Самый лучший сценарий – Лауреаты «Оскара» за лучший оригинальный сценарий — списки лучших фильмов — КиноПоиск

Лауреаты «Оскара» за лучший оригинальный сценарий — списки лучших фильмов — КиноПоиск

показывать: 10255075100200

1—25 из 102

1

США, реж. Питер Фаррелли
(комедия, драма, биография) Вигго Мортенсен, Махершала Али, …

8.326 (130 254)

IMDb: 8.20214 299

2

Япония… реж. Джордан Пил
(ужасы, детектив, триллер) Дэниэл Калуя, Эллисон Уильямс, …

7.038 (90 389)

IMDb: 7.70405 364

3

США, реж. Кеннет Лонерган
(драма) Кейси Аффлек, Мишель Уильямс, …

7.253 (43 229)

IMDb: 7.80215 595

4

США, реж. Том МакКарти
(драма, криминал, история) Марк Руффало, Майкл Китон, …

7.491 (73 409)

IMDb: 8.10366 896

5

БёрдмэнBirdman or (The Unexpected Virtue of Ignorance) (2014) 119 мин. США,
реж. Алехандро Гонсалес Иньярриту

(драма, комедия) Майкл Китон, Эдвард Нортон, …

7.608 (153 156)

IMDb: 7.70521 260

6

www.kinopoisk.ru

Самый лучший сценарий — Проза. Философия читать онлайн

Семен сидел на балконе и курил.

Осень роняла желтые листья с берез, и они летели мимо балкона, падали на перила и на пол. Семен любил желтые листья. Их цвет напоминал ему золото.

Золотые листья… Будь они настоящим золотом, разве стал бы он гнуть спину на Кашева, этого жалкого неудачника от искусства? Нет, Семен купил бы домик на Гавайях или на Кипре, заперся бы там от мира и в тишине и спокойствии родил бы великий роман. Роман, который потряс бы мир. Но увы, осенние листья не были золотом и практической ценности не имели, поэтому роды откладывались на неопределенное время. Сначала — золото, потом — великие романы.

Семен докурил и выбросил окурок за перила балкона. Все, пора за дело. Пока он тут сидит, сценарий сам собой не напишется.

Семен плотно затворил балконную дверь, чтобы не мешал сквозняк, и уселся за стол. Положив бледные тонкие пальцы на клавиатуру, он закрыл глаза и сосредоточился на предстоящей работе.

Сейчас. Сейчас он откроет глаза, и напишет.

Надо так написать, чтоб Кашев, этот ничтожный человечишка, прочувствовал. Чтоб его проняло. Чтоб душу вынуло. Чтобы ему это снять захотелось.

Надо так написать, чтоб зрителя пот прошиб. Чтобы девочки в кинотеатре пищали и прижимались к мальчикам. Чтоб потом всю ночь спать не могли от страха. Вот как надо написать.

Трудно?

Трудно.

Но ты кто? Семен Мишин. Вот кто.

Сам Семен Мишин. Великий писатель. В будущем, по крайней мере. Будущее еще не знает, что его ждет. Какие потрясения ему Семен Мишин готовит.

Настоящее тоже Семена Мишина не знает, и знать не хочет. Оно ему в лицо смеется и в душу плюет. Тупое настоящее. Ничего, будущее нас рассудит.

А вот и начало для карьеры писателя. Сценарий — это не пустяк. А особенно сценарий фильма ужасов. С такого даже Стивен Кинг не начинал. Стивен Кинг начинал с мелких рассказиков и занудных романчиков. А Семен Мишин уже пишет сценарий. Ну, собирается писать.

Семен открыл глаза и встретился взглядом с головой мумии. Голова на деревянной подставке стояла на полочке справа от монитора и смотрела на Семена уставшими черными глазами.

— Пожелай мне удачи, — сказал Семен голове. Голова не ответила.

Семен глубоко вздохнул и приступил к работе.

«Сцена первая. Египет, 3123 год до н.э.

Узкое извилистое ущелье. Солнце заходит за кромку скал. По дну ущелья проходит пыльная дорога. Вдоль дороги движется караван — пятнадцать или двадцать тяжело груженых верблюдов, которых под уздцы ведут караванщики. Караванщики устали, у них загорелые усталые лица, пот стекает по их лицу и они обтирают его рукавами своих пестрых халатов. Им хочется пить. Наконец караван-баши объявляет привал.

Караванщики начинают разбивать лагерь под отвесной стеной ущелья. Быстро ставят шатры, снимают с верблюжьих горбов огромные тюки.

Мальчишка лет пятнадцати перебегает от одного верблюда к другому — ему хочется размять ноги после неподвижного сидения на верблюде. Вдруг он подпрыгивает — у самых ног его поднимается готовая к броску черная змея. Мальчишка хватает камень, швыряет, но мимо. Змея черной струйкой утекает прочь. Мальчишка, что-то крича, с камнем в руке преследует ее, чтобы добить, но змея исчезает в узкой, не больше верблюжьей головы, неправильной формы дыре под обрывом. Мальчик с опаской заглядывает туда. В дыре темно. Вдруг глаза его расширяются — он увидел что-то. Это что-то быстро приближается…

Караванщики оглядываются на пронзительный крик мальчика — и как раз вовремя, чтобы увидеть фонтан алой крови, брызжущей во все стороны. Совершенно невозможно рассмотреть, что же происходит под обрывом — видны только бьющиеся босые пятки мальчика, поднимающие тучи желтой пыли, и кровь, кровь, кровь!.. Кровь мелкими брызгами усеивает камни и землю на несколько метров вокруг. Через несколько секунд все стихает, пыль рассеивается, и глазам потрясенных караванщиков предстает черное, еще более мрачное, чем прежде, отверстие под обрывом — залитое кровью, которая в лучах заходящего солнца тоже кажется черной. Лица караванщиков искажены ужасом.

Камера медленно поднимается из ущелья, открывая величественный вид — справа, в некотором отдалении, видна блестящая лента Нила, а далеко впереди встают величественные пирамиды. Затемнение».

Семен откинулся на спинку стула. Воображение рисовало в его голове восхитительную в своем величии и мрачной жути картину.

Вот такими сценами надо зрителя!.. Для затравки. Теперь до самой середины фильма не будет ничего страшного. Пусть теперь зритель понервничает в ожидании. Пусть пофантазирует, что же там в дыре сидит такое, голодное, страшное? Все равно не догадается. Об этом только Семен Мишин пока знает.

Семен самодовольно улыбнулся.

— Халтурщик ты, Семен, — сказала вдруг голова мумии.

— Это еще почему? — поинтересовался Семен.

— Да потому что халтура у тебя получается. Вот и халтурщик ты.

Семен поморщился.

— Много ты в кинематографе понимаешь, — сказал он голове.

— Побольше твоего понимаю, — огрызнулась голова.

— Ну-ну, — сказал Семен. — Давай, давай. Знаток хренов. Поучи еще.

Он снова придвинулся к клавиатуре.

«Сцена 2. Египет, 1804 год».

Голова фыркнула.

— Ну чего еще? — недовольно спросил Семен.

— Про Шампольона писать будешь, голову на отсечение!

— Тебе отсекли уж. Суешься не в свое дело.

— Про Шампольона или нет?

— А хоть бы и про него, — сказал Семен.

— Шампольону в 1804 году четырнадцать лет было. А в Египет он только в 1828 приехал, — сказала голова мумии. — Уже знаменитым египтологом.

— Ну и что?

— Хоть дату подправь.

Семен вздохнул и подправил.

— Халтурщик ты, Семен, — опять повторила голова. — Вот, ей-же, халтурщик. Ну, что за бред ты там понаписал?

— А что тебе не нравится? Нормально будет. Это же только сценарий, да и то черновик. Ты вот потом на фильм посмотришь…

— Да чушь все равно, — перебила его голова мумии. — Вот, верблюды например. Откуда там верблюды-то?

— Как откуда? — удивился Семен. — Ну ты даешь. Египтянин еще. Верблюдов не знает.

Голова опять фыркнула.

— Пишешь — 3123 год до нашей эры. Так? А верблюд на пятьсот лет позже был одомашнен.

Семен почесал за ухом.

— Ну и что? Кому какое дело-то?

— Как это, какое дело? — возмутилась голова. — А историческая действительность? Надо ж хоть немного соблюдать исторические факты.

— Ну ладно, не верблюды, пусть лошади будут. Не один ли черт.

— И лошадей не было.

— Тьфу ты! — рассердился Семен. — Что ж им, на себе все тащить, что ли?

— Ослы были.

— Ну, здорово! — развел руками Семен. — Ослы! Сам ты осел. Представляю себе картинку: караван ослов!.. Чушь какая-то. Нет, не пойдет.

— Да все едино, что ослы, что верблюды — все равно не пойдет. Потому что никакие караванщики по Египту караваны не водили.

— Это еще почему? — удивился Семен. — Ослы, значит, были, а караванщиков не было? Ослы одни?

— Нил потому что был. Сел на лодку и плыви себе. Вверх по течению — с парусом, вниз по течению — прямо так, самоходом. По реке все караваны и плавали.

Семен отмахнулся.

