «уже каким-то образом быть нам доступно» (Хайдеггер, 1962). Таким образом, исследователь обладает некоторым «предвидением» или «предвидением» в процессе получения знаний.Суть, говорит Хайдеггер, не в том, чтобы отрицать это предвидение, отрицать цикличность мысли или пытаться метафизически выйти за пределы круга, а в том, чтобы «входить в [круг] правильным путем» (Хайдеггер, 1962). Признавая случайность мысли, исследователь может начать исследовать ограничения этих способов понимания, а затем и то, как их можно преобразовать, чтобы породить более всеобъемлющие рамки и способы исследования.

Вопрос заключается в том, входит ли методология написания сценариев МА — сочетание «количественного моделирования» и «математического моделирования» с «качественным нарративом» для обеспечения «правдоподобного» будущего — сознательно в герменевтический круг мысли, или же он бездумно пытается метафизически превзойти этот экзистенциальный контекст (Millennium Ecosystem Assessment, 2005c).Если он попытается сделать последнее, то он обязательно будет продвигать обычные решения наших нынешних экологических кризисов. Как мы уже видели, расширения в будущее в MA очень структурированы: «повествовательная» композиция контролируется строгостью «математического моделирования». То, как Рабочая группа регулярно ссылается на необходимость быть «правдоподобным», то есть мыслимым, что является еще одним способом сказать что-то, что уже «имеет смысл» с самого начала, с точки зрения настоящего, предполагает, что тип спекуляции здесь порочный круг.Однако мы не можем сделать такой вывод, не изучив сначала, что имеется в виду под «качественным нарративом».

Получить истинное представление о том, что Рабочая группа подразумевает под «рассказом» в ОЭ, сложно. Слово на самом деле никогда не определяется в тексте, а связано только с другими означающими, такими как «богатство», «текстура», «проницательность», которые также на самом деле не определены. Конечно, можно сказать, что это общеупотребительные слова, не нуждающиеся в определении.Но, как показывают такие означающие, Рабочая группа склонна рассматривать нарратив как своего рода инструмент для вышивания, используемый для улучшения или дополнения более важных элементов данных и моделирования. Однако «нарратив» — это слово, обозначающее сложный набор практик в дисциплинах, непосредственно связанных с нарративами, таких как гуманитарные дисциплины литературы, философии, истории, социологии и антропологии.

Как показал Питер Брукс (1984), нарратив составляет один из фундаментальных аспектов бытия человека.Как указывает Брукс, люди были охарактеризованы как животные, использующие инструменты ( homo faber ), но они также являются животными, создающими символы ( homo significans ) (Miller, 1995). Создание символов — это творческий и творческий процесс конституирования смысла, и таким образом создание символов тесно связано с актом осмысления мира посредством вымыслов . «Фантастика» первоначально относилась к двум вещам, происходящим одновременно: слово происходит от латинского fingere , означающего как «делать», так и «придумывать».Другими словами, язык и вымышленное повествование (создание и использование символов) действуют на том же уровне, что и инструменты, с точки зрения их способности создавать новые объекты и идеи. В более широком смысле, воображение вымыслов, то есть создание нарративов, — это первый шаг к созданию новых реальностей. Таким образом, слова и символы, встречающиеся в нарративах, являются не просто описательными, репрезентативными инструментами, имеющими вторичный статус по сравнению с более эмпирически проверяемой и предсуществующей реальностью; в дополнение к их способности представлять реальность, слова и символы могут также конституировать реальность и, как таковые, они столь же материальны, как и любые инструменты плотника или инженера.С точки зрения создания идей разные нарративы функционируют как разные инструменты воображения, позволяя формировать новые мысли. Они являются жизненной силой и воздухом образного ума.

Помимо того, что это практика репрезентации или раскрытия реальности, нарратив, таким образом, может обозначать очень разные практики как , создающего (создание реальности), так и , создающего (воображающего реальность, отличную от той, которая существует в настоящее время).Если вы придерживаетесь исторически влиятельной характеристики нарратива Аристотеля — линейного рассказа, упорядоченного с началом, серединой и концом, — тогда ваша нарративная политика, так сказать, падает на сторону поиска в жизни или придания жизни надежной социальной связи. хорошо отрегулированная и ритмически надежная структура. В этом смысле нарративы необходимы людям, потому что они функционируют как необходимый компонент для развития психологически здорового существования. В дополнение к Аристотелю и многим другим философам, формирующим литературную теорию, современные нейробиологи и психологи показали, что способность научиться структурировать свою жизнь посредством составления нарратива с идентифицируемым началом и концом является необходимым компонентом развитие здоровых человеческих воспоминаний и, следовательно, здорового человеческого разума (Van der Kolk, 2015).Способность представлять события в своей памяти через повествование имеет решающее значение, например, для переживших травму, которым необходимо разработать ( fingere — придумать и придумать) успешные повествовательные механизмы для преодоления травматических повреждений (Van der Kolk, 2015).

Однако повторяющиеся ритмы повествования могут принять удушающий оборот к худшему, если они используются для разных целей. Как указывает Дж. Хиллис Миллер, нарративы использовались для контроля за культурами и их гражданами и могут использоваться для противоположного создания новых потенциалов: «Вымыслы держат нас в узде и стремятся сделать нас более похожими на наших соседей». и помимо того, что они являются «создателями… культуры», нарративы могут быть «полицейскими этой культуры», и тем более эффективными, потому что они «ненавязчивы» (Miller, 1995).Нарративы, повторяемые без вопросов, усваиваются, и поэтому их манипулятивная сила становится менее заметной. Задача гуманистического исследования, особенно в моей дисциплине литературных и культурологических исследований, состоит в том, чтобы проанализировать, как и почему популярность различных нарративов с течением времени возрастает и падает, и как те нарративы, которые становятся доминирующими, формируют культуру. Разные истории и разные персонажи порождают разные формы человеческой субъективности, разные модели человеческого поведения и разные способы мышления.Таким образом, нарративы, как показывает Миллер, «имеют неизмеримое значение для формирования культуры» (Miller, 1995). В области постколониальной экокритики ученые исследуют инструментальную связь нарративов с жестоким имперским расширением колониальных территорий и окружающей среды. Определение культурных нарративов, таких как Робинзон Крузо , может дать информацию для оправдания колониальных актов социального подчинения и присвоения ресурсов окружающей среды. Описание в нарративах отдаленных культур как изначально диких и низших во многом оправдывало в сознании западных имперских властей колонизацию чужих земель, народов и их ресурсов.Эдвард У. Саид показал, в какой степени повествование значительно информирует об этом имперском завоевании территорий: «Конечно, главная битва в империализме ведется за землю; но когда дело доходило до того, кому принадлежала земля, кто имел право заселяться и работать на ней, кто содержал ее, кто ее отвоевал и кто теперь планирует ее будущее, — эти вопросы отражались, оспаривались и даже какое-то время решил в повествовании…. Способность рассказывать или блокировать формирование и появление других нарративов очень важна для культуры и империализма» (Саид, 1993).В то же время колонизированные народы находят силу в воображении новых возможностей в новых нарративах и через них, которые, в свою очередь, могут затем стать опорной структурой для постколониальных формаций свободы. На протяжении второй половины двадцатого века «великие нарративы об освобождении и просвещении мобилизовали людей в колониальном мире на восстание и избавление от имперского подчинения» (Саид, 1993). Эти нарративы с периферии преобладающих культур и политических формаций власти могут, в свою очередь, воздействовать на сами центры власти: «многих европейцев и американцев также взволновали эти истории и их главные герои, и они тоже боролись за новые нарративы о равенстве». и человеческое сообщество» (Саид, 1993).Таким образом, нарративы могут усиливать динамику власти в обычном режиме, но также и создавать больше освободительных потенциалов.

Из всего этого можно сделать вывод, что освободительный потенциал воображаемых нарративов (ибо, как уже должно быть ясно, тот факт, что нарратив является воображаемым, не означает, что он автоматически предлагает освобождение от ограничений, в настоящее время господствующих над реальностью) зависит от тот факт, что не существует фундаментального, обязательного или необходимого порядка, предшествующего любой нарративизированной реальности.Таким образом, если нарратив действительно является важным элементом в разработке сценариев ОЭ (а рабочая группа, безусловно, говорит нам об этом), то стоит подумать о том, как рабочая группа, разрабатывающая сценарии, может понять этот термин онтологически.

В ОЭ «повествование» приобретает статус инструмента для «предоставления более широкой перспективы» и средства «формирования [] развития [] ценностей, поведения и институтов» (Millennium Ecosystem Assessment, 2005c). .Таким образом, мы можем сделать вывод, что в тексте и контексте МА нарратив концептуализируется, помимо своего образного аспекта, как дисциплинарный инструмент, предназначенный — по крайней мере, для тех сценариев, которые предлагают более устойчивое будущее — для развития. и управление новой социально-политической общностью людей. Это совсем не то, что просто сказать что-то вроде «повествование — это процесс рассказа захватывающей истории в развлекательных целях». Вместо этого речь идет о целенаправленном формировании иного социально-политического человеческого будущего — задача не из легких! Таким образом, «нарратив» означает целенаправленное формирование, предназначенное для изменения ценностей, чтобы сделать их, в данном случае, экологически ориентированными: цель состоит в том, чтобы «исследовать сценарии, которые включают более фундаментальные преобразования основополагающих ценностей и институтов развития… форма глобального развития, основанная на принципе «устойчивое развитие прежде всего»…Это потребует повышения роли экосистем как в описании сценария, так и в количественном выражении» (Millennium Ecosystem Assessment, 2005c). Таким образом, «нарратив» именует творческий акт трансформации. В нарративе и посредством повествования авторы пытаются ввести элемент в рамки человеческого существования, который не является центральной частью текущего государственного устройства.

Это может быть очевидным замечанием по поводу МА, но конкретный онтологический статус спекуляции, воображения и нарративной техники до сих пор неясен.С одной стороны, с учетом приведенного выше анализа, мы можем сказать, что концепция МА нарратива как преобразующего инструмента, который привносит новые элементы в рамки человеческого воображения и социальной структуры , указывает на антиметафизическую попытку сломать стереотипы мышления. которые являются порочно круговыми. Выталкивание экологических проблем за рамки гражданского и политического существования стало определяющей характеристикой современных человеческих концептуальных рамок, приковывающих нас к богу экономической экспансии, который делает ВВП страны всего лишь человеческой ценностью, стоящей затраченных усилий.Изменение этой структуры путем существенного рассмотрения «количественного» контекста круга, несомненно, будет представлять собой онтологическую, герменевтическую вовлеченность, как это определено Хайдеггером. Однако «качественный» процесс построения человеческой социальной и политической архитектуры, действительно неоднородной современности, определить труднее. Для этого нам нужно внимательно посмотреть на сами сценарии.