— Тут надо по берегу. Я же не про речное чудище сценарий пишу. А про сухопутное.

— Про беспутное ты чудище пишешь, — зло сказала голова. — И получается у тебя потому что попало.

— Да что ты пристал-то? Хоть бы по делу говорил, а то по пустякам докопался.

— Это тебе пустяки. А мне не пустяки. Я жил в то время, я знаю. Если бы про твою, Семен, эпоху написали, что в двадцатом веке Тарас Бульба и Стенька Разин с татаро-монголами воевали, ты бы тоже возмущался.

— Ну, ты уж скажешь! Сравнил тоже.

— Да и ну тебя. Пиши свой бред. Глядишь, еще в книгу Гиннеса занесут, — голова попыталась отвернуться от Семена, но это ей не удалось — деревянная подставка мешала. Тогда голова скосила глаза в сторону и начала насвистывать что-то древнеегипетское.

— Ну и ладно, — буркнул Семен, возвращаясь к своему сценарию.

Cлова не шли. Посидев безрезультатно минут десять, Семен буркнул:

— Ну вот, весь настрой сбил! Не идет у меня этот 1828 год! Восемьсот четвертый шел, а этот не идет!

Семен переправил дату снова на «1804».

— Вот, так и буду писать, как задумал.

Голова вздохнула.

«Сцена 2. Египет, 1804 год.

Мы видим крупный порт, повсюду снуют нагруженные темнокожие носильщики в белых тюрбанах, арабы в пестрых халатах, в толпе можно разглядеть нескольких европейцев. С парохода сходят несколько человек — молодая женщина в белом платье, шляпке и с ажурным солнечным зонтиком в руках, пожилой джентльмен с усами (у него в руках маленький черный саквояж), но впереди всех по трапу почти бегом спускается молодой человек лет двадцати. Сбегает и останавливается, осматриваясь. На лице его — радостная улыбка. Он долго стремился в эту страну и вот наконец — он здесь! Несколько смуглых девушек, закутанных в разноцветные шелка, увидев его, прыскают от смеха.

Женщина, спустившись с трапа, нервно осматривает причал, и поворачивается к пожилому мужчине.

— Вы уверены, что он встретит нас, папа? — слово «папа» она произносит на французский манер, с ударением на последнем слоге.

— Разумеется, Жюли. Лорд — человек слова… А где Шампольон?.. Андре, не уходите далеко, а не то потеряетесь, — последняя фраза относится к молодому человеку. Тот загляделся на девушек и, похоже, совершенно замечтавшись, направился вслед за ними. Услышав свое имя, он оборачивается.

— Да, простите, мсье…»

— Э-э… Придумай какую-нибудь французскую фамилию.

Голова покосилась на монитор и пробежала глазами по последним строчкам.

— Де Круассан.

«…мсье Де Кру…»

— Нет, ну я же серьезно спрашиваю! Что, трудно помочь?

Голова ухмыльнулась.

— Ну, хорошо, например Берже. Или Мартен.

— Точно?

— Так же точно, как и то, что Шампольона звали не Андре, а Франсуа.

Семен нахмурился.

— Может, это его брат. Старший.

Голова фыркнула.

— Хочешь, Семен, я тебе помогу со сценарием? Только не фамилии выдумывать, а правда помогу. Расскажу тебе все про Древний Египет. Быт опишу. Историю, сколько вспомню. Я много всего помню. А ты напишешь свой сценарий. Добротный, хороший сценарий для исторического фильма.

Семен недоверчиво посмотрел на голову.

— Тебе-то это зачем?

— Как — зачем?.. Да хоть бы и для тебя! Мне ведь для себя ничего не надо. Ни денег, ни соавторства даже. Тебе вся слава. Я же просто ради истины! Ведь вы же не знаете о египтянах ничего! Ведь ты же зрителя будешь дрянью с экрана потчевать! А вот я, например, мог бы тебе о Тутмосе Третьем рассказать…

— Почему это дрянью? Нормальный ужастик. А на исторические фильмы, кстати, одни ботаники ходят. Скука. Да и снимать это никто не будет.

— Да дрянью, Семен, дрянью! Ты, Семен, на корзину работаешь.

— Ой, отстань, а! — возмутился Семен. — Мне ужастик заказали, я ужастик и пишу! Не надо мне никакой исторической действительности. И никому не надо. Не нужны людям никакие Тутмосы-Шмутмосы. А если понадобятся, я их и без тебя десять штук придумаю!

Голова смотрела на Семена, широко открыв черные глаза.

— Семен… Ты же хотел писателем стать. А, Семен? Настоящим.

— Ну и стану.

— Так ведь я тебе и предлагаю… А ты взялся писать — вот, прости, конечно — мусор!

— Надо же с чего-то начинать.

— Так начни с хорошего!

Семен откинулся на стуле и сложил руки на груди.

— Хорошее?.. Твое хорошее продаваться не будет, ты это понимаешь? На историю спроса нет. А не будут покупать мои книги, не будут смотреть мои фильмы — и все, нет меня! Я, в отличие от некоторых, есть хочу! А что я буду кушать, если стану писать твои исторические сценарии?

Голова опустила глаза.

— Так, выходит… Все ради денег, да? Ради славы. Ради успеха. Ты, Семен, только для этого и живешь?

Семен усмехнулся.

— Да все так живут. Ты посмотри вокруг… Хочешь, я тебя на окно поставлю, чтоб тебе видно было? Все так живут. Машины покупают, квартиры, бизнес делают. Думаешь, ради чего? Ради истории? Или, может, люди о будущем думают? Да не думают они. Человеку лишь бы было чего на хлеб намазать и по телеку посмотреть. А я что, хуже всех? Я тоже хочу жить нормально!

Голова не отвечала. Семен взял со стола пачку сигарет, вытащил одну и сидел, рассеянно крутя ее в пальцах. Наконец голова произнесла:

— У тебя, Семен, нет прошлого. И будущего у тебя нет. Ты человек-однодневка, как бабочка. Вылез из кокона, взлетел, покрасовался, а назавтра исчез, и никто о тебе не вспомнит. Грустно мне…

Семен бросил быстрый взгляд на голову.

— Это почему же у меня будущего нет? — буркнул он. — Очень даже есть. Продам сценарий, будут деньги… Вот тогда и напишу что-нибудь хорошее.

— Так стало быть, сам-то понимаешь, что сейчас пишешь — плохое?

Семен промолчал.

— Ты мне, Семен, только на один вопрос ответь. Ты ведь умный человек, я знаю. Неужели тебе самому не противно?

Семен встал.

— Покурить надо, — сказал он.

Подойдя к балконной двери, он остановился и повернулся к голове.

— Может, и противно. Но надо. А может, я вообще не смогу никогда ничего по-настоящему хорошего написать? Что тогда? Кто тогда меня запомнит?

— Бесславие лучше дурной славы. И уж точно лучше славы дешевой.

— Бесславие — это для неудачников.

— Бесславные построили пирамиды.

— Ну и кто теперь знает их имена?

— Никто, Семен. Но все знают о пирамидах.

— А я хочу, чтоб меня помнили, понимаешь ты — меня!

Голова, казалось, вздрогнула.

— Даже — как сочинителя дрянных дешевых книжонок?

Семен помолчал секунду, потом взялся за ручку двери, но опять отпустил. Снова повернувшись к голове он пожал плечами и сказал:

— Пипл хавает. Понимаешь? Пипл хавает.

И вышел.

© Алексей Березин

istoriipro.ru

«Оскар» за лучший оригинальный сценарий — Плейлисты фильмов

Основанная на реальных событиях история журналистского расследования одного из самых громких в истории США секс-скандалов. Корреспонденты бостонской газеты разоблачают случаи педофилии, в которых обвиняются представители Церкви.

Награды

*Оскар, 2016 год
Номинации (6):
-Лучший фильм — Победитель в этой номинации.
-Лучшая мужская роль второго плана (Марк Руффало)
-Лучшая женская роль второго плана (Рэйчел МакАдамс)
-Лучший режиссер (Том МакКарти)
-Лучший сценарий
-Лучший монтаж
*Золотой глобус, 2016 год
Номинации (3):
-Лучший фильм (драма)
-Лучший режиссер (Том МакКарти)
-Лучший сценарий
*Британская академия, 2016 год
Номинации (3):
-Лучший фильм
-Лучшая мужская роль второго плана (Марк Руффало)
-Лучший оригинальный сценарий
*Премия Гильдии актеров, 2016 год
Номинации (2):
-Лучшая женская роль второго плана (Рэйчел МакАдамс)
-Лучший актерский состав
*Венецианский кинофестиваль, 2015 год
Победитель (2):
-Награда имени Брайана из Назарета

-Серебряная мышь

Интересные факты

Многие актёры, снявшиеся в картине «В центре внимания», сыграли в фильмах, снятых по комиксам. Майкл Китон сыграл Брюса Уэйна, или Бэтмена, в фильмах «Бэтмен» (1989) и «Бэтмен возвращается» (1992). Марк Руффало снялся в роли Брюса Беннера, или Халка, в фильмах «Мстители» (2012), «Железный человек 3» (2013) и «Мстители: Эра Альтрона» (2015). Лев Шрайбер сыграл Виктора Крида, или Саблезубого, в фильме «Люди Икс. Начало. Росомаха» (2009). Джон Слэттери сыграл Говарда Старка в фильмах «Железный человек 2» (2010) и «Человек-муравей» (2015). Роль доктора Манхэттена, или Джонатана Остермана, в фильме «Хранители» (2009) исполнил Билли Крудап. Стэнли Туччи исполнил роль учёного Авраама Эрскина в фильме «Первый мститель» (2011). Рэйчел МакАдамс сыграла в фильме «Доктор Стрэндж», выход которого запланирован на 2016 год.
Как сообщил Марк Руффало, многие из журналистов газеты «The Boston Globe», чьё расследование вызвало скандал о сексуальных домогательствах, сами принадлежали к Римско-католической церкви.

В одном из трейлеров к фильму звучит кавер Сары МакЛахлан на сингл «Dear God» группы «XTC». Вышедшая в 1986 году, эта композиция была воспринята неоднозначно. Некоторые слушатели решили, что в тексте содержится критика религии и церкви, а также выражаются сомнения в существовании Бога.
Уолтер Робинсон сказал: «Это называется похищение личности. Ограбь Майкл Китон банк, полицейские пришли бы за мной».
Прежде чем лично познакомиться с Уолтером Робинсоном, роль которого он согласился сыграть, Майкл Китон некоторое время следил за журналистом и даже жил рядом с ним. Сам Робинсон понятия не имел, что стал объектом такого внимания. В распоряжении Китона также были аудио- и видеозаписи с Робинсоном. При знакомстве Китон изобразил Робинсона. Вышло настолько похоже, что потрясённый журналист спросил: «Откуда вы всё про меня знаете? Мы только что познакомились».
Сценарий фильма «В центре внимания» попал в «Чёрный список» 2013 года — перечень потенциально успешных сценариев, по которым в том году так и не был снят фильм.
Режиссёр Том МакКарти признался, что осуществлял этот проект под влиянием следующих фильмов: «Фрост против Никсона» (2008), «Теленовости» (1987), «Телесеть» (1976), «Вся президентская рать» (1976), «Поля смерти» (1984), «Свой человек» (1999), «Гражданин Кейн» (1941), «Туз в рукаве» (1951), «Джон Ф. Кеннеди: Выстрелы в Далласе» (1991), «Вердикт» (1982) и «Доброй ночи и удачи» (2005). В последнем в эпизодической роли снялся сам Том МакКарти.
Согласившись на роль Уолтера Робинсона, Майкл Китон переживал только из-за отсутствия у него бостонского акцента. Посмотрев записи с Робинсоном, Китон, к своему вящему удивлению, убедился, что у прототипа его героя акцент тоже выражен не слишком ярко. Изобразить почти незаметный акцент оказалось проще.
Во время каждого перерыва в съёмках Марк Руффало просил Майкла Резендеса, которого он играл, прочитать ему его реплики.
Титры в начале и финале фильма даны шрифтом Miller, который в основном и применяется в газете «The Boston Globe».
Чтобы лучше узнать своего героя и его манеру поведения, Майкл Китон проводил с Уолтером Робинсоном дни напролёт.
Возле рабочего стола Майкла Китона можно увидеть снимок дочери Уолтера Робинсона Джессики, сделанный в 2000 году. Рядом стоит снимок самого Китона в обнимку с Елена Стайтелер (Вол), которая играет в фильме жену Робинсона Барбару.
Уолтер Робинсон об игре Майкла Китона: «Это всё равно, что смотреться в зеркало, где отражение почему-то живёт своей жизнью».
Том МакКарти признавался, что в фильме «В центре внимания» сильно влияние картины «Вердикт» (1982) и её режиссёра Сидни Люмета.
Вот что Майкл Китон сказал об акценте Уолтера Робинсона и о самом Робинсоне, которого сыграл: «Том МакКарти и другие мне передавали слова Робинсона о том, что нет у него никакого акцента. Просто он машинально копирует манеру говорить окружающих его людей. Бывает, что некоторые звуки у него начинают получаться жёстко, бывают и другие речевые нюансы. Я помню, что тогда подумал: «Чёрт, а как мне определить, когда он говорит с бостонским акцентом, а когда — нет?» Именно такие мелочи делают актёрскую игру трудной. А по большому счёту, надо просто стать человеком, которого играешь. Не приукрашивать его, а играть таким, какой он есть».
Роль Майкла Резендеса изначально предполагали отдать Мэтту Дэймону, однако досталась она Марку Руффало.
Уолтер Робинсон сказал: «Когда я увидел себя на экране в исполнении Майкла Китона, мне захотелось принести извинения многим из тех, у кого я когда-то брал интервью».
Специализирующийся на журналистских расследованиях Бен Брэдли младший — его роль в фильме исполнил Джон Слэттери — является сыном Бенджамина К. Брэдли, главного редактора газеты «The Washington Post» в период, когда в 1970-х годах шло расследование «уотергейтского скандала». В фильме «Вся президентская рать» (1976) Бенджамина К. Брэдли сыграл Джейсон Робардс.
Посетив съёмочную площадку, Уолтер Робинсон был поражён тем, что Майкл Китон сидит за точной копией его рабочего стола, печатает, как и он сам, двумя пальцами, поджав губы и глядя поверх очков на монитор старого компьютера, который стоял в его кабинете в 2001 году.
Майкл Резендес: «Глядя на то, как Марк Руффало меня играет, я не мог отделаться от ощущения, что смотрюсь в кривое зеркало».
Однажды Марк Руффало обратился к Майклу Резендесу со следующей просьбой: «А вы не могли бы на кого-нибудь наорать, чтобы я посмотрел?»
Майкл Китон о своём герое: «Уолтер Робинсон — человек очень прямой и временами жёсткий, но если не выводить его из себя, вполне добродушный и уживчивый. С другой стороны, он очень скрытен, когда дело касается его источников. Он не выделывается, он их просто защищает. Наблюдая за ним, я убедился, что у меня самого в определённой мере присутствуют некоторые его манеры поведения».
Вживаясь в роль, Майкл Китон пересмотрел фильм «Вся президентская рать» (1976), в котором сыграл Джейсон Робардс.
Когда Марк Руффало познакомился с Майклом Резендесом (это произошло у Резендеса дома), он принёс с собой блокнот и айфон, чтобы записать голос журналиста для последующего изучения речевых особенностей.
Если на обвинительный приговор подана апелляционная жалоба, а человек, в отношении которого приговор вынесен, скончался до её рассмотрения, обвинительный приговор отменяется решением Апелляционного суда. Так произошло и с обвинительным приговором лишённому духовного сана священнику Джону Дж. Геогхану Римско-католической церкви, обвинённому в сексуальных домогательствах к несовершеннолетнему в общественном бассейне. Геогхан был убит 23 августа 2003 года, и приговор был отменён. Трое судей, принявших это решение, отметили, что действовали в соответствии с предписанием Верховного Суда, и что отмена обвинительного приговора «является в подобных обстоятельствах общепринятой практикой».
Бывший священник и психиатр Ричард Сайп говорит в фильме голосом актёра Ричарда Дженкинса. Ни тот, ни другой в титрах не упомянуты.
Творческий коллектив фильма был очень признателен сотрудникам газеты «The Boston Globe» за помощь в оформлении декораций, выборе костюмов и в целом в работе над фильмом и сценарием.
Это второй фильм о журналистике, в котором сыграл Майкл Китон. Первым стал фильм «Газета» (1994).
Фильм «В центре внимания» снят в лучших традициях картины «Вся президентская рать» (1976), считающейся классикой жанра.
Майкл Китон и Уолтер Робинсон познакомились в баре отеля «Гринвич» в Нью-Йорке после Дня труда. Актёр и журналист пожали друг другу руки, после чего Китон нахмурился и произнёс: «Знаете, а ведь бостонский акцент у вас почти не заметен».
В интервью Национальному Общественному Радио режиссёр Том МакКарти заявил, что многие занятые в фильме актёры познакомились с прототипами своих героев и что журналисты газеты проводили много времени на съёмочной площадке.
В интервью Национальному Общественному Радио режиссёр Том МакКарти сообщил, что на съёмочной площадке были выстроены кабинеты редакции «The Boston Globe», где и разворачивался сюжет. Он сказал также, что когда съёмочную площадку посетили журналисты, о которых рассказывалось в фильме, каждый прошёл к «своему» рабочему столу и начал перекладывать на его поверхности вещи так, как они обычно располагаются в реальной жизни.
Пол Гилфойл, сыгравший Пита Конли, в 1967 году закончил школу при Бостонском колледже.
Некоторые зрители были обескуражены тем фактом, что персонажи фильма используют термин «9/11», когда речь заходит о терактах 11 сентября 2001 года. Зрителям казалось, что со времени терактов прошло слишком мало времени, чтобы этот термин вошёл в обиход. На самом деле термином «9/11» стали пользоваться практически сразу же после трагедии. Газета «The New York Times» в выпуске 13 сентября 2001 года объявила о кампании по сбору средств для жертв террористической атаки на Башни-близнецы. Называлось это «Фонд для нуждающихся жертв 9/11 газеты «The New York Times».
Когда героиня Рэйчел МакАдамс в баре сообщает своему коллеге, что интервью с уцелевшими в атаке на Башни-близнецы придётся перенести на более поздний срок, по телевизору показывают футбольный матч и тренера команды университета штата Пенсильвания Джо Патерно.
Все журналисты пишут ручками синего цвета, их шеф — чёрного, а редактор — красного. Что это означает — неизвестно.
В эпизодической роли в фильме снялась Стефани Драммонд. Эта актриса известна своей фразой «А как-то она [Реджина Джордж] ударила меня по лицу. Это было нечто» в фильме «Дрянные девчонки» (2004). Роль Реджины Джордж в «Дрянных девчонках» исполнила Рэйчел МакАдамс, которая в фильме «В центре внимания» играет Сашу Пфайффер.
Внимание! Дальнейший список фактов о фильме содержит спойлеры. Будьте осторожны.
В одном из эпизодов фильма по телевизору в баре транслируется футбольный матч. На экране появляется Джо Патерно, тренер команды университета штата Пенсильвания, которого в своё время обвинили в недонесении на уличённого в сексуальных домогательствах к студентам помощника тренера Джерри Сандуски.
Ближе к концу фильма выясняется, что персонаж Майкла Китона в прошлом работал редактором отдела местных новостей. В фильме «Газета» (1994) Китон исполнил роль редактора отдела местных новостей вымышленной газеты.