Хотя сами по себе четыре сценария никогда открыто не рассматривают онтологический статус акта спекуляции и его художественность, тем не менее их можно симптоматически интерпретировать с точки зрения их сущностной природы.Два сценария — «Порядок силы» и «Глобальная координация» — разрабатываются на основе «реактивной» экологической политики, а два — «ТехноСад» и «Адаптация мозаики» — на основе «упреждающей политики управления окружающей средой» (Millennium Ecosystem Assessment, 2005c). ). Первые два находятся под сильным влиянием обычной схемы бизнеса. Оба подчеркивают господствующие требования неолиберальной экономики, которая сама по себе является формой порочного замкнутого круга, ставящего, как я указал выше, капитализм и экономическое развитие метафизически выше всех других человеческих забот.Global Orchestration дает больше надежды на защиту окружающей среды. В этом сценарии между нациями создаются механизмы сотрудничества, а это означает, что глобальная организация может справиться с планетарным событием, таким как изменение климата, более успешно, чем с будущим, в котором нации обращаются внутрь себя и занимаются своими собственными эгоистичными заботами. Order from Strength построен именно на этом изоляционистском предположении, представляя «регионализованный и фрагментированный мир, озабоченный безопасностью и защитой», с региональными рынками в гражданском и политическом обществе, «уделяющими мало внимания общим благам» и проявляющим «индивидуалистическое отношение к экосистеме». управления» (Оценка экосистем на пороге тысячелетия, 2005c).Экосистемы, следовательно, вторичны по отношению к частным, экономическим и социальным проблемам, и если к ним вообще обращаются, то из реактивной потребности к негативным экологическим обратным связям. И Adapting Mosaic, и TechnoGarden ставят экологические проблемы в центр гражданского и политического существования, хотя кажется, что Adapting Mosaic окажет наибольшее влияние на онтологическую трансформацию гражданского общества (как мы вскоре увидим). ТехноСад более глобальный по своей направленности. Общества действуют вместе, образуя сильное международное сообщество.Экосистемы «в высшей степени управляются» крупномасштабными инженерными и производственными схемами, но возможность крупномасштабных рисков из-за непредвиденных обстоятельств, не учитываемых этими схемами, также преследует систему.

И Order from Strength, и Global Orchestration наиболее близки к нашему текущему историческому событию. Странным образом события, описанные в «Порядке силы», все больше и больше соответствуют нынешней политической позиции США.С. (когда я пишу это в 2017 году, мы приближаемся к концу первого года изоляционистской администрации Трампа). В Order from Strength повествование разворачивается с одной, несколькими или всеми нациями, которые отворачиваются друг от друга «в ответ на глобальный терроризм и развал… глобального сотрудничества» (Millennium Ecosystem Assessment, 2005c). Армия укрепляется, а экономика сохраняет свое центральное положение в богатых странах. Люди с подозрением относятся к либерализации торговли и начинают поддерживать региональную экономику, ориентированную на внутренний рынок.Рабочая группа, ссылаясь на предыдущие инициативы по построению сценариев будущего, называет это «варваризацией», когда мир все больше делится на богатых и бедных, где богатые создают «мир-крепость», а социальные системы и экосистемы в конечном итоге разрушаются. На ранних стадиях сценария есть признаки того, что возведение стен вокруг наций оказывает некоторое положительное влияние на экосистемы с точки зрения инвазивных видов: происходит «меньшее распространение инвазивных вредителей, сорняков и болезней, поскольку границы и торговля находятся под контролем». (Оценка экосистем на пороге тысячелетия, 2005с).Однако, учитывая, что инвазивные виды уже довольно широко распространены по всей планете и что даже пограничный контроль не останавливает перемещения видов по всему миру, это может показаться спорным и даже странным для авторов.

Несмотря на это любопытное упущение, сценарий «Порядок силы» убедительно концентрирует внимание на одной из ключевых угроз, которые сегодняшняя человеческая рациональность представляет для экосистем; то есть идея о том, что люди сами всегда и в конечном итоге могут контролировать окружающую среду.Такая вера, утверждает Рабочая группа, приводит к «фрагментарному подходу» к экологическим проблемам, которые решаются только тогда, когда экосистемные услуги начинают разрушаться. Вера в способность человечества контролировать экосистемы также ведет к вере в то, что сама природная среда в конечном счете не является необходимой для выживания человека. В первые годы действия сценария «все знали, что вода в конечном счете исходит от природы», но со временем у людей сформировалось «широко распространенное убеждение… что очистка воды может быть эффективнее с помощью технологий, приводимых в действие человеком, чем… с помощью сохраненных экосистем» (Millennium Ecosystem Assessment, 2005с).(Любопытно, что такое же «технофиксное» отношение не развивается в сценарии TechnoGarden, что может свидетельствовать о том, что идея «технологии», неявно выдвинутая авторами, остается неизменной и подчиняется антропоцентрическому взгляду на превосходство человека над природой. , и достаточно разумны, чтобы устойчиво управлять своими услугами.) Этот измененный взгляд на воду — насущную потребность всей жизни — представляет собой важное осознание того, как человеческий опыт физической реальности может быть полностью изменен в худшую сторону.Кроме того, в Order from Strength богатые страны начинают защищать исключительно своих фермеров. Фермеры в более бедных странах больше не имеют рынка сбыта своей продукции. Они обращаются к сбору несельскохозяйственного сырья (лесопродукции, полезных ископаемых, рыбы и других диких животных) для экспорта в богатые страны, что сильно разрушает биоразнообразие их биомов. В разделе «История Индии» Order from Strength мы узнаем, что международная поддержка бедных сообществ со стороны НПО исчезает. По мере того как бедные сообщества становятся еще беднее, базовые образовательные навыки, такие как чтение и письмо, становятся редкостью.Безработица, нехватка продовольствия и воды, а также болезни становятся безудержными. Сегмент «История Индии» — один из немногих моментов во всем повествовании, где мы читаем отчет о ситуации от первого лица. Безымянный персонаж в этой истории теряет все необходимое для выживания и может найти убежище — в плане еды, одежды и крова — только в лагере террористов (Millennium Ecosystem Assessment, 2005c).

В отличие от экологически антиутопического мира Order from Strength, сценарий Adapting Mosaic ориентирован на защиту окружающей среды.Как указано в предыстории сценариев, на «Адаптацию мозаики» сильно повлияло повествование об «эко-коммунализме», разработанное ранее Глобальной группой сценариев под руководством Пола Раскина в публикации 2002 года «Великий переход: обещание и соблазн грядущих времен». (Раскин и др., 2002). Он характеризуется в первую очередь сдвигом человеческого восприятия в сторону «необходимости работать с природой, а не против нее» (Millennium Ecosystem Assessment, 2005c). Точное происхождение идеи «экокоммунализма» никогда не объясняется ни в одном из текстов, но можно рискнуть предположить, что оно восходит к двум историческим источникам: антикапиталистическому коммунализму, который проявлялся во многих формах до и после подъем капитализма (Thompson, 1993) и понимание того, что экосистемы формируются не вдоль искусственно созданных национальных границ, а в самостоятельных региональных биомах.Тем не менее, одна ключевая онтологическая проблема с этим сценарием связана с отсутствием какого-либо реального определения термина «адаптивный». Имеет ли Рабочая группа в виду общий экологический термин «адаптация», который используется в нынешних рассуждениях об изменении климата? Означает ли это, что люди в первую очередь должны «приспосабливаться» для преобразования социально-политических ценностей и институтов в социально-экологические? Имеются ли в виду люди, приспосабливающие сами экосистемы к антропоцентрическим потребностям? Мы говорим об адаптации в дарвиновском, биологическом смысле? В военном смысле (об этом ниже)? Или это какая-то комбинация всего этого?

Временами в сценарии кажется, что суть адаптации проистекает из шовинистически сформированных мнений, которые мы наблюдаем сегодня в определенных национальных сообществах.Например, консервативные подозрения вокруг мифического монстра «Большого правительства», характерные для современного неолиберализма, кажутся ключевым фактором развития региональных сообществ в «Адаптивной мозаике»: люди «разочаровываются в способности национальных правительств управлять». (Оценка экосистем на пороге тысячелетия, 2005c). Это та же динамика, которая проявляется в сценарии «Приказ с силой», за исключением того, что в данном случае она более локальна, чем национальна. Однако из-за этого локального воздействия возрастает управление региональными экологическими единицами, но населенные пункты различаются с точки зрения подходов, которые они применяют к окружающей среде.Рост внимания и знаний об экологических границах приводит к тому, что сообщества развивают высокую способность справляться с проблемами, возникающими в конкретных биомах. Поначалу это внимание к местному приводит к рискам с точки зрения управления глобальным достоянием (поскольку общее достояние больше по масштабу и требует международного сотрудничества). Но, в конце концов, эти более масштабные проблемы, интересно сочетающиеся с восходящей ориентацией Adapting Mosaic, создают международные сети сотрудничества (Millennium Ecosystem Assessment, 2005c).В этом смысле Adapting Mosaic является противоположностью Global Orchestration, которая работает в соответствии со структурой сверху вниз. Таким образом, риски глобальной оркестровки противоположны: местные сообщества не получают поддержки, и из-за этого страдают местные сообщества и экосистемы. Несмотря на эти плюсы, рабочая группа считает, что ключевым недостатком этого сценария является недостаточное внимание к экономическому развитию, поскольку региональная направленность приводит к меньшему интересу к международной торговле. Однако наиболее многообещающе то, что в сценарии «Адаптирующая мозаика» потеря биоразнообразия имеет наибольшие шансы на борьбу с ней.Темпы утраты биоразнообразия начинают стабилизироваться по мере изменения отношения к биоразнообразию: «В то время как в начале века люди больше всего реагировали на утрату отдельных, в высшей степени символичных видов, теперь осознание переключилось на восприятие биоразнообразия не только как важнейшую вспомогательную услугу экосистемы. , а как цель сама по себе» (Millennium Ecosystem Assessment, 2005c).