www.kinokopilka.pro

Самый лучший сценарий — Слон в колесе — ЖЖ

Рассказ этот уже довольно старый, но в ЖЖ еще не публиковался, и его почти никто не видел. Так что будем считать эту публикацию «почти премьерой».

Заранее сообщаю, что букв вдвое больше обычного (я считал), и почти все не смешные. Кроме, пожалуй, Ю, но она в любом тексте забавна. Остальные буквы — вполне серьезные. C’est la vie.

Семен сидел на балконе и курил.

Осень роняла желтые листья с берез, и они летели мимо балкона, падали на перила и на пол. Семен любил желтые листья. Их цвет напоминал ему золото.

Золотые листья… Будь они настоящим золотом, разве стал бы он гнуть спину на Кашева, этого жалкого неудачника от искусства? Нет, Семен купил бы домик на Гавайях или на Кипре, заперся бы там от мира и в тишине и спокойствии родил бы великий роман. Роман, который потряс бы мир. Но увы, осенние листья не были золотом и практической ценности не имели, поэтому роды откладывались на неопределенное время. Сначала — золото, потом — великие романы.

Семен докурил и выбросил окурок за перила балкона. Все, пора за дело. Пока он тут сидит, сценарий сам собой не напишется.

Семен плотно затворил балконную дверь, чтобы не мешал сквозняк, и уселся за стол. Положив бледные тонкие пальцы на клавиатуру, он закрыл глаза и сосредоточился на предстоящей работе.

Сейчас. Сейчас он откроет глаза, и напишет.

Надо так написать, чтоб Кашев, этот ничтожный человечишка, прочувствовал. Чтоб его проняло. Чтоб душу вынуло. Чтобы ему это снять захотелось.

Надо так написать, чтоб зрителя пот прошиб. Чтобы девочки в кинотеатре пищали и прижимались к мальчикам. Чтоб потом всю ночь спать не могли от страха. Вот как надо написать.

Трудно?

Трудно.

Но ты кто? Семен Мишин. Вот кто.

Сам Семен Мишин. Великий писатель. В будущем, по крайней мере. Будущее еще не знает, что его ждет. Какие потрясения ему Семен Мишин готовит.

Настоящее тоже Семена Мишина не знает, и знать не хочет. Оно ему в лицо смеется и в душу плюет. Тупое настоящее. Ничего, будущее нас рассудит.

А вот и начало для карьеры писателя. Сценарий — это не пустяк. А особенно сценарий фильма ужасов. С такого даже Стивен Кинг не начинал. Стивен Кинг начинал с мелких рассказиков и занудных романчиков. А Семен Мишин уже пишет сценарий. Ну, собирается писать.

Семен открыл глаза и встретился взглядом с головой мумии. Голова на деревянной подставке стояла на полочке справа от монитора и смотрела на Семена уставшими черными глазами.

— Пожелай мне удачи, — сказал Семен голове. Голова не ответила.

Семен глубоко вздохнул и приступил к работе.

«Сцена первая. Египет, 3123 год до н.э.

Узкое извилистое ущелье. Солнце заходит за кромку скал. По дну ущелья проходит пыльная дорога. Вдоль дороги движется караван — пятнадцать или двадцать тяжело груженых верблюдов, которых под уздцы ведут караванщики. Караванщики устали, у них загорелые усталые лица, пот стекает по их лицу и они обтирают его рукавами своих пестрых халатов. Им хочется пить. Наконец караван-баши объявляет привал.

Караванщики начинают разбивать лагерь под отвесной стеной ущелья. Быстро ставят шатры, снимают с верблюжьих горбов огромные тюки.

Мальчишка лет пятнадцати перебегает от одного верблюда к другому — ему хочется размять ноги после неподвижного сидения на верблюде. Вдруг он подпрыгивает — у самых ног его поднимается готовая к броску черная змея. Мальчишка хватает камень, швыряет, но мимо. Змея черной струйкой утекает прочь. Мальчишка, что-то крича, с камнем в руке преследует ее, чтобы добить, но змея исчезает в узкой, не больше верблюжьей головы, неправильной формы дыре под обрывом. Мальчик с опаской заглядывает туда. В дыре темно. Вдруг глаза его расширяются — он увидел что-то. Это что-то быстро приближается…

Караванщики оглядываются на пронзительный крик мальчика — и как раз вовремя, чтобы увидеть фонтан алой крови, брызжущей во все стороны. Совершенно невозможно рассмотреть, что же происходит под обрывом — видны только бьющиеся босые пятки мальчика, поднимающие тучи желтой пыли, и кровь, кровь, кровь!.. Кровь мелкими брызгами усеивает камни и землю на несколько метров вокруг. Через несколько секунд все стихает, пыль рассеивается, и глазам потрясенных караванщиков предстает черное, еще более мрачное, чем прежде, отверстие под обрывом — залитое кровью, которая в лучах заходящего солнца тоже кажется черной. Лица караванщиков искажены ужасом.

Камера медленно поднимается из ущелья, открывая величественный вид — справа, в некотором отдалении, видна блестящая лента Нила, а далеко впереди встают величественные пирамиды. Затемнение».

Семен откинулся на спинку стула. Воображение рисовало в его голове восхитительную в своем величии и мрачной жути картину.

Вот такими сценами надо зрителя!.. Для затравки. Теперь до самой середины фильма не будет ничего страшного. Пусть теперь зритель понервничает в ожидании. Пусть пофантазирует, что же там в дыре сидит такое, голодное, страшное? Все равно не догадается. Об этом только Семен Мишин пока знает.

Семен самодовольно улыбнулся.

— Халтурщик ты, Семен, — сказала вдруг голова мумии.

— Это еще почему? — поинтересовался Семен.

— Да потому что халтура у тебя получается. Вот и халтурщик ты.

Семен поморщился.

— Много ты в кинематографе понимаешь, — сказал он голове.

— Побольше твоего понимаю, — огрызнулась голова.

— Ну-ну, — сказал Семен. — Давай, давай. Знаток хренов. Поучи еще.

Он снова придвинулся к клавиатуре.

«Сцена 2. Египет, 1804 год».

Голова фыркнула.

— Ну чего еще? — недовольно спросил Семен.

— Про Шампольона писать будешь, голову на отсечение!

— Тебе отсекли уж. Суешься не в свое дело.

— Про Шампольона или нет?

— А хоть бы и про него, — сказал Семен.

— Шампольону в 1804 году четырнадцать лет было. А в Египет он только в 1828 приехал, — сказала голова мумии. — Уже знаменитым египтологом.

— Ну и что?

— Хоть дату подправь.

Семен вздохнул и подправил.

— Халтурщик ты, Семен, — опять повторила голова. — Вот, ей-же, халтурщик. Ну, что за бред ты там понаписал?

— А что тебе не нравится? Нормально будет. Это же только сценарий, да и то черновик. Ты вот потом на фильм посмотришь…

— Да чушь все равно, — перебила его голова мумии. — Вот, верблюды например. Откуда там верблюды-то?

— Как откуда? — удивился Семен. — Ну ты даешь. Египтянин еще. Верблюдов не знает.

Голова опять фыркнула.

— Пишешь — 3123 год до нашей эры. Так? А верблюд на пятьсот лет позже был одомашнен.

Семен почесал за ухом.

— Ну и что? Кому какое дело-то?

— Как это, какое дело? — возмутилась голова. — А историческая действительность? Надо ж хоть немного соблюдать исторические факты.

— Ну ладно, не верблюды, пусть лошади будут. Не один ли черт.

— И лошадей не было.

— Тьфу ты! — рассердился Семен. — Что ж им, на себе все тащить, что ли?

— Ослы были.

— Ну, здорово! — развел руками Семен. — Ослы! Сам ты осел. Представляю себе картинку: караван ослов!.. Чушь какая-то. Нет, не пойдет.

— Да все едино, что ослы, что верблюды — все равно не пойдет. Потому что никакие караванщики по Египту караваны не водили.

— Это еще почему? — удивился Семен. — Ослы, значит, были, а караванщиков не было? Ослы одни?

— Нил потому что был. Сел на лодку и плыви себе. Вверх по течению — с парусом, вниз по течению — прямо так, самоходом. По реке все караваны и плавали.

Семен отмахнулся.

— Тут надо по берегу. Я же не про речное чудище сценарий пишу. А про сухопутное.

— Про беспутное ты чудище пишешь, — зло сказала голова. — И получается у тебя потому что попало.

— Да что ты пристал-то? Хоть бы по делу говорил, а то по пустякам докопался.

— Это тебе пустяки. А мне не пустяки. Я жил в то время, я знаю. Если бы про твою, Семен, эпоху написали, что в двадцатом веке Тарас Бульба и Стенька Разин с татаро-монголами воевали, ты бы тоже возмущался.

— Ну, ты уж скажешь! Сравнил тоже.

— Да и ну тебя. Пиши свой бред. Глядишь, еще в книгу Гиннеса занесут, — голова попыталась отвернуться от Семена, но это ей не удалось — деревянная подставка мешала. Тогда голова скосила глаза в сторону и начала насвистывать что-то древнеегипетское.

— Ну и ладно, — буркнул Семен, возвращаясь к своему сценарию.

Cлова не шли. Посидев безрезультатно минут десять, Семен буркнул:

— Ну вот, весь настрой сбил! Не идет у меня этот 1828 год! Восемьсот четвертый шел, а этот не идет!

Семен переправил дату снова на «1804».

— Вот, так и буду писать, как задумал.

Голова вздохнула.

«Сцена 2. Египет, 1804 год.

Мы видим крупный порт, повсюду снуют нагруженные темнокожие носильщики в белых тюрбанах, арабы в пестрых халатах, в толпе можно разглядеть нескольких европейцев. С парохода сходят несколько человек — молодая женщина в белом платье, шляпке и с ажурным солнечным зонтиком в руках, пожилой джентльмен с усами (у него в руках маленький черный саквояж), но впереди всех по трапу почти бегом спускается молодой человек лет двадцати. Сбегает и останавливается, осматриваясь. На лице его — радостная улыбка. Он долго стремился в эту страну и вот наконец — он здесь! Несколько смуглых девушек, закутанных в разноцветные шелка, увидев его, прыскают от смеха.

Женщина, спустившись с трапа, нервно осматривает причал, и поворачивается к пожилому мужчине.

— Вы уверены, что он встретит нас, папа? — слово «папа» она произносит на французский манер, с ударением на последнем слоге.

— Разумеется, Жюли. Лорд — человек слова… А где Шампольон?.. Андре, не уходите далеко, а не то потеряетесь, — последняя фраза относится к молодому человеку. Тот загляделся на девушек и, похоже, совершенно замечтавшись, направился вслед за ними. Услышав свое имя, он оборачивается.

— Да, простите, мсье…»

— Э-э… Придумай какую-нибудь французскую фамилию.

Голова покосилась на монитор и пробежала глазами по последним строчкам.

— Де Круассан.

«…мсье Де Кру…»

— Нет, ну я же серьезно спрашиваю! Что, трудно помочь?

Голова ухмыльнулась.

— Ну, хорошо, например Берже. Или Мартен.

— Точно?

— Так же точно, как и то, что Шампольона звали не Андре, а Франсуа.

Семен нахмурился.

— Может, это его брат. Старший.

Голова фыркнула.

— Хочешь, Семен, я тебе помогу со сценарием? Только не фамилии выдумывать, а правда помогу. Расскажу тебе все про Древний Египет. Быт опишу. Историю, сколько вспомню. Я много всего помню. А ты напишешь свой сценарий. Добротный, хороший сценарий для исторического фильма.

Семен недоверчиво посмотрел на голову.

— Тебе-то это зачем?

— Как — зачем?.. Да хоть бы и для тебя! Мне ведь для себя ничего не надо. Ни денег, ни соавторства даже. Тебе вся слава. Я же просто ради истины! Ведь вы же не знаете о египтянах ничего! Ведь ты же зрителя будешь дрянью с экрана потчевать! А вот я, например, мог бы тебе о Тутмосе Третьем рассказать…

— Почему это дрянью? Нормальный ужастик. А на исторические фильмы, кстати, одни ботаники ходят. Скука. Да и снимать это никто не будет.

— Да дрянью, Семен, дрянью! Ты, Семен, на корзину работаешь.

— Ой, отстань, а! — возмутился Семен. — Мне ужастик заказали, я ужастик и пишу! Не надо мне никакой исторической действительности. И никому не надо. Не нужны людям никакие Тутмосы-Шмутмосы. А если понадобятся, я их и без тебя десять штук придумаю!

Голова смотрела на Семена, широко открыв черные глаза.

— Семен… Ты же хотел писателем стать. А, Семен? Настоящим.

— Ну и стану.

— Так ведь я тебе и предлагаю… А ты взялся писать — вот, прости, конечно — мусор!

— Надо же с чего-то начинать.

— Так начни с хорошего!

Семен откинулся на стуле и сложил руки на груди.

— Хорошее?.. Твое хорошее продаваться не будет, ты это понимаешь? На историю спроса нет. А не будут покупать мои книги, не будут смотреть мои фильмы — и все, нет меня! Я, в отличие от некоторых, есть хочу! А что я буду кушать, если стану писать твои исторические сценарии?

Голова опустила глаза.

— Так, выходит… Все ради денег, да? Ради славы. Ради успеха. Ты, Семен, только для этого и живешь?

Семен усмехнулся.

— Да все так живут. Ты посмотри вокруг… Хочешь, я тебя на окно поставлю, чтоб тебе видно было? Все так живут. Машины покупают, квартиры, бизнес делают. Думаешь, ради чего? Ради истории? Или, может, люди о будущем думают? Да не думают они. Человеку лишь бы было чего на хлеб намазать и по телеку посмотреть. А я что, хуже всех? Я тоже хочу жить нормально!

Голова не отвечала. Семен взял со стола пачку сигарет, вытащил одну и сидел, рассеянно крутя ее в пальцах. Наконец голова произнесла:

— У тебя, Семен, нет прошлого. И будущего у тебя нет. Ты человек-однодневка, как бабочка. Вылез из кокона, взлетел, покрасовался, а назавтра исчез, и никто о тебе не вспомнит. Грустно мне…

Семен бросил быстрый взгляд на голову.

— Это почему же у меня будущего нет? — буркнул он. — Очень даже есть. Продам сценарий, будут деньги… Вот тогда и напишу что-нибудь хорошее.

— Так стало быть, сам-то понимаешь, что сейчас пишешь — плохое?

Семен промолчал.

— Ты мне, Семен, только на один вопрос ответь. Ты ведь умный человек, я знаю. Неужели тебе самому не противно?

Семен встал.

— Покурить надо, — сказал он.

Подойдя к балконной двери, он остановился и повернулся к голове.

— Может, и противно. Но надо. А может, я вообще не смогу никогда ничего по-настоящему хорошего написать? Что тогда? Кто тогда меня запомнит?

— Бесславие лучше дурной славы. И уж точно лучше славы дешевой.

— Бесславие — это для неудачников.

— Бесславные построили пирамиды.

— Ну и кто теперь знает их имена?

— Никто, Семен. Но все знают о пирамидах.

— А я хочу, чтоб меня помнили, понимаешь ты — меня!

Голова, казалось, вздрогнула.

— Даже — как сочинителя дрянных дешевых книжонок?

Семен помолчал секунду, потом взялся за ручку двери, но опять отпустил. Снова повернувшись к голове он пожал плечами и сказал:

— Пипл хавает. Понимаешь? Пипл хавает.

И вышел.

alex-aka-jj.livejournal.com

Самый хороший сценарий: savliy — LiveJournal

Все плохое кажется очень реалистичным. И если оно не наступает, то «Бог миловал». Все ожидали гадости, а она не состоялась – спасибо и на том. Но чаще бывает наоборот: не ожидали, а оно пришло. Никто не ожидал, что будет война в Новороссии – трупы, разбомбленные дома, цунами ненависти. А оно пришло. Многие теперь опасаются, что то же самое будет в Центральной России. И перекрестятся, если этого не будет. А если будет – впадут в крайнюю депрессию и смирятся с последующей разрухой.

Правда, то же самое бывает и с радужными надеждами. Когда в Новороссии «вдруг» объявилось ополчение и дало по зубам «правосекам», все возбудились: вот оно, наконец-то русский народ поднимается с колен! А не вышло, не вышло… Жаль, но не вышло. Не поднимается. Поднимается всякая муть – вроде официозного патриотизма и рейтинга откровенных врагов русского народа. А русские ищут себе «нового Сталина». И находят. На свою голову. Маленького такого серенького человечка с комплексом Наполеона. Ну, на безрыбье и таракан Наполеоном смотрится. Кому надо – тот рад обманываться. Особенно в обмен на благосклонность начальства.