Это наиболее близкий сценарий к открытию онтологического переосмысления человеческой субъективности и ее неразрывной связи с экосистемами (к этому вопросу я вернусь ниже).Но вопрос о человеческой субъективности в конечном счете остается за рамками даже Адаптирующей Мозаики, наиболее созвучной локальному человеческому существованию. Один из ключевых симптомов этой апории появляется в одном из побочных сюжетов сценария: «Проект органического сельского хозяйства на Среднем Западе». В этой побочной истории схема земледелия на Среднем Западе запущена «в октябре 2014 года… с целью» «удовлетворить растущий внутренний спрос на органические продукты питания» (Millennium Ecosystem Assessment, 2005c). Проект объединяет «национальную сеть ученых и продовольственных кооперативов», которые поддерживают свои усилия, получая «поддержку от крупных корпораций в пищевом секторе» (Millennium Ecosystem Assessment, 2005c).Схема вводит «детальную стратегию землепользования» во всем регионе Среднего Запада. Научные специалисты разрабатывают «курсы обучения для фермеров», а корпорации «дают рыночные гарантии на ряд продуктов» (Millennium Ecosystem Assessment, 2005c). Можно было бы подумать, что этот проект будет беспроигрышной ситуацией для всех участников — как людей, так и нелюдей. Но отсутствие учета человеческой субъективности симптоматично проявляется в противоречивом характере реализации проекта: четыре года спустя проект в конечном итоге терпит неудачу и заканчивается, потому что отдельные фермеры в конце концов возвращаются к своим прежним методам ведения сельского хозяйства.Почему? Потому что по какой-то причине в этой конкретной попытке создать надежное региональное управление экосистемами образу жизни местных фермеров не уделялось серьезного внимания: «К сожалению, традиционные сети земледелия и маркетинга были упущены из виду, а традиционный процесс принятия что выращивать и где продавать, оказалось гораздо сильнее, чем предполагалось» (Millennium Ecosystem Assessment, 2005c). Новые методы применялись только «в течение ограниченного времени.Почему в сценарии должно существовать это существенное противоречие? Я бы предположил, что это больше, чем упущение в фокусе Рабочей группы на существенном «восходящем» характере «Адаптации мозаики» (поскольку, если бы это был действительно восходящий подход, тогда фермеры консультировались бы по поводу проекта с самого начала). начало). Если мы рассмотрим это более подробно, то начнем замечать, что проект в том виде, в котором он был разработан, включает в себя значительную долю местного участия. Разрабатываются учебные курсы и предоставляются стимулы для получения экономической выгоды.Тем не менее дело, похоже, в том, что местные фермеры в некотором роде являются существами, которые более «устоялись в своих привычках», чем ученые, способные генерировать новые экологические схемы. Должны ли мы понимать это как свидетельство существующих сегодня отношений между учеными и фермерами? Возможно. Но если так, то как нежелание меняться понимается учеными и теми, кто уполномочен генерировать сценарии, подобные тем, которые мы находим в ОЭ?

Создается впечатление, что авторы здесь впали в идеологическое убеждение, которое Жак Рансьер (Rancière, 2011) определил как «неравенство интеллекта» (Rancière, 11), или то, что Пауло Фрейре (1968) определяет в своей книге «Педагогика угнетенных» . как «банковская модель образования» (Фрейре, 2005).Короче говоря, банковское образование — это педагогическая парадигма, в которой ученики рассматриваются как пустые сосуды, лишенные интеллекта. В банковской модели знания может дать только знающий педагог, который наполняет студентов, как если бы они были пустыми банками. Рансьер расширяет эту критику, показывая, как она нормализует общую веру в неравенство интеллекта, что приводит к несправедливости авторитетов, говорящих от имени и от имени других. Оба теоретика бросают вызов онтологическому основанию, которое определяет ученика-субъекта как невежественного и иррационального, а учителя-субъекта, в свою очередь, как всезнающего и рационального.Вместо этого более справедливое педагогическое взаимодействие требует переосмысления этой нормализованной динамики студент/ученый. Как формулирует это Рансьер, путь лежит не от незнания к знанию, а от «того, что [ученик] уже знает, к тому, чего он еще не знает, чему он может научиться так же, как он научился всему остальному» (Rancière, 2011). Студент активно занимается расширением знаний не для того, чтобы в конечном итоге усвоить предполагаемые превосходные или правильные знания ученого, а «для того, чтобы лучше практиковать искусство перевода, облечения своего опыта в слова и проверки своих слов» (Rancière, 2011). .Таким образом, образовательная встреча превращается из снисходительной войны разума против глупости в «перевод интеллектуальных приключений» от одного интеллектуально одаренного субъекта к другому. Таким образом, Фрейре и Рансьер предлагают два новых вида субъективности в этой переосмысленной модели образования: и ученик, и учитель обладают знаниями, и они взаимодействуют друг с другом посредством перевода и обмена знаниями от одного к другому. Воображаемый проект органического сельского хозяйства Среднего Запада, возможно, выиграл бы от рассмотрения таких онтологических преобразований натурализованных образовательных процессов.

Последний сценарий — «ТехноСад» — также активен с точки зрения защиты окружающей среды. Он основан на центральной идее о том, что технологии могут изменить наши деструктивные отношения с окружающей средой. Эта идея сочетается с верой в рыночную институциональную реформу. Экономический элемент этого сценария отличается от «Глобальной оркестровки» тем, что капитализм эволюционирует в концепцию, называемую «естественным капитализмом» (Hawken, et al., 1999). В отличие от традиционного капитализма, который не рассматривает природные ресурсы и экосистемы как капитал, естественный капитализм организует себя вокруг биологических реалий природы. Традиционный капитализм ликвидирует природу и считает ее доходом, полагая, что природа свободна и неисчерпаема. Природный капитализм делает упор на восстановление и сохранение экологических ресурсов. Это, безусловно, положительное событие, но разочаровывает то, что Рабочая группа не рассматривает ничего, кроме капиталистической экономики, когда пытается представить себе устойчивое будущее.Есть много докапиталистических экономических социальных формаций, которые существовали в тандеме с природой на протяжении примерно 11 700 лет человеческой истории, из которых капитализм — не более чем удар молнии в этом временном масштабе. Конечно, многие устойчивые отношения коренных народов, действующие сегодня, отношения, которые имеют очень мало общего с поздним развитием человеческой истории приватизации, могли бы предложить некоторые функциональные альтернативы. Рассмотрим, например, следующее утверждение, характеризующее некоторые из конкретных решений, принятых после подъема природного капитализма в TechnoGarden:

Как правило, создаются экологические рынки, и права собственности передаются экосистемным услугам после выявления экологических проблем .Благодаря инвестициям в экологическое понимание и природный капитал проблемы часто выявляются до того, как они станут серьезными. Экологические рынки создаются на местном, национальном, региональном и глобальном уровнях. В зависимости от социального и экологического контекста права собственности предоставляются разным субъектам. (Оценка экосистем на пороге тысячелетия, 2005c; курсив добавлен)

Можно представить себе новый дисбаланс власти, развивающийся по мере того, как права собственности претерпевают усиление на основе экосистемных услуг.Подобно неравенству интеллекта, выявленному Рансьером и Фрейре в системе образования, ориентированная на окружающую среду и, следовательно, кажущаяся дружественной альтернатива промышленному капитализму природного капитализма может легко привести к возникновению новой привилегированной элиты. «Разные акторы», «предоставившие» права собственности, появятся в виде комбинации «знающих инженеров», технологов и бюрократов, приобретающих права на экосистемные услуги, в тандеме с корпоративными интересами, способными предоставить необходимое финансирование для развития.

Если мы серьезно рассмотрим этот дискурс об ограждении экологических достояний на основе индивидуальных прав собственности, мы вскоре обнаружим, что он ничем не отличается от роста приватизированных прав интеллектуальной собственности (ПИС), разработанных Всемирной торговой организацией в ее Соглашении о торговле. — Смежные права интеллектуальной собственности (TRIP). Как утверждает индийский физик, философ и активист-эколог Вандана Шива (1993), ПИС онтологически связаны с колониальной историей и расширением империй, которые установили свою власть за счет разграбления природных ресурсов в колониях по всей планете.Современные права собственности действуют по тому же принципу. Транснациональные корпорации представляют собой новых колониальных акторов, похищающих местные, местные знания об экосистемах, которые коллективно развивались на протяжении всей истории деревень и сообществ (Shiva, 1993). Знания патентуются корпорациями, которые затем на законных основаниях получают права на эти знания, ставя коренные общины в несостоятельное положение, поскольку они больше не имеют законных прав на свою собственную окружающую среду: «Договор ТРИПС… основан на крайне ограниченном понятии инноваций.По определению, она имеет вес в пользу транснациональных корпораций и против граждан в целом и крестьян и лесных жителей Третьего мира в частности» (Shiva, 1993). Кроме того, права интеллектуальной собственности также подавляют наши представления о творчестве, ограничивая его исключительно товаризацией и получением прибыли: «Основным в идеологии прав интеллектуальной собственности является заблуждение, согласно которому люди могут быть творческими только в том случае, если они могут получать прибыль и гарантировать ее посредством защиты прав интеллектуальной собственности. Это сводит на нет научное творчество тех, кто не движим стремлением к прибыли.Он отрицает творчество традиционных обществ и современного научного сообщества, в котором свободный обмен идеями является самим условием творчества, а не его антитезой» (Shiva, 1993). Патенты в этом контексте могут, таким образом, смещать исследования в сторону ограничительной цели накопления капитала, что ограничивает открытое общение между учеными и сообществами. В конечном итоге это подрывает коллективное творчество и чисто научные исследования. Общины коренных народов после принятия закона о ПИС оказались в странном положении, когда им приходится платить за знания, которые они сами разработали. 1 Как утверждает местный постколониальный ученый Линда Тухивай Смит, «новые глобальные политические образования, создаваемые в соответствии с такими договоренностями, как Генеральное соглашение по тарифам и торговле (ГАТТ) и другие региональные рыночные зоны, делают участие в этих зонах зависимым от определенных видов соблюдения например, отказ от любой защиты местной [коренной] экономики и культуры» (Smith, 2012). В противовес этому, утверждают Шива, Смит и другие, мы могли бы рассмотреть идею открытых, коллективных, публичных прав и возможностей, которые они предлагают, в отличие от прав частных. 2

Несмотря на свою ориентацию на спекулятивное будущее, это повествование о правах собственности сформировано известными историческими силами западной имперской экспансии и колониального владения. Система приватизации для защиты и развития, которую она неявно предлагает, отражает своего рода раннюю экономическую судебную систему, «разработанную для облегчения колониальных моделей, продвигаемых европейскими государствами и их потомками, в ущерб коренным народам» (Anaya, 2000).Как утверждает С. Джеймс Анайя, западные правовые и политические системы, которые были легитимированы в форме современного национального государства и через нее, рассматривали «племенные общества как не подпадающие под определение наций или государств и, следовательно, как не имеющие полных прав на групповую автономию или наследственную принадлежность». земли» (Аная, 2000). «Одно только открытие» властями национального государства представляло собой законное право претендовать на территорию и ресурсы (Anaya, 2000). Но, как также указывает Анайя, международное право все больше распространяется на представителей коренных народов, что отчасти стимулируется международной борьбой за права человека и находит свое отражение в таких организациях, как ООН (Аная, 2000).Еще в 1957 г. Международная организация труда (МОТ — ныне членская организация ООН) признала необходимость соблюдения прав коренных народов, и Конвенция МОТ № 169 о коренных народах и народах, ведущих племенной образ жизни (1989 г.), стала первым международным законом, гарантирующим права коренных народов. 1995–2004 годы были названы Международным десятилетием коренных народов мира, а в 2000 году был создан Постоянный форум ООН по вопросам коренных народов.

Хотя это выходит за рамки данного комментария, важно признать растущее присутствие коренных народов на международной арене после публикации сценариев.Коренные народы работают непосредственно с ООН по вопросам адаптации к изменению климата и смягчения его последствий и считаются важными хранителями биологического разнообразия (IFAD, 2016; ILO, 2016; UNDP, 2015). В настоящее время ООН напрямую интегрирует практику устойчивого развития коренных народов в Стратегический план сохранения биоразнообразия своей Конвенции о биологическом разнообразии (Palmer, 2017). Коренные народы также имеют долгую историю активного сотрудничества и участия в международных НПО, таких как Survival International (основана в 1969 г.), International Rivers (основана в 1985 г.) и Международная рабочая группа по делам коренных народов (основана в 1968 г.) (Кек и Sikkink, 1998; International Rivers, 2017; Dahl, 2009).Что наиболее важно, коренные народы часто основывают свои общины на экологически устойчивых принципах, и многие из них демонстрируют впечатляющую устойчивость перед лицом растущей нехватки ресурсов. Таким образом, социально-экологическая история многих коренных народов может служить образцовым примером для авторов, пытающихся построить экологически жизнеспособные сценарии будущего. Саамские общины в норвежской Арктике, каяпо в бразильской Амазонии, йоруба в Нигерии и инуиты в Арктике — это лишь четыре из тех, что приходят на ум (Broderstad and Eythorsson, 2014; Zanotti, 2016; Berkes and Folk, 1998; Сейерсон, 2004).

Принимая во внимание, что ряд этих комплексных изменений произошел до публикации ОЭ, отсутствие какого-либо реального предметного рассмотрения усилий коренных народов в сценариях ОЭ вызывает удивление, но лишь в некоторой степени. 3 Как утверждает Свейн Джентофт, «национальные правительства в основном неохотно поддерживали, а то и открыто выступали против этих событий» (Jentoft, et al., 2003). В некоторых случаях коренные народы успешно применяли Конвенцию о биологическом разнообразии (1993 г.) для сохранения суверенитета над ресурсами (Jentoft, et al., 2003), но чаще всего режимы государственного управления негативно сказываются на устойчивом развитии коренных народов и сохранении природных ресурсов (Jentoft et al., 2003). Более того, даже «научно обоснованные системы управления ресурсами, предназначенные для спасения дикой природы… по большей части игнорировали точку зрения коренных народов» (Nuttall, 1998). Слишком часто конечным результатом была форма «материального улучшения» окружающей среды, основанная на «ожидании больших прибылей от крупных проектов», таких как добыча полезных ископаемых, разработка нефти и газа, гидроэнергетика или физическое объединение географических пространств, населенных Коренные народы «в национальное государство посредством автомобильных, железных дорог и строительства портов» (Jull, 2002).

Эти стимулы, основанные на прибыли, также влияют на сценарий Global Orchestration. От начала и до конца предположительно воображаемая структура Глобальной Оркестрации подчиняется той же богоподобной логике невидимой руки рынка, которая формирует неолиберализм и его евангельскую преданность приватизации и децентрализации. Ключевым признаком этого является основанное на рынке убеждение, что чем вы богаче, тем больше вероятность того, что вы сможете противостоять всем бедам мира и справиться с ними.Одним из печально известных примеров является особенность «просачивания» рейганомики и тэтчеризма — начало неолиберализма, — которая дает налоговые льготы богатым под предлогом того, что более активная экономическая деятельность богатых пойдет на пользу бедным. Вера в то, что «чем богаче вы становитесь, тем больше вероятность того, что вас будут волновать экологические проблемы, такие как изменение климата», является столь же пагубно задуманным аргументом (и ненаучным, если уж на то пошло) (Dauvergne, 2016; Tamny, 2010). . Если оценки IPCC, NOAA, НАСА и подобных организаций верны, мы очень хорошо знаем, что богатые имеют гораздо больший экологический след, чем бедные — как с точки зрения более бедных стран, так и с точки зрения более бедных, живущих в богатых странах.

Несмотря на акцент, сделанный на моделировании, которое предположительно учитывает эмпирическую реальность гражданского и политического общества 21 -го -го века, во всех четырех сценариях отсутствует удивительное количество черт, центральных для современного мира. Отсутствие этих особенностей является симптомом одинакового невнимания к огромному количеству научных исследований, доступных в гуманитарных и социальных науках. Например, ни в одном из сценариев нет упоминания о расизме.Вместо этого мир разделен на богатые и бедные страны, а распределение богатства и ресурсов стало более справедливым в большинстве ситуаций, за исключением Order from Strength. Также абсолютно не упоминается глобальное неравенство гендерных отношений, за исключением незначительного упоминания о том, что кто-то должен выполнять «женскую работу» в подистории, встроенной в Global Orchestration, под названием «История Индии». История Индии рассказывает о том, как акцент Global Orchestration на устранении экономического и социального неравенства посредством либерализации торговли и свободных рынков приводит к большему финансовому равенству.Каким-то образом это достигается за счет волшебного «выхода за рамки таких философий, как вашингтонский консенсус» — другими словами, неолиберализма — окончательной реализации сверхприватизации и дерегулирования. По существу, как и в случае с Рейганом и Тэтчер, вашингтонский консенсус возвел рыночный фундаментализм в метафизическое состояние — вне всякой реальной критики его логики, созданной людьми. Как теперь показывает нам история, это возвышение неолиберализма над любым потенциалом фундаментального пересмотра привело к эвакуации политической власти государства для решения проблемы корпоративного контроля и поддержки здравоохранения, образования, искусства (а теперь и науки) — все это механизмы, направленные на устранение экономического, интеллектуального и творческого неравенства.

Это возвышение рынка увеличило неравенство в доходах как в глобальном масштабе, так и внутри стран, и создало фон для большего расового насилия и гендерной дискриминации. Кроме того, в сценариях ОЭ никогда не объясняется, каким образом такой акцент на рынке может каким-либо образом трансформировать человеческие ценности, чтобы сделать их более приспособленными к экологическим проблемам. Сценарий Global Orchestration придает среде второстепенное значение, как я упоминал ранее.Тем не менее, сценарий, похоже, принимает ту же веру, которую мы видим в «невидимой руке рынка»: его реактивная позиция по отношению к экосистемным услугам и его вера в то, что «человеческая изобретательность» всегда спасет положение, удерживает его от порождения любое реальное преобразование человеческого поведения и ценностей. Можно также подумать, что мы увидим ряд отсылок к расовой и гендерной несправедливости в сценарии Order from Strength. Но и здесь этих существенных черт существования 21 -го -го века нигде нет.Отсутствие какого-либо онтологического рассмотрения этих эмпирических фактов существования указывает на то, что построение будущего сценария могло бы выиграть от работы, проведенной в областях гуманитарных и социальных наук, если построение будущего должно избежать порочных форм цикличности, которые отрицают уместность переосмысления и того, и другого. человеческая субъективность и влияние неолиберализма на современную человеко-окружающую культуру.

Детали, которые я исследовал выше, привели меня к тому, что я бы назвал самой важной особенностью, отсутствующей в сценариях, и это онтологическое рассмотрение того, что значит быть человеком.Вопрос о том, что значит быть человеком, является одной из самых центральных проблем гуманитарных и социальных наук. В определенном смысле это отсутствие внимания к формированию субъективности неудивительно в тексте, который имеет преимущественно механистическую направленность на будущее человечества. Как утверждал ряд ученых (Chakrabarty, 2012; Eagleton, 1996; Foucault, 1980; Heidegger, 1962; Spanos, 1993), это отсутствие какого-либо онтологического рассмотрения человеческой субъективности (и отсутствие онтологических соображений в целом) является симптом экономического акцента позднего капитализма и его глобальной экспансии в человеческое государство после окончания холодной войны.Возможно, лучше всего эту идеологическую идею сформулировал один из ее сторонников, Фрэнсис Фукуяма, который определяет нашу политическую эпоху как «конец истории» (Fukuyama, 1992). Фукуяма утверждает, что человеческие политические системы эволюционировали и что нынешний западный либерально-демократический капиталистический порядок является конечной целью человеческого социально-политического развития. В своем неогегельянском представлении о том, что «история» — это битва за человеческие формы правления, он утверждает, что мы, наконец, достигли конца этой битвы, а значит, и собственно истории. 4