Но давайте помечтаем. Подумаем, какой может быть самый хороший для России сценарий. Именно не фантастический, а реалистичный и в то же время хороший – предполагающий какое-то не постыдное будущее для страны.

Нет сомнений, что такой сценарий связан со сменой власти. Без смены власти все будет по-прежнему. То есть, очень плохо и все хуже и хуже. При этом смена власти без участия самой власти – нечто нереалистичное. Следует сразу отмести сценарий «всенародного восстания», который может быть где-то в Африке, а в русской истории его никогда не было. Даже если это написано в учебнике. Там, где написано, на самом деле просто скрыто, что была именно смена власти с участием самой власти. Потом, правда, всех этих сменяльщиков к стенке поставили, но это уже другая тема.

Итак, попробуем себе представить, как может произойти смена власти. Пока у этой власти нет серьезных проблем, там некому задумываться о том, что надо что-то менять. Поэтому к хорошему сценарию мы можем пройти только через нечто очень плохое. Потому как стране, конечно же, всегда будет хуже, чем привластным людишкам. То есть, чтобы им было плохо, и возникла мысль о смене парадигмы управления (скажем так) и смены управляющей элиты, нужно, чтобы всем нам было очень и очень плохо. Не нам нужно – им нужно. Для вразумления. Ну а нам – для покаяния.


Из всего этого возникнет раскол: на вразумляемых и невразумляемых. Хороший сценарий отличается от плохого тем, что первые побеждают вторых. То есть, экспроприируя у них власть и собственность. При участии некоей пришедшей от общества силы. Подобный сценарий с обратным знаком мы видим в «деле КПСС». Там был раскол сверху донизу и передел власти и собственности, в результате которого невменяемые были изгнаны, их ресурсы переделены, а во власть допущено некоторое количество «демократов». Всюду существенные изменения именно таковы – недееспособность и раскол власти, и формирование новой властной элиты с участием части прежней элиты и малой части новой элиты. Хороший сценарий состоит в том, что властная элита после всех превращений обретает понимание того, как и ради чего нужно управлять государством – принципиально по-другому, в сравнении с прежним подходом. Почти во всем: «Не так, а прямо-таки наоборот».

Хороший сценарий ослабит действующий режим. Как и почему это произойдет, точно сказать нельзя. Возможно, получится неудачная для олигархии сделка с Западом. Кремляне решат, что Запад готов к этой сделке и добивать их не будет, а потому попытаются сделать вид, что у них будет теперь «либерализация» режима – примерно как у Горбачева. И тогда режим затрещит по швам. Другой вариант, ведущий к тому же, – превращение страны, которая не хочет и уже давно не умеет воевать, в осажденный лагерь. Закрученные гайки приведут к недовольству не только народа (что Кремль легко перенесет), но и крупных собственников, которым все будет «нельзя» — как здесь, так и за рубежом. То же коснется и госслужбы, ее верхних этажей, уже привыкших, что им все «можно». Первые будут подкидывать деньги для формирования сил, противных режиму, вторые – закрывать глаза на рост консолидации протестных настроений.

Представим себе лучший сценарий: когда имущественные и властные «верхи» начнут поддерживать не «социально близких» либералов, а националистов – русское национальное движение. С какой скоростью в этом случае оно встанет на ноги? Скорее всего, за 2-3 года возникнут несколько крупных и сюзничающих меж собой организаций, которые в силу совершенно другого масштаба задач будут брезговать общаться со всякого рода «гопотой», привлеченной в свой актив националисты наши дней. Скорее всего, они не будут имитировать примитивные патриотические настроения и подлаживаться под власть, которая уже основательно дискредитирована и не имеет представления о том, зачем вообще существует Россия.

Итак, лучший сценарий начинается с больших проблем для Кремля и очень больших проблем для населения России. Продолжается расколом властной группировки и поиском новой парадигмы в русской национальной мысли, в формировании русского мировоззрения и использовании наработок русских националистов, которых в течение последних двух десятков лет было более чем достаточно.

Собственно все, что нужно придумать для возвращения России к самой себе, уже придумано. Для хорошего сценария достаточно, чтобы все это хоть кем-то было бы поддержано. Становление хотя бы одной русской организации, действующей профессионально и опирающейся на прочную интеллектуальную основу, вызовет взрыв спроса на новое историческое творчество. И отторжение от всех фальшивых форм русского общественного движения.

Посмотрим вновь на собственный ближний опыт. Негативный, с точки зрения ориентаций, но успешный, с точки зрения изменения ориентиров власти. Чтобы произошла «революция воров» в 1991 году, оказалось достаточно, чтобы возник разлад в верхушке КПСС, чтобы критика «старого режима» стала повсеместной, чтобы в самой КПСС обозначилась «демократическая платформа» и чтобы стремление к переменам олицетворилось в фигуре Ельцина (довольно невнятной и косноязычной) и группе его ближайших сподвижников (крошечная Межрегиональная депутатская группа нардепов СССР). Мы можем себе представить некий подобный сценарий. И он требует некоторого, пусть совсем символического участия русских патриотов во власти. И трибуны, с которой лидирующая группа будет зажигать публику своими речами. Это создаст запрос на победу, которая, конечно же, будет обеспечена вовсе не общественными настроениями, служащие лишь фоном для любых изменений. На этом фоне старая элита попытается прикупить новых горлопанов. Собственно, так она и сделала, когда в результате своей ошибки и общественного запроса (который никуда не делся, а только усилился) допустили в Думу «Родину». Частью лидеров купили, частью подавили, а выдвижение новой концепции закрыли информационной блокадой. Хороший для нас сценарий будет означать, что новые лидеры будут ставить для себя более высокие задачи, чем занятие каких-то там должностей при нынешней власти, а информационная блокада окажется невозможной.

Снова очертим цепочку: большие проблемы у России, раскол правящей группировки, которая начинает большую грызню олигархов между собой, материальная и информационная поддержка носителей русского национального мировоззрения, вхождение сплоченной группировки русских патриотов во власть, расширение их влияния на умы и доминирование в информационной среде. Далее должна последовать радикализация общественных настроений: старая власть начнет кое в чем уступать, а общество и лидеры русского движения будут усиливать давление и выдвигать все более жесткие требования. Возможно, кого-то из них пригласят на существенные должности, и здесь раскол должен не ослабнуть, а усилиться – госдолжность будет для носителя русского мировоззрения поводом не для того, чтобы заткнуться, а для того, чтобы еще жестче отстаивать свою позицию, не страшась никаких отставок и упреков в «некомандной» работе.

Вся эта ситуация будет сопровождаться расколом не только во власти, но и в обществе. Последует всеобщий раздел на людей вменяемых, у которых откроются глаза, и все более невменяемых, доходящих до безумия. И это в итоге приведет к слому – какому-то событию в духе ГКЧП. После чего старый режим отправится на свалку, а его последователи будут систематически и с умом добиты методами национальной диктатуры. Власть сначала формально, а потом реально перейдет к Русскому национальному правительству, которое начнет быстрыми темпами выправлять вывихнутые суставы российской политики и экономики. Для осуществления мер национальной диктатуры и перехода к национальной форме демократии (в хорошем смысле слова – к власти «демоса» под водительством новой аристократии и национального лидера) достаточно будет 2-3 лет.

Итак, при хорошем сценарии нас ждет 2-3 года резкого ухудшения условий жизни, активизации поиска иной системы общественной жизни, государственного управления и организации хозяйственной жизни. В этот период национал-патриоты войдут во власть малой группой интеллектуалов. Затем слом власти и 2-3 года национальной диктатуры, после чего — переход к новой модели, которая позволит России совершить рывок в развитии, обеспечив добропорядочных гражданам материальный уровень жизни не хуже, чем в ведущих странах Европы, а духовно-культурный- неизмеримо более высокий. Что раскрепостит стратегические преимущества нашей страны и нашего народа перед всем остальным миром.

Остается под вопросом момент старта этого сценария. Возможно, он уже стартовал в связи с предательской позицией Кремля в отношении Новороссии. У многих в связи с этим начали спадать шоры с глаз. И не только социальные «низы» стали задавать себе вопрос, является ли Россия безнадежным лузером, или какие-то фундаментальные изменения выведут ее из сегодняшнего постыдного состояния? Но, вполне возможно, мы еще не прошли достаточно глубокого национального унижения, чтобы понять нетерпимость нынешней ситуации, и нам надо будет получить еще не один удар как от внешнего врага, так и от кремлян – внутреннего врага. Может быть, потеря Крыма, беспомощность силовых структур в приграничных конфликтах, торговые войны – все это заставить краснеть от стыда и не по своей воле «затягивать пояса». И тогда возникнет не только чувство ненависти к совершенно чужой нам власти, но и стремление к ясности, запрос на Русский национальный проект и внимательное отношение к тем, кто его предлагает стране уже не первое десятилетие. Таких людей достаточно. Недостаточно внимание к тому, что они говорят и пишут. Недостает организующего общественные настроения начала, недостает высокого уровня доверия и бескорыстного стремления поддерживать людей, знающих, что нужно для России.