Когда такой способ мышления (который оказал большое влияние на построение Вашингтонского консенсуса) становится преобладающим, потребность в онтологическом исследовании, конечно, исчезает, ибо достижение такой точки совершенства предполагает, что содержательная критика основы и структуры человеческого существования больше не нужны. Хотя МА определенно не предполагает, что такой конец был достигнут, он, тем не менее, испорчен такого рода онтологической нехваткой или апорией.В МА неоднократно упоминается, что человеческие «ценности» и «поведение» должны измениться, но нет реального конкретного понимания того, какие именно ценности и модели поведения необходимо создать и принять, и нет понимания того, как изменилась сама идея «человека». менялись на протяжении всей истории. У нас осталось лишь смутное ощущение, что нам нужно стать более экологически чуткими. Здесь будет поучительным длинный список ученых-литературоведов, историков, философов и антропологов, пишущих о природе человеческой субъективности и ее трансформации на протяжении веков (Braidotti, 2013; Chakrabarty, 2012; Foucault, 1977; Haraway, 2008; Hayles, 1996). ; Хайдеггер, 1962; Торговец, 1980; Спивак, 1987; Вулф, 2010).Развитие культа индивидуализма, основанного на онтологическом отделении человека от экологических интересов, будет иметь центральное значение для любого действительно преобразующего изменения в «ценностях» и «поведении». Это невнимание к возможностям различных форм человеческой субъективности, несомненно, объясняет не менее красноречивое отсутствие какого-либо упоминания о коренных народах в ОЭ. Эта маргинализация коренных народов вызывает озабоченность не только при построении будущих сценариев, но и в других усилиях ООН по решению экологических проблем, таких как изменение климата.Несмотря на усилия ООН на недавних конференциях COP РКИКООН (особенно на COP21, где коренным народам было уделено видное место в пространстве «гражданского общества» конференции), очень мало внимания уделяется очень различным экологическим «ценностям» и «поведению». коренных народов, у которых экологически оторванный западный человек конца истории мог бы многому научиться. 5

МА является одним из самых важных призывов принять участие в нашем экологическом мероприятии, как я уже упоминал в своем вступительном слове.Рабочая группа по сценариям пришла к «единодушному» выводу о том, что сценарий «Приказ от силы» является «неустойчивым и в конечном итоге катастрофическим» (Millennium Ecosystem Assessment, 2005c). Как я упоминал выше, мы видим, что сильные элементы этого сценария сегодня проявляются все больше и больше. И Рабочая группа заключает сценарии с предположением, что «потребуется очень большое количество сценариев для учета всех возможных комбинаций движущих сил» (Millennium Ecosystem Assessment, 2005c).Но в разделе «Пробелы в нашем понимании» заключения Рабочая группа указывает только на недостаток знаний об устойчивости экосистемы в отношении антропогенного воздействия и экосистемных процессов в пространстве и времени (Millennium Ecosystem Assessment, 2005c). Этот пробел, безусловно, необходимо заполнить, и Рабочая группа приводит веские доводы в сценариях для учреждений, которые в настоящее время сосредоточены исключительно на экономических и социальных проблемах, чтобы включить экологические проблемы в различных региональных и глобальных масштабах пространства и времени.

Учитывая тот факт, что именно экосистемы являются той самой причиной, по которой рабочая группа разработала сценарии в первую очередь, столь же странно, что мы не видим упоминания о каком-либо конкретном виде или каких-либо особенно содержательных дискуссий о каком-либо конкретном биоме с точки зрения его нечеловеческой природы. элементы. Когда конкретная экосистема упоминается , она рассказывается исключительно с точки зрения человеческих интересов. Одним из таких примеров является включение Африки к югу от Сахары.Включенный в сценарий Глобальной оркестровки, мы узнаем, как лица, принимающие решения, в первую очередь управляющие оркестровкой этого международного сообщества, упускают из виду местное и сельское население и их средства к существованию. Правительство лесных заповедников «в Ганских лесах Верхней Гвинеи эффективно вытесняет десятки тысяч фермеров акан, которые зависят от подсечно-огневого земледелия для своего существования» (Millennium Ecosystem Assessment, 2005c). Это перемещение, в свою очередь, приводит к усилению сельскохозяйственного давления на незащищенные участки леса и к разочарованию со стороны сельских бедных общин, которые впоследствии отключаются от национальных органов и руководства, потому что их не просят участвовать в принятии решений. обработать.Это, безусловно, важное потенциальное развитие, которое может развернуться в мире, где глобальные тела правят за счет локальных регионов, но, тем не менее, оно не учитывает специфический характер взаимодействия флоры и фауны в самой экосистеме. Опять же, странно, что отчет, стремящийся сделать экосистемы центральными для человеческого существования, постоянно маргинализирует эти системы, чтобы сосредоточиться исключительно на антропоцентрических потребностях. Должны ли мы предполагать, что только человеческий вид обладает способностью развиваться по-другому, то есть что только у людей есть будущее в смысле изменения, воплощенного в этом слове?

Это отсутствие заботы о воображении различных форм человеческой субъективности приводит меня к проблемному отношению, которое МА занимает к (самой) человеческой деятельности рассказывания историй, и обратно к качественному/количественному контрапункту, который я сфокусировал в своем открытии.Рабочая группа явно верит в фундаментальное различие между качественными/нарративными/словами и количественным математическим моделированием/числовыми регистрами построения будущего сценария. Как и любой хороший писатель, который тщательно исследует историю своей темы, просматривает груды «данных», готовясь представить мир для своих персонажей, который тщательно обдумывает, как ее персонажи будут противостоять и, надеюсь, преодолевать эти очень реальные контекстуальные барьеры. существования — авторы Рабочей группы старательно включают огромное количество цифр, графиков, данных и результатов моделирования, которые имеют решающее значение для рассказа истории, достойной нашего внимания.Тем не менее, характеристика «нарратива», как мы видели выше, кажется ограниченной с точки зрения его отношения к человеческому потенциалу творчества. Как упоминалось выше, в разделе «предыстория» МА нам напоминают, что нарратив рассматривается как сила, которую необходимо сдерживать эмпирическими данными. Я хотел бы побеспокоить это, казалось бы, логичное представление повествования.

Нарратив в гуманитарных и социальных науках не является легко определяемой концепцией.Как утверждает литературный критик Дж. Хиллис Миллер, нарратив вездесущ и проявляется в различных формах: «Будучи взрослыми, мы целыми днями слышим, читаем, видим и рассказываем истории — например, в газете, по телевидению, во время встреч. с коллегами или членами семьи. В непрерывной безмолвной внутренней деятельности мы целыми днями рассказываем себе истории. Шутки – это форма повествования. Другое дело — реклама: «Используйте этот продукт, и тогда вы почувствуете себя намного лучше». Ночью мы спим, и наше бессознательное рассказывает нам во сне еще больше историй, часто чрезвычайно странных» (Miller, 1995).Рассказывание историй может быть непрерывным и активным в нескольких местах, но , почему рассказывание историй в кажется настолько онтологически важным, не так просто ответить на вопрос: «каким психологическим или социальным функциям служат истории? Только зачем нам истории?» (Миллер, 1995). Как указывает Миллер, существует невероятно разнообразный набор теорий о нарративе, и этот очень важный факт свидетельствует о том, что к нарративу нельзя относиться легкомысленно. К сожалению, давление современного существования имеет тенденцию выталкивать наше осознание нарратива за рамки нашей повседневной сложной жизни.Социальное неравенство, экономические требования, политическое насилие, а теперь еще и разрушение окружающей среды и изменение климата, казалось бы, требуют, чтобы в центре нашего внимания была «реальность», а не рассказывание историй. Императив ОЭ уделять больше внимания созданию прагматичных, правдоподобных реалий будущего, а не необдуманным спекуляциям, таким образом, является симптомом наших экологически неспокойных времен. Такое требование является силой, которая, несомненно, должна воздействовать на онтологическую сущность творческого нарративного события, направляя воображение к более утилитарным целям.

Это давление, без сомнения, определяет понимание Рабочей группой «нарратива». Повествование МА о потенциальных сценариях будущего стремится поставить безопасную и стабильную (устойчивую) человеческую культурную и технологическую архитектуру поверх изменчивости (политической и экологической) жизни. Это благородное дело. Но в этом же и заключается одна из центральных онтологических и этических дилемм, характерных для антропоцена. 6 Как было широко и подробно задокументировано в течение более чем трех десятилетий, антропогенное геологическое воздействие на экосистемы планеты находится в процессе повышения экологической и человеческой незащищенности — с точки зрения продовольственной и водной безопасности, деградации среды обитания, сокращение численности и исчезновение видов, ослабление устойчивости биома, увеличение количества осадков и наводнений, усиление засухи — список продолжает увеличиваться (Оценка экосистем на пороге тысячелетия, 2005 г.; МГЭИК, 2007 г.; МГЭИК, 2014 г.).Масштабы этой незащищенности беспрецедентны, поднимая вопросы человеческой и экологической безопасности до уровня экзистенциальной угрозы. Однако практически за тот же период концепция «безопасности» стала не только одной из основных практик современной политики, но и «все более доминирующей парадигмой управления в современной политике» (Agamben, 2005). Черты, ранее характеризовавшие тоталитарные формы правления — централизация власти в исполнительных ветвях, объявление «чрезвычайного положения» и военного положения, лишение граждан прав и военные меры, необходимые для навязывания постоянного роста ВВП ограниченным экосистемам, — изменились. стали все чаще появляться в демократических обществах и становиться определяющим элементом гражданского общества (Agamben, 2005; Pease, 2009).Этот рост культурных нарративов и политических парадигм, ориентированных на безопасность, рискует перевесить альтернативные нарративные потенциалы устойчивости и человеческой субъективности, о которых я упоминал выше.

Например, после публикации ОЭ и Четвертого оценочного доклада МГЭИК Министерство обороны США и институты безопасности, такие как Центр новой американской безопасности, стали более открыто говорить об изменении климата и других экологических сводки коллоквиумов, выпуск обширных отчетов и стратегических коммуникационных планов, а также публикация томов для координации «осведомленности общественности» об угрозах антропоцена (Marzec, 2015).Национальные и международные министерства обороны и советы безопасности начали прямо характеризовать изменение климата как «умножитель угрозы», способный вызвать более масштабную войну с терроризмом (Burke and Partthemore, 2009), а военные и службы безопасности устроили военные игры по изменению климата ( Толлефсон, 2008; Атон, 2017). Эти усилия, безусловно, обосновывают антропоценовые угрозы, но они также пытаются направить гражданское общество к особо милитаризованному пониманию «адаптации» (которая определяется как подготовка к грядущим неизбежным экологическим катастрофам), а не «смягчения последствий» (уменьшение или предотвращение экологическое разрушение).Например, во время «Военной игры по изменению климата», организованной Центром новой американской безопасности в 2008 году, игроки изначально сосредоточили свои усилия на проблемах устойчивого развития. Однако участники в конце концов пришли к выводу, что усилия по обеспечению устойчивости тактически неприятны и отвлекают от национальной и международной безопасности: «Сосредоточение внимания на сокращении выбросов парниковых газов рискует вытеснить всестороннее рассмотрение проблем адаптации» (Burke and Parthemore, 2009). Из-за этого беспокойства игроки сосредоточили свое внимание на мерах безопасности, а не на устойчивости.Такая концентрация на национальной и международной безопасности, конечно, неудивительна, учитывая источник. Тем не менее, эта сосредоточенность на милитаризованной концепции безопасности теперь является частью более широкого культурного импульса, который стал центральным и определяющим экзистенциальным компонентом человеческой жизни (Bonneuil and Fressoz, 2016). Если усилия, сосредоточенные на воображении новых форм устойчивости, представляют угрозу требованиям безопасности, можно представить, как творческая работа по созданию спекулятивного устойчивого будущего может в конечном итоге рассматриваться как потенциальный риск для безопасности.Безопасность, безусловно, имеет первостепенное значение, если мы хотим противостоять растущей утрате мест обитания и биоразнообразия и решать не менее серьезные проблемы продовольственной и водной безопасности. Тем не менее, как и в случае с нарративом, существуют разные формы безопасности и разные онтологические причины для представления о том, как будут развертываться и развертываться системы безопасности.