Лучший для нас проект сложится, возможно, достаточно неожиданно – для кристаллизации не хватает очень немногого. Но проблема в том, что у России нет времени. Может быть сегодня – уже поздно. Но мы все-таки рассчитываем, что лучший сценарий возможен, а потому надеемся, что он состоится в ближайшие годы. Если же мы будем его мысленно относить на 5 или даже 10 лет, то это будет означать, что реализуется худший, а не лучший сценарий. Потому что ожидать лучшего так долго будет уже некому: вместо поколения потенциальных победителей настроения и путь страны станут определять поколения сугубых эгоистов, которые мысленно распрощаются с Россией – уже не пригодной ник чему, кроме как к разграблению и позору.

savliy.livejournal.com

Чёрный список Голливуда: лучшие неснятые сценарии 2016 | Кино

На днях в Голливуде был опубликован Черный список сценариев за 2016 год. Черный не в том смысле, что попавшие в него работы запретила цензура. Так называют избранные сценарии, которые на данный момент не запущены в производство.

Список составляют по итогам опроса среди представителей киноиндустрии — продюсеров, агентов и других лиц, принимающих решения о дальнейшей судьбе проектов. В 2016 году в голосовании приняло участие 250 человек. Каждый участник опроса называет десять наиболее понравившихся ему работ. Сценарии, удостоившиеся шести и более голосов, попадают в итоговый список.

Большинство сайтов о кино называют Черный список подборкой «лучших» сценариев, хотя его составители особо подчеркивают, что это просто перечень работ, наиболее понравившихся продюсерам. В этом и суть идеи: продюсеры тоже люди. Время от времени они встречают сценарии, которые действительно производят на них сильное впечатление, пусть даже сейчас нет возможности их экранизировать.

Впрочем, работы могут попасть в список не из-за художественных достоинств, а по более банальным причинам. Скажем, из-за коммерческой привлекательности концепции. Или из-за того, что сценарий можно экранизировать за небольшие деньги, а это здорово повышает шансы отбить вложенные средства.

В Черный список 2016 года попало 73 сценария. Мы просмотрели его и выбрали работы, которые могут быть интересны нашим читателям: фантастические или как-то связанные с фантастикой.

Место: 5 (28 голосов)

Автор: Зак Дин

Логлайн: Космическая история любви Карла Сагана и Энн Друян.

Энн Друян и Карл Саган

Актёры, режиссёры, да и все в Голливуде обожают байопики, то есть биографические драмы. Они высоко котируются у критиков и часто собирают урожай наград. Не секрет, что в основном их и снимают ради «Оскаров» и «Золотых глобусов». Картина про любовь великого учёного Карла Сагана и сценаристки Энн Друян на первый взгляд должна быть не хуже прочих фильмов подобного плана. Но все же есть проблемы.

С каждым годом в Черном списке все больше работ с пометкой «основано на реальных событиях». Список 2016 года не исключение. В нем есть сценарии про Мадонну, Монику Левински, Дональда Трампа, Эрика Клэптона, Стивена Кинга и Джорджа Харрисона (целых два). Саган куда менее известен, чем все эти люди. Справиться с такой конкуренций будет сложнее, чем убедить NASA разместить на борту зондов «Вояджер» послания для пришельцев.

В Черном списке 2013 года уже был сценарий про Карла Сагана и Энн Друян «Золотая пластинка». Он до сих пор не экранизирован. Возможно, появление конкурента подстегнет процесс и одну из работ запустят в производство. Но куда вероятнее, что идея просто не заинтересует ни одну студию, и новый сценарий точно так же останется на полке.

Место: 6 (25 голосов)

Автор: Колби Дей

Логлайн: Исследование истории Вселенной и нашего вида через три взаимосвязанных сюжета о природе жизни, любви и смерти, о прошлом, настоящем и будущем человеческой расы, о том, где мы были и куда стремимся.

Автор предлагает нечто вроде смеси «Облачного атласа» и «Фонтана». Одна история должна разворачиваться во времена неандертальцев, другая — в наше время, третья — в будущем на другой планете. В теории это замах на миллион. На практике такие проекты обычно запускают в производство лишь при наличии известного и достаточно кассового режиссера. Кстати, у кого из них в ближайшее время появится «форточка» в съемочном графике?

Место: 7 (22 голоса)

Автор: Кристи Лебланк

Логлайн: Чарли очнулась внутри криогенной камеры и не помнит, как попала внутрь. Она должна выбраться наружу, пока у нее не закончился кислород.

Из этой идеи вполне может получиться что-то вроде «Погребенного заживо» с налетом футуристичности. Продюсеры очень любят подобные сценарии, где есть простая, но в то же время интересная концепция. К тому же такой фильм можно снять с небольшим бюджетом. Вопрос лишь в том, как долго автору удастся выдерживать интригу — и сможет ли он увлекательно ее объяснить.

Место: 14 (18 голосов)

Автор: Том Дин

Логлайн: Человек исследует различные типы любви в разные эпохи.

Второй сценарий из Черного списка 2016 года, предполагающий рассказ об отношениях в разные исторические периоды. В силу меньшей амбициозности его, скорее всего, будет проще экранизировать. Но и интерес к проекту тоже будет поменьше.

Место: 17 (15 голосов)

Автор: Мэтт Либерман

Логлайн: Кассир в банке выясняет, что он второплановый персонаж в онлайн-игре и вдобавок единственный, кто может спасти город.

Такой сценарий должен был появиться в 1990-е — в эпоху «Матрицы», «Нирваны» и «13-го этажа». Сейчас в Голливуде господствуют совсем другие тренды, а мыслью о том, что ложки нет, уже лет пятнадцать как никого не удивишь. С другой стороны, за эти годы влияние технологий на нас лишь усилилось, что дало возможность создавать совершенно новые сюжеты — вспомните хоть «Черное зеркало». Так что, возможно, это первая ласточка, свидетельствующая о возвращении в Голливуде интереса к виртуальным мирам. Но более вероятно, что, если фильм все же будет снят, все сведется к незатейливому боевику с легким налетом киберпанка.

Место: 18 (15 голосов)

Автор: Кэтти Чарльз

Логлайн: Стивен Кинг живёт с женой и ребенком в трейлере, работает уборщиком, борется с алкоголизмом и своим темным прошлым и пытается завершить работу над «Кэрри».

В Черном списке 2016 года оказалось сразу два сценария, посвященных Стивену Кингу. Этот явно более серьезный и выстроенный по канонам правильного биографического кино. Поэтому про него можно сказать все то же самое, что и про «Вояджеров».

Место: 20 (15 голосов)

Автор: Шей Хаттен

Логлайн: Чудная и сюрреалистичная история того, как в 1985 году Стивен Кинг написал сценарий к фильму «Максимальное ускорение» и стал его режиссером.

«Максимальное ускорение» — одна из худших экранизаций Кинга. Зато он снял её сам

Сценарии про съемки фильмов давно стали традицией Черного списка. В 2011 году там была работа про создание «Новой надежды». В 2013-м — два сценария о съемках «Челюстей». В 2015-м — два сценария про «Крестного отца». Знаете, что их объединяет? Ни один так и не был реализован. И на то есть множество причин, главная из которых — вопрос авторских прав. С учетом этого шансы «Максимального Кинга» на экранизацию кажутся меньшими, чем шансы Энди Дюфрейна на то, что за двадцать лет никто не заглянет под постер с Ритой Хейворт.

Но все же они есть. Во-первых, картина Кинга, мягко говоря, не шедевр. Фильм о ней вряд ли вызовет претензии правообладателей или гнев фанатов. Во-вторых, сам Кинг известен своим специфическим вкусом в кино. Если он вдруг одобрит сценарий, это может здорово помочь проекту. В-третьих, скоро на экраны должна выйти история создания «худшего фильма всех времен» — «Комнаты» Томми Вайсо. Если он будет успешен, это послужит неплохим стимулом для запуска в производство «Максимального Кинга».

Место: 23 (14 голосов)

Автор: Джо Гринберг

Логлайн: После того, как инопланетяне подчиняют себе разумы всех людей, единственный уцелевший, известный как «Человек», должен заключить с ними мир, чтобы сразиться против еще большей опасности.

Если пришельцы прилетают на Землю, то обычно чтобы захватить ее. Каждый год в Голливуде выходит куча сценариев про инопланетные вторжения, отличающихся лишь косметическими деталями. На их фоне идея Man Alive смотрится более-менее свежо. Если у сценария не слишком большой размах, вполне возможно, что его запустят в производство.

Место: 24 (14 голосов)

Автор: Майкл Ллойд Грин

Логлайн: Живущую под землей девочку-подростка воспитывает робот по имени Мать. Девочка должна восстановить население Земли, уничтоженное глобальной катастрофой. Но уникальной связи человека и робота начинает угрожать опасность, когда объявляется таинственный незнакомец и сообщает пугающие новости.

Идея сценария чем-то напоминает сюжет экранизации комикса «Зомби против роботов», которая так и не состоялась. Но в пользу этой работы может сыграть несколько факторов: почти все действие происходит в бункере, а действующих лиц всего трое. Так что у «Матери» есть неплохие шансы быть перенесенной на большой экран.