Эти более крупные онтологические особенности безопасности составляют часть фона сценариев MA.Это особенно заметно в сценарии Order from Strength, где основное внимание уделяется трайбализму и региональным конфликтам. Но, как Рабочая группа также сообщает нам в своих пояснительных разделах, своего рода построение сценариев, влияющих на концепции безопасности в МА, имеет свою историю в дисциплине «исследований будущего», как это было задумано в первые десятилетия холодной войны США. Министерство обороны и оборонные подрядчики, такие как корпорация RAND: «Анализ сценариев берет свое начало в учениях по стратегическому планированию и военных играх, разработанных в первые годы холодной войны» (Raskin, 2005).Нам также говорят, что «прямым предшественником» сценариев является «вторая волна» в разработке сценариев, которая началась с корпоративного планирования сценариев в 1970-х годах (Raskin, 2005). Тот факт, что военная и корпоративная генеалогия формируют заявленное происхождение сценариев, ни в коем случае не является второстепенным. Корпоративная «вторая волна» будущих исследований, установленная в этой политико-научной генеалогии, представлена ​​как крупное развитие, новое эпистемологическое направление. Однако корпоративная и военная сферы были переплетены с самого начала капитализма, как обстоятельно показывает Мануэль Де Ланда в своей книге «Война года в эпоху интеллектуальных машин » (1991).То есть, говоря онтологически, они одной сущности. На самом деле, как сам Фредерик Тейлор указывал более ста лет назад в своей основополагающей книге «Принципы научного управления » (1911 г.), толчком для его великой идеи сборочного конвейера послужило наблюдение за военными лагерями, их маневрами и учениями. Это общее распространение милитаризованного внимания к безопасности в более широком культурном спектре — то, что я в другом месте назвал «экологичностью», — постепенно развивалось на протяжении девятнадцатого и двадцатого веков (Marzec, 2015). 7 Мы должны спросить себя, что может произойти, если безопасность станет фундаментальной основой повествования или даже доминирующей чертой самого воображения.

Элементы такого рода военизированной безопасности наиболее ярко проявляются в сценарии MA «Приказ силы», но и в других сценариях в той или иной форме делается аналогичный акцент на безопасности. В TechnoGarden принуждение глобальной экономики к устойчивым технологиям приводит к приходу к власти ряда «неизбранных технократов», связанных с корпорациями и неправительственными организациями (Millennium Ecosystem Assessment, 2005c).«Усиление соблюдения технократами глобальных экологических и гражданских норм привело к серии интенсивных войн между полицией и национальным строительством» (Millennium Ecosystem Assessment, 2005c). Экологические проекты «поддерживаются военной силой», и для того, чтобы вся глобальная система функционировала должным образом, такого рода меры безопасности подчеркиваются как основная необходимость человеческого существования (Millennium Ecosystem Assessment, 2005c). «Глобальная оркестровка» делает аналогичные акценты на национальной и международной безопасности, когда решения, навязанные крупномасштабными технологическими решениями и глобальными экономическими порядками, порождают непредвиденные «экологические сюрпризы» в виде инфекционных заболеваний, коллапса рыбных запасов, истощения водоемов и т. д.(Оценка экосистем на пороге тысячелетия, 2005c). Жесткий контроль, необходимый для Глобальной Оркестрации, не может справиться с «кросс-масштабными экологическими обратными связями», возникающими в такой жестко секьюритизированной системе (Millennium Ecosystem Assessment, 2005c). Даже сценарий «Адаптирующая мозаика» — наиболее гибкая система — предполагает неизбежный военный конфликт в определенных регионах мира.

Как мы видели, рабочая группа МА основывает «исследования будущего» как дисциплину на милитаризованном менталитете холодной войны («первая волна») и раннего неолиберального развития («вторая волна»).Но существует гораздо более широкий в культурном отношении и исторически обширный литературный канон произведений, ориентированных на будущее, который, к сожалению, отсутствует в этих дисциплинарных рамках. Например, нет упоминания об утопических исследованиях, дисциплине, состоящей из работ, пытающихся построить устойчивые и эгалитарные формы существования. Эти произведения являются частью длинного литературного канона будущих исследований: «Республика » Платона , «Райский остров» Евгемера в «Священная история» , женский утопический город Кристины де Пизан в «Книга города дам» , «Утопия » Томаса Мора , Томмазо Кампенелла Город Солнца , Фрэнсис Бэкон Новая Атлантида , Рабле Гаргантюа и Пантагрюэль , У. «Хрустальный век » Х. Хадсона, «Оглядываясь назад» Эдварда Беллами, «Новости из ниоткуда» Уильяма Морриса, «Уолден Два » Б. Ф. Скиннера, «Экотопия » Эрнеста Калленбаха и десятки других. Вместо этого авторы устанавливают рамки нарративов, в которых большее значение придается национальной безопасности и экономике.

Как я вкратце упомянул выше, нарратив в гуманитарных науках понимается как включающий акты как отдачи приказа, так и приказа (Miller, 1995).Как утверждал Терри Иглтон, нарратив — и литература в целом — является частью политического «способа, которым мы организуем нашу совместную социальную жизнь, и связанных с этим властных отношений» (Eagleton, 1996). В этом смысле сторителлинг помогает удовлетворить потребность в обеспечении иногда длительной, а иногда и мгновенной формы стабильности. Мы также можем понимать эти формы стабильности с точки зрения поддержания здорового и продуктивного чувства безопасности. Безусловно, есть много нарративов, которые делают этот вид здоровой секьюритизации своей основной директивой.Другие типы нарративов, однако, предупреждают нас о том, что может произойти, когда безопасность становится преобладающей политической парадигмой и существенным обоснованием существования во всем его мятежном многообразии. Почти все работы, которые я перечислил чуть выше, попали бы в эту категорию. Они раскрывают ограничения и зачастую жестокость созданных человеком систем безопасности. Как таковые они служат дверью к онтологическому, т. е. к осознанию и последующей критике отличительного способа существования вещей.Это позволяет нам переосмыслить концепции, созданные людьми, ценности, которых они придерживаются, и поведение, которое они приняли (онтика). В спекулятивных фикциях нарратива люди учатся, возвращаясь к Миллеру, «экспериментировать с возможными я» (Miller, 1995). Мы узнаем, какие места были предоставлены людям для занятия — то, что теоретики-гуманисты называют «позициями субъекта» (Hall, 1997). Человеческий субъект никогда не бывает метафизически свободным, бескорыстно мыслящим, бесконтекстным существом (несмотря на тот факт, что некоторые на протяжении истории пытались конституировать людей именно таким образом — колониальный землевладелец, претендующий на врожденное превосходство над своим колонизированным субъектом, один пример).Культурные и исторические контексты создают для нас субъектные позиции. Эти позиции — не просто второстепенные конструкции, скрывающие более фундаментальную Самость. Это позиции, в которых и из которых мы живем, думаем, надеемся и мечтаем. Это означает, что эти позиции влияют, а иногда даже управляют тем, как мы думаем и действуем, и как мы развиваем нашу индивидуализированную (и часто производимую массово) идентификацию с миром. Поскольку эти позиции являются конструкциями , это означает, что они не являются абсолютно и бесспорно обязывающими, как в случае любого промышленного объекта.В этих позициях люди становятся тем, что они есть, но сущность того, что значит быть человеком, меняется от одной исторической эпохи к другой, от одной культуры к другой. Самые проницательные спекулятивные нарративы открывают возможности для фундаментального переосмысления природы мира и субъектных позиций, данных людям. Такое понимание требует, чтобы мы отпустили те вещи, которые заставляют нас чувствовать себя в большей безопасности.

Нас не должно удивлять, что экологические проблемы остались за горизонтом этих первых двух волн построения сценариев, определенных Рабочей группой ОЭ.Ибо введение окружающей среды в современные культурные и политические системы человеческой власти — это мятежный акт, требующий фундаментальной трансформации того, как люди определяют свое ощущение человеческого существования в мире. Философ, политический и литературный критик Жак Рансьер предлагает нам удачное описание своего рода бунтарских нарративов, которые отказываются воспроизводить позиции субъекта, к которым мы привыкли безоговорочно приниматься. Он характеризует подлинно этический и политический акт как повествование, в котором появляется «часть, не являющаяся частью» (Rancière, 1999).«Часть без части» — это не просто уже существующий маргинальный электорат. Эта фраза называет потенциальную форму субъективности, которая имеет и еще существования — именно из-за дисбаланса сил в социально-политической системе. Кроме того, часть без части начинает проявляться в спекулятивном пространстве нарратива и через него, что может быть актом речи или актом письма. В этом смысле потенциал трансформации впервые стал возможен в сфере повествования .Часть без части, по словам Рансьера, «называет фундаментальную ошибку» в своем акте привлечения внимания к дисбалансу власти. Важным выводом из этого является то, что нарратив — вымысел — называет пространство, в котором и через которое мы можем начать процесс создания другой эмпирической реальности. Сценарии МА отчасти предлагают такого рода онтологическую критику существующих систем, а они, в свою очередь, предлагают будущие системы, обладающие потенциалом для реорганизации состояния человеческого и нечеловеческого существования.Но пренебрегая природой человеческой субъективности и выдвигая на передний план потребность в безопасности без онтологического осмысления самой сути безопасности в эпоху антропоцена, они в конечном итоге укрепляют нынешние неолиберальные субъектные формации и структуры. Только через создание новых форм субъективности мы можем генерировать новые концепции политики, социальности и этики. Такие новые формы, в свою очередь, принесли бы с собой новые контексты для воссоздания моделей поведения и ценностей, говорящих о том огромном, но все более обедняющемся экологическом элементе существования, которому доминировавшие в глобальном масштабе человеческие общества и их многочисленные механизмы экономического и политического развития до сих пор мало или почти не давали. нет части.

Подробнее см.: Josephine Axt, M.L. Corn, M. Lee и D.M. Акерман, Биотехнология, коренные народы и права интеллектуальной собственности . Исследовательская служба Конгресса, Библиотека Конгресса, Вашингтон, округ Колумбия, 1993 г.; Дина Шелтон, «Честная игра, справедливая оплата: законы о сохранении традиционных знаний и биологических ресурсов». Отчет об исследованиях WWF, май 1995 г.; Наша земля — наша жизнь: права на землю, прошлое, настоящее и будущее .Галарруи Юнупингу, изд. Брисбен: Издательство Квинслендского университета, 1997.

.

Коренные народы вызываются только 5 раз в ходе сценариев, и в каждом случае они вводятся не по причинам изучения альтернативных нарративов устойчивости, а для того, чтобы служить примером негативного эффекта системного давления сценария. Три из этих упоминаний встречаются в сценарии TechnoGarden, который предусматривает устранение «огромного числа» коренных народов.Четвертое упоминание встречается в «Адаптации мозаики», где усилия коренных народов превращаются в «трагедии» из-за отсутствия крупномасштабного национального влияния. Последнее является незначительной ссылкой на потерю юридической силы для коренных народов в порядке от силы.

Есть некоторые признаки того, что Фукуяма может сомневаться в своих первоначальных тезисах, изложенных в Конец истории и последний человек .Интервью Washington Post от 2017 года предполагает что-то в этом роде. См. Ишаан Тарур: «Человек, провозгласивший «конец истории», опасается за будущее демократии». The Washington Post , 9 февраля 2017 г. Я благодарен Маньяне Милкорейт за то, что она привлекла мое внимание к этой статье.

Онтологическое рассмотрение историй коренных народов см. в Watts, 2013.

Я использую термин «антропоцен» здесь просто как предполагаемую эпоху в том смысле, который был введен Полом Крутценом и развит Дипешем Чакрабарти для характеристики трансформации человеческого вида в «геологическую силу», влияющую на окружающую среду в планетарном масштабе.См. Crutzen 2002 и Chakrabarty 2012. Сам термин подвергся критике со стороны ряда ученых, в первую очередь Эйлин Крист, Донны Харауэй, Джейсона Мура и Кристиана Паренти. См. Мур, 2016.

Я использую этот термин совсем не так, как Арун Агравал разработал концепцию «окружающей среды». См. Агравал, 2005.

Политика и процедуры в отношении дозорных событий

В 1996 г. Совместная комиссия приняла официальную Политику в отношении дозорных событий, чтобы помочь больницам, столкнувшимся с серьезными неблагоприятными событиями, повысить безопасность и извлечь уроки из этих дозорных событий.Тщательное расследование и анализ Случаев, связанных с безопасностью пациента (событий, не связанных в первую очередь с естественным течением болезни пациента или основным состоянием), а также оценка корректирующих действий необходимы для снижения риска и предотвращения причинения вреда пациенту. Политика в отношении событий Sentinel объясняет, как Совместная комиссия сотрудничает с организациями здравоохранения, которые столкнулись с серьезным событием, связанным с безопасностью пациентов, для защиты пациента, улучшения систем и предотвращения дальнейшего вреда.

Сигнальное событие — это событие безопасности пациента, которое достигает пациента и приводит к любому из следующих событий:

Событие также может считаться дозорным событием, даже если его результатом не была смерть, необратимые повреждения, тяжелые временные повреждения и вмешательство, необходимое для поддержания жизни.См. список ниже.

Такие события называются «дозорными», потому что они сигнализируют о необходимости немедленного расследования и реагирования. Каждой аккредитованной организации настоятельно рекомендуется, но не требуется, сообщать о дозорных событиях в Совместную комиссию. Организации получают следующие преимущества от самостоятельной отчетности:

  • Совместная комиссия может предоставить поддержку и экспертные знания во время проверки дозорного события.

  • Возможность сотрудничать с экспертом по безопасности пациентов в Отделе по дозорным событиям Объединенной комиссии Управления качества и безопасности пациентов.

  • Отчетность повышает уровень прозрачности в организации и способствует культуре безопасности.

  • Отчетность

    доводит до сведения общественности сообщение организации здравоохранения о том, что она делает все возможное и упреждающе для предотвращения подобных событий, связанных с безопасностью пациентов, в будущем.

Кроме того, сообщение о событии позволяет добавить «извлеченные уроки» из события в базу данных дозорных событий Совместной комиссии, тем самым способствуя повышению общей осведомленности о дозорных событиях и снижению риска таких событий.

Политика и процедуры проведения мероприятий Sentinel по программе аккредитации и/или сертификации: 

15 основных проблем, с которыми сталкиваются организаторы мероприятий (и решения!)

Быть очень оптимистичным по отношению к событиям — это хорошо — на самом деле, 67% миллениалов и 66% представителей поколения Z таковы! Но когда дело доходит до планирования мероприятий, ваша задача состоит в том, чтобы убедиться, что все идет гладко, поэтому обзор этих наиболее распространенных проблем планирования мероприятий и их решений поможет вам быть в большей безопасности, чем сожалеть.

Узнайте о наиболее распространенных проблемах и проблемах, на которые стоит обратить внимание организатору мероприятий:

1.Нехватка персонала на мероприятии — распространенная проблема.

Нехватка кадров — серьезная проблема для мероприятий. И часто это не становится очевидным до того дня, когда уже слишком поздно что-либо предпринимать. Так что профилактика, безусловно, важна.

Недавнее исследование, проведенное специалистами по HR-аналитике, показало, что лучший способ определить оптимальную численность персонала для любой организации или, в данном случае, мероприятия:

  • Поговорите с ключевыми заинтересованными сторонами и получите подробную информацию о том, в чем им нужна помощь, в течение дня (дней) мероприятия.
  • Написание каждого желаемого названия роли или функции вместе с подробным описанием того, за что они будут нести ответственность.
  • Подсчитайте, сколько сотрудников вам понадобится, если придут только 25% ваших посетителей. Затем подсчитайте, сколько сотрудников вам понадобится, если 75% ваших посетителей придут. Наймите среднее количество людей и подумайте о том, чтобы иметь нескольких на связи.

2. Перерасход средств на мероприятии — это большая проблема.

Согласно этому недавнему опросу, составление бюджета – самый сложный аспект планирования мероприятий.Так что, если это то, что вас беспокоит, вы, конечно, не одиноки.

Поскольку в процессе планирования мероприятия меняется или неожиданно возникает множество мелочей, лучше всего сохранять скромные расходы. Сравните предыдущие бюджеты мероприятий и оцените, что вы можете сделать лучше на этот раз. Или, если вы новичок в планировании мероприятий, не бойтесь попросить показать данные с предыдущих собраний компании, чтобы вы могли понять, сколько они обычно тратят на каждое мероприятие.

Также важно убедиться, что вы оцениваете все запросы на изменения, связанные с мероприятиями, с точки зрения того, как эти изменения повлияют на ваш бюджет и сроки.Даже если человек, делающий запрос, находится выше вас, любезно сообщите ему, что событие в целом будет затронуто, и вам нужно будет перепроверить все цифры на всякий случай.

3. Отсутствие приоритетов в сетевой деятельности — это проблема, связанная с событием.

Для бизнес-профессионалов общение в сети является основным фактором при принятии решения о том, посещать мероприятие или нет. 41% активных сетевиков не имеют времени на общение в сети так часто, как им хотелось бы, а 67% соискателей начального уровня говорят, что общение лицом к лицу более ценно, чем любой другой метод.Все это просто показывает, насколько важным на самом деле является этот компонент события.

Независимо от того, что вы запланировали до сих пор, есть много возможностей для сетевой деятельности. Независимо от вашего бюджета, вы можете воплотить некоторые из этих замечательных идей:

  • Организованный счастливый час в конце дня программирования.
  • Скоростные сетевые станции за обедом.
  • Комнаты отдыха, где посетители могут отдохнуть между мероприятиями и познакомиться с новыми людьми.

4. Если вы забываете отслеживать изменения расписания или бюджета, это проблема, которую можно избежать.

Вы должны чувствовать себя вправе одобрять или отклонять непредвиденные изменения расписания или бюджета по мере их появления. И когда вы что-то утверждаете, вы должны убедиться, что вы выполняете и соответствующим образом корректируете свои планы.

Это означает взаимодействие с ключевыми заинтересованными сторонами, поддержание связи на одной централизованной и доступной платформе и организацию заметок о проекте вашего мероприятия таким образом, чтобы ничего не ускользнуло из виду.

Эксперты также предлагают использовать формальный процесс отслеживания изменений при планировании мероприятий. Наличие воспроизводимой системы позволяет вашим клиентам или компании знать, что независимо от того, что происходит, они всегда будут в курсе, и они могут быть уверены, что вы убедитесь, что все сработает.

5. Отсутствие запасного плана на случай плохой погоды является проблемой события.

Экстремальные погодные явления (например, град, торнадо и ураганы) за последнее десятилетие участились как по частоте, так и по интенсивности.Вот почему при подготовке к мероприятию стоит проявлять осторожность, даже если оно проходит в красивой солнечной Южной Калифорнии в лучшие погодные месяцы.

Если вам нужно защитить место проведения свадьбы под открытым небом от стихийных бедствий или придумать план на случай, если корпоративная коктейльная вечеринка в саду пойдет под дождь, вот несколько советов, как справиться с неожиданным появлением матушки-природы:

  • Всегда помните о втором месте проведения. Тот, который позволяет бронировать в последнюю минуту, находится поблизости и не пользуется большим спросом в это время года.
  • Рассмотрите возможность приобретения страховки на случай переноса или отмены мероприятия. Это особенно важно, если на вашем мероприятии продаются билеты, потому что гостям необходимо будет вернуть деньги.
  • Создавайте планы мероприятий B, C, D и E. Скрестим пальцы, им даже не нужно выходить на свет. Но наличие их в заднем кармане поможет вам быстро соображать и показать всем, что вы супергерой по планированию мероприятий, о котором мы уже знаем.