Место: 34 (11 голосов)

Автор: Кэт Васко

Логлайн: Когда прекрасный принц влюбляется в обыкновенную девушку, его крестная фея превращает ее в идеальную принцессу. Но заклинание срабатывает слишком хорошо. Теперь Принцу приходится отправиться в путешествие, чтобы все отменить.Он и не подозревает, что это может полностью уничтожить всю его сказочную вселенную.

Времена классических сказок, идеальных принцев и принцесс, кажется, безвозвратно ушли. Если в истории нет хоть толики постмодернизма, за нее никто не возьмется. Хотя стоит признать, что в целом концепция звучит интересно. Другое дело, что после того, как провалилось нескольких дорогостоящих фэнтези-фильмов («Алиса в Зазеркалье», «Белоснежка и охотник 2»), немногие в Голливуде будут готовы вкладывать деньги в новые проекты подобного плана. Уж лучше экранизировать еще комиксов — подлинных сказок нашего времени.

Место: 45 (9 голосов)

Автор: Чарли Кесслеринг

Логлайн: Застенчивый инженер создает для себя девушку-андроида. Но все выходит из-под контроля, когда она начинает осознавать себя как личность.

Что-то подобное мы уже видели

С такой завязкой можно сделать триллер в духе «Из машины», мелодраму вроде фильма «Она» или даже комедию — как «Ох уж эта наука!». Проблема лишь в том, что все эти фильмы уже сняты, и найти в этом жанре что-то новое очень сложно.

Место: 46 (9 голосов)

Автор: Макензи Дор

Логлайн: Недалекое будущее. Ненавидящая технологии девушка с разбитым сердцем принимает участие в эксперименте, который позволит ей превратить робота в мужчину ее мечты.

Еще один пример того, как работающие в одно и то же время авторы рождают примерно одинаковые сюжеты. Поменяйте пол героя — и логлайн будет таким же, как у Turned On. Надо бы свести авторов Turned On и Boyfriend Material вместе. Наверняка сценарий о том, как они совместно придумывают сюжет об отношениях девушки-андроида и мужчины-робота, будет интереснее, чем уже написанные ими работы.

Место: 48 (8 голосов)

Автор: Марк Тауненд

Логлайн: Появление новых технологий делает нынешнюю программу защиты свидетелей устаревшей. Американское правительство решает использовать машину времени, чтобы прятать важных свидетелей в прошлом. Однако систему взламывают. Теперь американский маршал и свидетельница, которую он защищает, должны спастись от убийц и найти способ вернуться в наше время.

«Патруль времени» встречает «Петлю времени». Скорее всего, именно так автор сценария представлял (или будет представлять) свое детище продюсерам. Судить о сюжете лишь по логлайну, конечно, дело неблагодарное. Но, честно говоря, маловероятно, чтобы с подобной завязкой сценарий мог похвастаться какой-то особой глубиной. Вероятнее всего, речь идет об очередном боевике, сценарист которого использует путешествия во времени для большего драматизма и не особо следит за внутренней логикой происходящего. Такое кино вполне могут снять — если не для большого экрана, то для какого-нибудь сервиса видео по запросу.

Место: 49 (8 голосов)

Автор: Мэттсон Томлин

Логлайн: Том Миллтон должен найти свежий подход к шестому фильму про Джейсона Борна. Он слишком глубоко погружается в кроличью нору, пытаясь взломать историю. Благодаря помощи (и издевкам) профессора из прошлого и самого Борна Том начинает придумывать сценарий, который неожиданным образом воздействует на реальность.

Фантастический способ возродить застойную киносерию про Борна

Потенциально из этого может выйти что-то абсурдно-забавное в стиле «Быть Джоном Малковичем». Да и реальному Джейсону Борну и его фанатам определенно не помешает свежий подход: смотреть на вымученную четвертую часть похождений агента с амнезий было больно.

Но вероятность экранизации подобного сценария невелика. Такие работы обычно весело читать, потому они время от времени попадают в Черный список. Но чтобы снять «Быть Джейсоном Борном», нужно как минимум согласие Мэтта Дэймона и студии Universal. А добиться этого будет куда сложнее, чем Борну вспомнить, кто же он такой.

Место: 54 (8 голосов)

Авторы: Стив Десмонд, Майкл Шерман

Логлайн: По мотивам реальных событий, случившихся в 1974 году. После метеоритного дождя молодожены находят в лесу возле дома загадочную металлическую сферу. Необычный предмет поражает пару своими свойствами, но его подлинное назначение куда более зловещее, чем кто-либо мог представить.

Семья Бетцев и их «инопланетная» сфера, которая, скорее всего, была просто металлоломом

Надо полагать, история загадочной сферы будет подана в ключе недавних хорроров, также снятых «по мотивам реальных событий», только вместо демонов героев будут терроризировать пришельцы или существа из других измерений. Такие сюжеты обычно собирают неплохие деньги, так что шансы на экранизацию достаточно высоки.

Место: 56 (7 голосов)

Автор: Питт Бриджес

Логлайн: Пара, только что подписавшая документы о разводе, оказывается в центре инопланетного вторжения. Герои пытаются пробраться по охваченным хаосом улицам Атланты до своего дома, где их ждут дети.

Завязка напоминает «Войну миров» Спилберга

Еще одна история об инопланетном вторжении, по духу напоминающая «Войну миров». Ее главная фишка — подача действия. По задумке автора фильм должен быть снят в режиме реального времени в стиле «Бёрдмэна» — то есть без видимых монтажных склеек. Более того, в начало работы вставлена реальная карта Атланты с нанесенным на неё маршрутом главных героев. Сценарий недавно купила студия Стивена Спилберга, так что у проекта неплохие шансы добраться до экрана.

Место: 73 (6 голосов)

Автор: Ребекка Баннер

Логлайн: Молодой человек, одержимый идеей купить билет на Марс в один конец, начинает сомневаться в своем желании, когда влюбляется в страхового агента, оформляющего ему полис для путешествия.

Скорее всего, из этого получится романтическая комедия, просто с несколько необычной завязкой. Если только в случае большого успеха «Пассажиров» студия не выкупит права на сценарий, чтобы адаптировать его под спин-офф или сиквел. Такое в Голливуде время от времени случается.

Название явно отсылает к песне Дэвида Боуи. Если фильм снимут, её наверняка купят для саундтрека

***

В этом году фантастики в Черном списке стало больше, чем в предыдущем. И несколько работ кажутся достаточно интересными, чтобы за их судьбой стоило следить. Но все же на современном кинорынке, где большие бюджеты отданы крупным франшизам, особо не развернешься. Если пять-шесть лет назад в Черном списке можно было найти несколько амбициозных фантастических проектов типа «Грани будущего», то сейчас они почти исчезли — студии их просто больше не покупают.

Поэтому сценаристы пишут лишь то, что реально можно продать. А это в первую очередь байопики по мотивам реальных событий, переработки классических сюжетов и концептуальные картины в замкнутом пространстве, не требующие большого размаха.

www.mirf.ru

Как написать хороший сценарий?

Мечтали ли вы когда-нибудь снять своё кино, почувствовать себя режиссером или продюсером, а может и сценаристом? Ведь любой фильм начинается со сценария. А как написать хороший сценарий, вы узнаете из этой статьи.

Сценарий — что это?

Сценарий — это литературное произведение, предназначенное для постановки на сценической площадке. К организации любой постановки (мероприятия, шоу, пьесы) необходимо относиться с ответственностью. Организатор, он же сценарист чаще всего выступают в роли одного человека. Сценарий является тем самым важным инструментом, при помощи которого реализуется основная идея автора.

С чего начать написание сценария?

 В этом деле главное начать! И ничего страшного, если у вас пока нет первоначальных идей. Как показывает практика — идеи приходят потом в процессе написания. Первым делом необходимо написать идею к сценарию. Идея — это основа. Тема — это круг описанных явлений, она отвечает на вопрос «о чем?». Идея — это основная мысль автора, что он хочет передать зрителю своей идеей, отвечает на вопрос «для чего?». После того, как вы уже определились с идеей, необходимо расписать идеи — тематический анализ. В него входят идея, тема, сверхзадача и конфликт. Сверхзадача — это главная цель постановки. Конфликт по законам драматургии должен всегда находить решение. Конфликт — это столкновение несколько точек мнений.

Любое произведение должно быть написано по законам драматургии: завязка, кульминация и развязка (разрешение конфликта). Сценария без этих связующих быть не может.

После написания идейно-тематического анализа, можно приступать к написанию целостного сценария. Всего сценариев насчитывается несколько: либретто, литературный сценарий и режиссерский сценарий. Последний является полностью законченным драматургическим произведением, включающим в себя всю основную информацию. Это и время репетиции, и дата мероприятия, исполнители и так далее.

Наполнение сценария

Следующий этап — наполнение сценария. Здесь всё зависит от того, к чему вы его пишите. Если это мероприятие, то необходимо его наполнить художественным материалом, если же это сценарий пьесы или фильма, необходимо расписать основой сюжет. После чего уже необходимо доработать сценарий и дополнить его. Важным моментом в любом сценарии является наполнение его художественным материалом. Это могут быть песни, музыка, стихи, танец.

Помните, что написание сценария дело тонкое, творческое. Вы можете не ограничиваться одним днём, так как возможно к вам придут другие идеи, которые вы захотите воплотить!

 

sub-cult.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.