6.Пренебрежение оставлять пространство для маневра на временной шкале вашего мероприятия — это проблема.

Нехватка времени является серьезной проблемой планирования мероприятия. Но хорошая новость в том, что этого можно полностью избежать. Ошибка планирования — психологический феномен, впервые описанный экспертами Дэниелом Канеманом и Амосом Тверски в 1979 году, — это склонность людей забывать о том, что что-то может пойти не так, особенно когда речь идет о проектах, требующих множества разных шагов и людей (гм, вроде событий).

Боритесь с желанием экономить свое время, научившись понимать, какие задачи являются важными, но не срочными.Вы также можете подготовиться к ошибкам планирования в других людях, дав им строгие сроки и более чем достаточный прогресс до того, как их часть процесса принятия решений или процесса планирования действительно должна быть выполнена.

7. Отсутствие реального опыта работы может стать проблемой на мероприятии.

Это недешевый шанс для начинающих организаторов мероприятий. На самом деле, вооружившись этими знаниями сейчас, вы действительно избавите себя от головной боли в будущем. Потому что давайте смотреть правде в глаза — вы не будете знать, что делать в каждом сценарии.Но вот несколько способов понять это на работе:

  • Имейте доступный ресурс для новостей о планировании мероприятий, тенденций и образования, в котором вы можете быстро найти совет по мере необходимости.
  • Назначьте себе одного или двух неофициальных наставников. Любой, кто имеет опыт планирования мероприятий или умеет импровизировать решения проблем, может очень помочь, когда что-то пойдет не так. Запишите их номер (или адрес электронной почты) на быстрый набор и заранее спросите их разрешения.
  • Проведите время между мероприятиями, приобретая или обновляя свои сертификаты по планированию мероприятий, чтобы быть максимально подготовленными к началу следующего проекта.

8. Присутствие большего количества гостей или участников, чем вы планировали, является ошибкой мероприятия.

Ваше мероприятие заполнено – пора праздновать! Но не раньше, чем вы выясните, как, черт возьми, вы собираетесь всех организовать/кормить/рассадить. Это в лучшем случае практически никто не планирует (кроме вас сейчас), но это происходит.

Независимо от того, распродаете ли вы билеты или заполняете регистрацию заранее, эксперты отмечают, что существует множество способов предвидеть эту серьезную проблему планирования мероприятия, если вы знаете, на что обращать внимание.

Внимательно следите за форумами мероприятий, упоминаниями в социальных сетях и действиями в приложении для мероприятий. Если количество людей, участвующих в вашем мероприятии на этих платформах, превышает количество людей, которых вы ожидали посетить, обязательно скорректируйте свои планы соответствующим образом.

9. Отсутствие структурированного процесса управления событиями может стать проблемой.

Оптимизированный рабочий процесс, централизованная связь и масштабируемый процесс планирования мероприятий — это не просто модные словечки. Это инструменты, необходимые для максимальной продуктивности и, в конечном счете, для успеха вашего мероприятия. Хорошая новость заключается в том, что существует множество бесплатных программ и инструментов для планирования мероприятий.

10. Забыть составить план взаимодействия с посетителями до, во время и после мероприятия — это проблема.

Итак, вы запланировали идеальное мероприятие. Замечательно! Но как насчет ваших посетителей? Если они не заняты, то какой в ​​этом смысл?

Существует 4 основных типа взаимодействия с посетителями, которые необходимо затронуть для любого мероприятия, которое вы планируете:

  • Контент, связанный с выставками, спикерами и другими событиями.
  • Связи между посетителями и спонсорами по-настоящему творческими и аутентичными способами.
  • Общение по логистике мероприятия и любые возникающие вопросы/комментарии.
  • Взаимодействие между участниками через онлайн-форумы, личное общение и управление сообществом.

11. Не оставлять времени на организацию или демонтаж мероприятия практически невозможно — это ошибка проведения мероприятия.

Посетители будут благодарны за то, что они прибудут на мероприятие, которое будет полностью готово для них, поэтому крайне важно, чтобы вы, как организатор мероприятия, уделяли своим партнерам достаточно времени — или столько времени, сколько позволяет место проведения, — чтобы обо всем позаботиться. из. Вы можете даже узнать, что в этом месте проведения есть еще одно мероприятие до или после вашего, которое будет определять ваши успехи или выходы.

Подобные детали могут ускользнуть от внимания любого сложного процесса планирования мероприятия, но обдумывание заранее и общение со всеми, от менеджера по связям с местом проведения до вашей кейтеринговой компании и вашей команды вывесок, действительно помогут убедиться, что мероприятие начинается и заканчивается на высокой ноте.

12. Пренебрежение изучением того, какие другие местные события или законы могут повлиять на ваше собрание, является проблемой.

Концерт под открытым небом на лужайке музея – это незабываемое впечатление для посетителей.Если, конечно, они не окажутся на маршруте парада, где негде припарковаться или, если они доберутся до места, не смогут комфортно послушать музыку. Это преувеличенный пример, который, надеюсь, объясняет суть: вы не можете предотвратить влияние внешних сил на ваше мероприятие, но вы, безусловно, можете спланировать их.

Вот несколько способов исследовать местные события, на которые стоит обратить внимание:

  • Календари событий Google для региона, города и района вашего мероприятия.
  • Спросите у менеджеров, есть ли какие-либо законы о зонировании, которые вы должны соблюдать.
  • Свяжитесь с местными организаторами мероприятий через социальные сети и узнайте, есть ли у них какие-либо военные истории, которыми они хотели бы поделиться об определенных областях или местах проведения мероприятий.

13. Отсутствие сбора ценных данных о событии может привести к сбою события.

ROI вашего мероприятия — один из самых важных, практичных и эффективных способов измерения успеха мероприятия. Без out вы, безусловно, можете собрать воедино другие ключевые показатели эффективности событий, чтобы выяснить, что было хорошо, а что нет.Но в любом случае вам нужны данные для просмотра всей этой информации.

И это важно не только для вашей команды. Прошлые и будущие спонсоры также должны будут видеть эти цифры. Кроме того, нет реального способа определить, что вы можете улучшить в будущем, не имея четкого отчета о том, насколько эффективным было каждое мероприятие.

14. Чрезмерное программирование вашего расписания событий является проблемой.

Каким бы крутым ни был ваш график, каждому нужно время для отдыха здесь и там.Убедитесь, что в расписании вашего мероприятия достаточно следующего:

  • Определенные бесплатные периоды, когда не проводятся мероприятия, мероприятия или основные доклады.
  • Четко сформулированная или предлагаемая программа обеденных перерывов.
  • Время простоя, которое полностью отделено от сетевых мероприятий, где ваши более замкнутые гости могут перевести дух.
  • Заблаговременное подведение итогов в конце многодневных мероприятий, чтобы участники не перегорели.

15. Неподтверждение ваших поставщиков может быть ошибкой события.

Эта ошибка планирования событий встречается чаще, чем вы думаете. В дополнение к оплате вашего депозита, отправке их по соответствующим цепочкам электронной почты и подтверждению времени установки места проведения, вам необходимо получить одно окончательное подтверждение в течение 48 часов после мероприятия.

Никогда не знаешь, что может всплыть — будь то личные семейные дела или недобросовестный поставщик, письменное подтверждение от всех партнеров — отличный способ предотвратить недоразумения. Кроме того, если что-то пойдет не так, ваша страховая компания может использовать это задокументированное сообщение, чтобы убедить их, что вы сделали все, что в ваших силах, чтобы все заработало.

Теперь вы готовы к преодолению общих проблем планирования мероприятий!

Хорошей новостью является то, что есть одна общая нить, связывающая все эти основные проблемы планирования мероприятий; их полностью можно избежать. Независимо от того, используете ли вы решения, упомянутые выше, или придумываете свои собственные, ваше мероприятие обязательно выиграет от этих новых знаний!

Для получения дополнительных советов по планированию мероприятий ознакомьтесь с этими замечательными материалами:

Ищете дополнительную информацию о проблемах планирования мероприятий?

С какими трудностями сталкиваются организаторы мероприятий в своей работе?

Нехватка персонала, перерасход средств, отсутствие приоритетов в сети, забывание отслеживать изменения, отсутствие плана резервного копирования погоды, пренебрежение временной шкалой, отсутствие опыта, слишком много гостей, отсутствие процесса управления мероприятием, игнорирование участия посетителей, слишком мало времени для настройки и разбивки, не исследуя другие события и законы, не собирая данные, не перепрограммируя, не подтверждая поставщиков.

Является ли планирование мероприятий растущей отраслью?

Ожидается, что количество рабочих мест по планированию мероприятий вырастет на 7% в период с 2018 по 2028 год по сравнению с 5% для всех должностей, что указывает на рост отрасли.

Что вы подразумеваете под управлением событиями?

Применение набора методов управления проектами к разработке и проведению мероприятий.

Системный подход устойчивости к Covid-19 и будущим потрясениям

Новые подходы к экономическим вызовам (NAEC)

Резюме

Политики часто имеют линейный взгляд на мир, когда нажатие на правильные рычаги приведет к развитию экономики и общества вернуться на правильный путь после потрясений и кризисов.В этой статье утверждается, что такой подход игнорирует то, как системы взаимодействуют и как их системные свойства формируют это взаимодействие, что приводит к чрезмерному акценту на ограниченном наборе характеристик, особенно на эффективности. Акцент на эффективности в работе, управлении и результатах различных экономических и социальных систем был не сознательным коллективным выбором, а скорее реакцией всей системы на стимулы, с которыми сталкиваются отдельные компоненты. Это привело к тому, что большая часть мира стала полагаться на сложные, вложенные и взаимосвязанные системы для доставки товаров и услуг по всему миру.Хотя этот подход имеет много преимуществ, кризис Covid-19 показывает, как он также снизил устойчивость ключевых систем к потрясениям и позволил сбоям перейти от одной системы к другой. Предлагается системный подход, основанный на устойчивости, для подготовки социально-экономических систем к будущим потрясениям.

«Все, что мы делаем до пандемии, покажется паникерством, все, что мы делаем после пандемии, покажется неадекватным». Министр здравоохранения и социальных служб США Майкл Ливитт в 2007 г.